Изучи меня по Фрейду - Кейт Ринка

Он опаздывает. Заставляет меня серьезно занервничать, прежде чем появляется в моем кабинете. Входит молчаливый и хмурый. Одетый в спортивные тканевые штаны и такую же кофту на молнии с наброшенным на голову капюшоном. Бритва так и не касалась его лица. Зато на нем появляется интерес, когда он замечает на стене свою картину Дали из кусочков пазлов, которую когда-то мне подарил.

– Если честно, ей место в мусорке, – произносит он, поворачиваясь в мою сторону. – Или ты хранишь ее, как напоминание своих ошибок?

Он угадывает, попадает в самую точку.

– Возможно, – признаюсь я.

Денис хмыкает и подходит к окну, словно решает полюбоваться пейзажем. Только в глазах ни капли заинтересованности.

– Ты посещал каких-то еще специалистов после меня?

– Да, и не одного, – отвечает он, чем удивляет.

– Это были женщины?

– Да.

А вот теперь что-то начинает проясняться.

– Ты спал с кем-нибудь из них?

Он поворачивает голову в мою сторону и заглядывает в глаза, прежде чем сказать:

– Естественно.

Теперь все становится слишком очевидно. Это даже ужасает тем, что именно я могла стать причиной обострения его нервозов. Открыв блокнот на странице, уже приготовленную под Дениса, я делаю пометки.

– Тебе это нравилось? – спрашиваю, пока пишу.

В этот момент Денис подходит ко мне и останавливается напротив через стол. Он протягивает руку, опускает на страницу блокнота и сминает листок, на котором едва успела высохнуть моя ручка.

– Очень, – отвечает он, сверля меня взглядом. – Только не нужно в этот раз меня анализировать, как подопытную крысу, и писать обо мне конспекты не нужно.

Еще и раздражен. Ужасно. Мне остается только пойти на уступки.

– Хорошо, не буду. Может, присядешь? – предлагаю ему.

Денис отпускает мой блокнот, разворачивается и приседает на краешек моего слота. Ладно, пусть так.

– Ты сейчас работаешь? – задаю я следующий вопрос.

– В отпуске.

– И чем занимаешься?

– Ничем.

– С кем-нибудь встречаешься?

– Постоянно.

– Денис, я серьезно спросила. Сколько у тебя сейчас… партнерш?

– Я их не считаю.

– Принимаешь какие-то лекарства в данный момент?

– Нет.

– Но тебе должны были что-то выписать…

– От них никакого толка.

– Давай я выпишу тебе другие, договорились?

Он устало отвечает спустя долгую паузу:

– Попробуй.

Глава 2

Очередной бессмысленный день. Она дала ему антидепрессанты и транквилизаторы. Даже не выписала, а вручила лично в руки. Да какой же хрени он докатился? Пить или не пить – Денис не мучает себя дилеммой, убирает таблетки в шкафчик и закрывает дверцу. Пьет снотворное и ложится спать.

Странно ли, но засыпая, он вспоминает Кристину. Как та краснела от его непристойных слов, как плавилась в его руках, как целовала. Обычно все женщины сливались для него в одну, только она почему-то сумела выделиться. Тварь! Даже в том, что на утро он просыпается с непривычной в последнее время эрекцией. Едва продрав глаза, решает кому-нибудь позвонить и пригласить на завтрак. Хоть как-то разнообразить свои мрачные будни. Но из списка контактов никто не привлекает его настолько, чтоб набрать номер. Приходится справляться самому, с мыслями о Кристине, но с ощущением все той же неудовлетворенности. Все фальшь, простой обман инстинктов. Как обычно.

* * *

– У тебя пониженное давление. Что ты кушаешь в течение дня?

Я только пришел, а ее глупые вопросы уже начали меня доставать.

– Много чего.

– Например?

– Курицу, творог, овощи и все такое.

На самом деле, я врал. С питанием в последнее время начались проблемы. Иногда я не мог за день заставить себя съесть хоть что-то. После затяжного голодания однажды едва не грохнулся в обморок на тренировке. Как девчонка, блин! Стало сложнее посещать зал. Но ей не обязательно об этом знать.

– Может, на время поменяешь питание? Тебе нужно сейчас есть побольше мяса и углеводов.

– Хорошо, – соглашаюсь, лишь бы отстала.

– Таблетки принимаешь?

– Конечно, – вру и тут, в который раз натыкаясь взглядом на кольцо на ее руке.

Странно ли, но у меня резко пропадает желание находиться с ней в одной комнате. Вся такая надушенная, свежая, красивая, что рядом с ней я чувствую себя грязным уродом из цирка Шапито.

– Может, чай или кофе? – предлагает она.

– Нет. И я бы уже пошел, если мы закончили.

* * *

Сегодня вечером сидеть дома оказывается невыносимо. И ему вдруг кажется – он знает, что с этим делать. Приводит себя в порядок и едет в свой клуб. С первых минут привычная атмосфера вселяет бодрость. И тогда он ныряет в нее с головой, наконец ощущая, что проблемы отступают прочь. Возможно, ему всего лишь требовался отдых от всего этого? Или же привкус настоящей смерти с желчью, которой он давился при откачке на врачебной койке, теперь придают жизни новый вкус? А может та же Кристина, назло которой хочется чувствовать себя на пять баллов без ее бесполезной помощи?

Плевать. Сегодня он будет наслаждаться тем, чем привык: вкусом свободной и беззаботной жизни. А еще, например, какой-нибудь красавицей и потрясающим сексом с ней. Даже находится подходящая: игривая, свободная, раскованная и немного нетрезвая. Даже удается ее соблазнить. Это не сложно, если девушка сама ищет те самые приключения, которые он может ей дать. И вроде бы все начинается, как обычно: кокетство, страсть, жаркие поцелуи в приватной комнате. И вот она уже у его ног, стоит на коленях и усердно делает ему первоклассный минет, как… как настоящий профессионал своего дела. Пачкает его остатками помады, которая воняет искусственной малиной. Громко причмокивает, будто жрет. Неприятно дергает и задевает зубами, когда его главное достоинство начинает поддаваться его упадническому настроению. И смотрит она на него снизу вверх таким взглядом, с разводами туши у глаз, будто самая дешевая шлюха. Такая же грязная, как и он сам.

– Ты чего? – удивленно спрашивает девушка, когда он отталкивает ее от себя. – Что-то не так?

Он отходит в сторону. Запускает пальцы в волосы. Почему-то бросает в холодный озноб. Начинает подташнивать. И вдруг накрывает ощущение, что он не может дышать. Черт! У него, конечно, проблемы, но такое в первый раз.

Как назло, даже у черного входа слишком много людей. Кто-то дергает его за руку, от которой отмахивается со злостью. Кто-то окликает в спину, заставляя ускорить шаг. Он останавливается только в конце улицы. И то потому, что начинает одолевать панический приступ. Он так вспотел, что с