Нулевой отсчет - Натализа Кофф

Еще полчаса мы, вооружившись косметикой, наносили боевую раскраску. Наведя последний блеск (не уверена, может лоск?), посмотрела на часы. Через десять минут должны прийти парни.

Я смотрела на Соню и удивлялась ее преображению, встретив ее в таком виде на улице, точно бы не узнала. Ну, все, Большой Босс, держись крепче! Тяжелая артиллерия выступила в бой!

— Что скажешь? — спросила я Соню, рассматривая в зеркале свое отражение, — Антону понравится?

— Судя по тому, что я видела утром, ты ему понравишься в любой одежде, а еще больше без нее, — рассмеялась она.

— Ой, кто бы говорил! — в притворной обиде проворчала я.

Наш разговор прервал звук дверного звонка. Я вздрогнула и посмотрела на Соню.

— Готова? — спросила у нее. Она, глубоко вздохнув, осмотрев себя еще раз в зеркале с каким-то тоскливым выражением, нерешительно кивнула.

Мы вместе вышли в коридор. Соня остановилась в дверях гостиной. Я же пошла открывать. В проеме стояли улыбающиеся парни с букетами в руках. Ух, ты! И это все мне?! Я перевела взгляд с цветов на лицо Антона.

— Привет, — ласково прошептал он.

— Привет, — скромно ответила я. Меня отвлекло шуршание позади Антона. С усилием переведя взгляд за спину Антона, увидела, что Большой Босс стоит с отвисшей челюстью. В прямом смысле. Букет, который он держал в руках, упал к его ногам.

— Ниик! — тихо потормошил Антон брата за плечо. Тот, моргнув несколько раз, подобрал челюсть и букет. Виновато смотря на Соню, сделал навстречу ей несколько шагов.

— Привет… Вот, это предназначалось для тебя, но букет случайно упал, — оправдывался Никита, голосом провинившегося школьника, и, помолчав, добавил, — А можно я сейчас куплю тебе новый? Я быстро!

— Нет, мне и этот нравится, — скромно ответила Соня, принимая букет.

Отвлекшись на Никиту с Соней, не заметила, как Антон приблизился ко мне. Почувствовала его нежные руки, ласково обнимающие меня.

— Мне срочно нужно в аптеку, — тихо прошептал он мне на ухо.

— Зачем? — еле смогла выговорить я.

— За валерьянкой, ну или успокоительным каким-нибудь, — он коснулся губами моей шеи и, я почувствовала его улыбку.

— Все так серьезно? — спросила я, не зная, что сказать еще, мысли-то уже ускакали, и адреса не оставили.

— Угу. И еще это платье! Ужас просто! Мне придется взять твою биту с собой, разгонять конкурентов, — продолжал он, не выпуская меня из объятий, — Я говорил, какие у тебя умопомрачительные ножки?

— Нет, — ответила я, прикрывая глаза и наслаждаясь его прикосновениями.

— Говорю. У тебя просто божественные ножки! — он легонько отстранился, и с надеждой заглянул в глаза, спросил, — А в твоем гардеробе нет более длинного платья?

С одной стороны мне хотелось ему угодить и пожалеть его нервные клетки, а с другой — хотелось немного помучить. А вот нечего было ждать полгода! Так что, дудки, переодеваться я не буду!

— Нет, к сожалению, нет, — но в моем голосе сожаление напрочь отсутствовало.

— Будет, — уверенно сказал Антон, поднимая голову и смотря на брата, — Слышь, Биг Бразер! Хватит уже пялиться на Софию, поедем, наконец в кино, — и тише добавил, — Иначе останусь здесь, и фиг вы меня отсюда выгоните.

Схватив меня за руку, Антон потащил из квартиры. Я едва успела крикнуть Соне, чтобы она закрыла квартиру.

На крылечке Антон крепко прижал меня к себе.

— Ты просто не поверишь, как я скучал! — сказал он, впиваясь в мои губы страстным поцелуем. Я самозабвенно отвечала, без слов говоря ему, что скучала не меньше.

— Ба! Голубки ужо и на улице лижутся! — раздался противный голос за спиной Антона, — Слышь, киска, а ты чего раньше ножки свои не показывала? Я бы точно заценил.

Почувствовала, как Антон напрягся. Выпрямился во весь рост и, повернувшись, задвинул меня за спину. Его широкая спина загораживала мне обзор. Голос я узнала сразу. Старый знакомый Стилет все никак не угомонится.

— Я же тебя уже предупреждал, неужели с первого раза не понятно? — спокойно проговорил Антон, и, повернувшись ко мне, тихо сказал, — Солнышко иди в подъезд и, сидите с Соней дома, Никиту только позови.

— Хорошо, — ответила я, стараясь разглядеть Стилета за широкой спиной Антона. Антон развернул меня к двери, впихнул мое почти не сопротивляющееся тельце в подъезд.

На первой ступеньке лестницы, ведущей на второй этаж, я наткнулась на улыбающегося Никиту. Скорее всего, выражение лица у меня было не совсем обычное, потому как он быстро спросил:

— Все в порядке? Где Антон?

— На улице. Там опять мордобой будет. Сказал тебя позвать, а нам с Соней дома остаться.

Последние слова я уже говорила вслед убегающему Никите. Мы с Соней переглянулись.

— Что будем делать? — тихо спросила она.

— У меня дома есть бита, прихватим? — тихо предложила я, Соня согласно кивнула. Прихватив биту, мы выбежали во двор.

Антон с Никитой отбивались от пятерых парней под предводительством Стилета. Как же он мне надоел, это тупой сосед! Вот говорят же, что в состоянии аффекта, силы в несколько раз увеличиваются. Вот так и у меня. Неконтролируемая ярость вырвалась наружу. Увидев, что Антон, нанося удары, не заметил подкрадывающегося к нему со спины Стилета, я решила помочь. Осторожно подойдя сзади, размахнувшись, со всей силы двинула соседа битой. Ну, как в фильмах, вот только отсутствие опыта не учла. Если честно, было страшновато, поэтому прикрыла глаза. Место столкновения биты и тельца неугомонного соседа рассмотреть не успела. Услышала только сдавленный стон. Открыв глаза, не знала, как и реагировать. Стилет валялся на земле, скуля и держась руками за… Ну, в общем, за очень важный орган. А не нужно злить девушку, у которой свидание под угрозой срыва!

— Ты меня уже достал, придурок! — грозно проорала я, не выпуская биту из рук.

— Тош, уйми свою женщину, — сквозь пелену ярости, услышала я голос Никиты.

Тяжело дыша от стресса, не выпускала биту из рук. Стараясь не отвести взгляда от валяющегося на земле Стилета. А вдруг вздумает нападать, а уже тут как тут!

Почувствовала нежные прикосновения к ладоням.

— Милая, отдай мне биту, — ласково прошептал Антон, осторожно разжимая мои пальцы. Я потерянно уставилась на Антона, — Давай, давай, — подбодрил он меня.

Послушно выпустила биту из рук. На скуле Антона заметила ссадину. Погладила дрожащей рукой по щеке, стараясь не касаться раны.

— Больно? — тихо спросила я.

— Поцелуешь, и все пройдет, — сказал он, привлекая меня к себе. Взяла его лицо в ладони, приподнялась на цыпочки и легонько прикоснулась губами к ссадине.

— Так лучше? — поинтересовалась я