Неизбежное искушение - Джосс Вуд

– Я подумала, что ты захочешь принять душ.

Он бы, черт возьми, убил за то, чтобы принять душ, но ему нельзя мочить гипс.

– Это сейчас опасно для меня, Танна, – резко сказал он, ненавидя, как и всегда, признавать свою слабость.

– Было опасно, пока у тебя не было меня.

Танна грациозно поднялась на ноги, и, когда она отошла, он увидел два табурета в ванной и временную душевую кабину. Впервые за много дней после несчастного случая его губы дрогнули в искренней улыбке. Это может сработать.

Танна показала длинный пластиковый рукав и рулон клейкой ленты.

– Это непромокаемое покрытие, а это… – она подняла рулон скотча, – водонепроницаемая лента. Я гарантирую, что гипс останется сухим. Раздевайся, я помогу тебе залезть в ванну.

Ну вот еще. Он мужчина, который всегда гордился своей самостоятельностью. А Танна – девушка, которую он всегда хотел. Которая преследовала его во сне. Если он разденется, она увидит, как сильно она на него влияет, а это недопустимо.

– Какие‑то проблемы? – спросила Танна.

– Я приму душ, но останусь в шортах.

Танна закатила глаза.

– Я и раньше видела голых мужчин, Броган. Я уверена, ты мало чем от них отличаешься.

Глаза Леви заволокло красным туманом при мысли о том, что Танна могла остаться обнаженной наедине с другим мужчиной…

Танна уперла руки в боки.

– Так ты собираешься это сделать или нет?

Да, черт возьми, он хочет принять душ! И он, конечно, будет смущаться. Леви проковылял внутрь. Ванная была крошечной, и он почувствовал запах духов Танны, тепло ее тела, увидел, как сильно бьется жилка у нее на шее.

Так что она не так уж равнодушна к нему, как притворяется. Леви отставил костыли и стянул с себя футболку, поймав при этом восхищенный взгляд Танны. Он упорно работал, чтобы оставаться в форме. Судя по ее реакции, оно того стоило.

– Давай наденем пластиковое покрытие, – бодро сказала Танна. Прежде чем он успел возразить, она опустилась на корточки и начала натягивать эту штуковину на его голень. Ее руки двигались вверх, и он молча умолял ее подняться немного выше, прикрыть ладонью его мошонку, погладить ее…

«Возьми себя в руки, Броган».

– Придержи, пожалуйста, – попросила Танна хриплым голосом. Она наверняка осознавала, какой эффект на него производит: его член стальным стержнем натянул ткань шорт.

Танна посмотрела на него снизу вверх, ее огромные зеленые глаза манили. Вот как она выглядела бы, если бы действительно собиралась на него наброситься.

– Хочешь, я побрею тебе ногу?

– Зачем? – просипел он ошарашенно.

– Будет больно, когда мы начнем снимать ленту, если я не сбрею тебе волосы.

– У меня сломана коленная чашечка. Я могу пережить, если меня немного подергают за волосы.

Губы Танны дрогнули.

– Так говорит каждый, кто думает, что может вытерпеть эпиляцию. Ладно, тебе решать.

Она приклеила пластырь к его бедру.

– Садись на край ванны и давай снимем с тебя шорты.

Не желая шокировать ее, Леви потянулся за полотенцем и прикрылся им, прежде чем сесть, надеясь, что это поможет ему в меру прилично выглядеть, и расстегнул пуговицу на шортах.

Танна удивленно приподняла брови.

– Я тебя очень прошу, не обращай на меня внимания.

Его рука замерла, их глаза встретились, и Леви увидел любопытство в этих зеленых глубинах.

Ну и черт с ним. Он отбросил полотенце в сторону и с вызовом посмотрел ей в глаза:

– Я просто старался быть вежливым.

– Ты никогда в жизни не был вежливым, – усмехнулась Танна. – И у тебя прекрасное тело. Тебе не следует его стесняться.

– Я и не стесняюсь, – раздраженно возразил Леви. – Я адски возбужден. Я просто скрывал это.

– Я заметила, – ответила Танна хриплым голосом.

Он ничего не может с собой поделать, ему срочно нужно поцеловать ее.

Леви вцепился пальцами в пояс ее джинсов и потянул Танну к себе. Прижался лбом к ее груди, пытаясь успокоить дыхание. Плохая идея. Как только они спустятся по этому скользкому склону, они уже не смогут остановиться.

– Я хочу тебя, Танна, – прорычал он, сопротивляясь желанию потрогать соски, пробивающиеся сквозь ткань рубашки.

Танна ничего не ответила, но погладила его по шее, зарылась пальцами в волосы.

– Но я не хочу хотеть тебя. Я уже забыл о тебе, – сообщил ей Леви, гадая, кого он пытается убедить – ее или самого себя.

Танна кивнула.

– Поняла. Но… один поцелуй можно себе позволить, – пробормотала она, касаясь его губ своими.

Это был простой, сексуальный и очень сладкий поцелуй.

Затем язык Танны сплелся с его языком, и Леви показалось, что ванная в огне, а стены вот‑вот разлетятся на куски.

Леви обхватил рукой ее ягодицы. Насладиться Танной – вот и все, что ему нужно. Он услышал, как она пробормотала его имя, и подумал, что до сих пор ему никогда не нравилось, как оно звучит. Он хотел услышать его снова, когда будет раздевать ее, прижимаясь губами к ее груди, животу, пробуя сладкий мед меж ее бедер.

Он хочет, чтобы она выкрикнула его имя, когда он войдет в нее…

– Стоп, этого не будет.

Леви потребовалось несколько мгновений, чтобы понять смысл этих слов и осознать, что ее руки пытаются создать между ними барьер. Он смущенно посмотрел на нее. Почему она остановилась? Он убрал руки с ее тела, она сделала шаг назад, и он услышал ее прерывистое дыхание.

– Тебе нужно принять душ, и я знаю, что тебе больно.

Ну да, конечно. Но они все равно могли бы немного повеселиться.

– Не то время, не то место.

Ее слова были разумными, но он не хотел быть разумным. Он хотел быть голым, с Танной. Леви протянул руки и погладил ее бедра.

– Броган! Соберись!

Момент упущен. Проклятие.

– Ладно, давай сосредоточимся на том, чтобы поместить тебя в ванну, – сказала Танна голосом заправского медработника. Образ Танны, одетой в крошечный откровенный наряд медсестры, с глубоким декольте, в ажурных чулках и красных туфлях на шпильке, тут же встал перед его мысленным взором.

Леви застонал и, запрокинув голову, уставился в потолок. Ну что ж, раз ему не повезло, остается только принять душ. Он с помощью Танны наконец снял штаны, и они оба проигнорировали его эрекцию. Ну, насколько они вообще могли игнорировать твердый член, готовый к бою.

Леви свесил ноги с края ванны и уселся на табурет. Танна помогла ему поднять больную ногу на другой табурет и положила мыло, мочалку и шампунь в легкодоступном месте.