Чернила под кожей - Марина Комарова

Алик удивленно смотрит на меня – от него тоже не ускользнула перемена. Ну и ладно, пусть за собой смотрит, чтобы не наступить на подол платья. А то хороша будет дама в семейках.

Тая Грот… Она странная. Острая, как канцелярский нож. В любую минуту может сломаться, но при этом не остановится и вонзится в тебя, поранит в кровь. Есть в ней что-то необъяснимое. Смотришь – баба как баба. Не особо красивая, не особо умная. Но цепляет. Чем только – не пойму.

Где-то на краю сознания брезжит мысль: зацепила тем, что хоть и испугалась моих слов, но не настолько, чтобы лебезить и заглядывать в глаза. Другое дело – эта Крумлова. Та за мужиком побежит на край света, видно же.

– Нам надо зайти сюда, – вдруг говорит до этого молчавший Алик и заходит в бутик.

Только спустя несколько секунд я понимаю, что это магазин женского белья. О боже.

Вот правду говорят: заставь дурака богу молиться – он лоб разобьет. Хотя… может быть, Алик уже неплохо почувствовал себя в женском платье и принял свою суть? Тьфу, что только в голову не лезет!

На самом деле Алик попросту хочет поиздеваться. В конце концов я вволю позубоскалил, пока он одевался и терпел пассы визажиста. Ну и когда сюда шли, тоже молчать не получалось. Заткнулся я, только когда Алик пригрозил, что начнет приставать прямо на улице.

Здраво рассудив, что приставания трансвестита – это слишком, я перевел тему на краски и новую тату-машинку. Алик криво ухмыльнулся, вздохнул и, стараясь не шкандыбать, как старая кошелка, пошлепал вперед.

Я вздыхаю и следую за ним. Да уж, за развлечение надо платить. Поэтому буду улыбаться и обещать купить все, что захочет «дама сердца». Правда, потом надо уловить момент и свалить, пока Алик не вспомнил, что в свое время занимался дзюдо.

Однако в бутике меня ждет неожиданная встреча. Тая Грот. В простеньком желтом платье, которое может испортить любую женщину, но этой идет. Рядом с Аликом она кажется вовсе ненакрашенной. Молодой. Озадаченной.

Внутри почему-то становится горячо. Сломался кондиционер? Да вряд ли, я прекрасно слышу исправное гудение, которое лишь частично маскируется шумом от человеческих голосов.

Я осознаю, что хочу подойти ближе. Когда вспоминаю ее прикосновение к моей щеке, тянет встать совсем рядом и ощутить едва уловимый запах абрикосового геля и ее кожи.

Совершенно дурацкое приключение, где женщина, которую еще недавно я хотел раздавить, спасает мне жизнь. Но, как ни крути, сейчас я уже могу признать – зацепила. Только как женщина или как человек – пока не разберу.

Да-да, уже слышу крики феминисток и просто сочувствующих. Разве женщина не человек? Отвечу просто: при взгляде на человека у меня не возникает желания затащить его в постель. Уж уродился с такой ориентацией, что член стоит только на женщин. Вероятно, по меркам современного мира я страшно отсталый, но ничего, переживу как-нибудь. Не всем же идти в ногу с модой.

Тая даже пытается улыбнуться Алику, хотя от меня не укрывается, как внимательно она его разглядывает. Что ж, посмотреть реально есть на что. Надо только повнимательнее приглядеться, и поймешь, что на самом деле белокурая нимфа – жилистый мужик с дурным характером.

Мое появление явно ее не радует – улыбка тут же сползает с губ.

– Добрый, – отвечает она весьма сухо и тут же бросает взгляд в сторону примерочной.

Алик незаметно для Таи толкает меня локтем в бок. Что? Что такое? Не понравилась моя шутка? Так первый же начал. Нечего быть таким ранимым.

– Как здоровье? – брякаю первое, что приходит в голову.

И сам удивляюсь, какими деревянными вдруг стали все мысли. Ведь можно спросить что угодно, пошутить, развить тему – а я стою как дурак и пялюсь на ее грудь, обтянутую желтой тканью. Хоть бы там намек на декольте был! Это бы объяснило, что именно приковало мое внимание, а так… Коварные женщины, вечно их тянет все спрятать в самый неподходящий момент!

– Все хорошо, – отвечает Тая сквозь зубы. У меня возникает ощущение, словно я спросил, с кем она сегодня переспала. – Герой-спаситель может не беспокоиться.

– Какой герой-спаситель? – хмурюсь я, пытаясь понять, о чем речь.

Внутри нарастает раздражение, однако силой воли пытаюсь о нем не думать.

Тая не успевает ответить: из примерочной появляется худенькая светловолосая девушка, в которой я признаю младшую сестру Грот, и звонко сообщает:

– Мне все нравится, берем этот!

Успеваю заметить в ее руках что-то красное, кружевное и, кажется, до одури соблазнительное. Перевожу вопросительный взгляд на Таю. Ей почему-то не нравится такое пристальное внимание.

Она направляется к сестре, а потом к кассе.

Мне отчаянно неприятно. Да, она не обязана стоять и разговаривать со мной, но все же могла бы быть повежливее. Свое хамство и спасение я отработал. Хоть немного.

– Что-то женщины не спешат падать в обморок при виде тебя, – замечает Алик, добавив в голос томную нотку. – Придется довольствоваться такими, как я.

– Вряд ли ты будешь в восторге, – отвечаю в тон. Алик делает вид, что увлечен пластмассовой ножкой манекена в ажурном черном чулке.

Тая проходит мимо, бросает на ходу:

– Хорошего вечера, герой.

– Ой, здрасте, – неожиданно здоровается со мной ее сестра, на мгновение замирая. И, заметив мое искреннее недоумение, успевает шепнуть: – Вы новости гляньте. И не обижайтесь на Тайку.

– Что? – едва успеваю произнести я, но желтое платье и желтые футболка с шортиками уже затерялись среди толпы.

– Определенно не твой день, – философски замечает Алик и поправляет платье.

Потом понимает, что на нас уставились все посетительницы, чертыхается, хватает меня за руку и утягивает из бутика.

– Милый, нам пора, – говорит он одними губами. – Мне срочно нужен виски для излечения душевных травм.

Виски Алик умеет выбирать.

Уже второй час мы сидим в его захламленной квартире, потягиваем янтарный «Джеймсон» и говорим о всякой ерунде. Благородный напиток отличается от резкой паленой гадости тем же, чем достойная женщина – от шалавы. Пользы от второй ноль, но запомнишь надолго. И не в лучшем свете.

Алик, едва переступив порог дома, радостно стащил с себя бабские шмотки и закинул их в дальний угол. После этого соскреб с лица косметику и снова превратился в не особо симпатичного, но при этом обаятельного балбеса, который всегда готов творить разную хрень.

– Фотки отослал? – интересуется он первым делом. – Пусть эта сволочь потом не зубоскалит, что Алик Багровский не выполняет условия!

– Выполняет-выполняет, – хмыкаю я, отправляя «компромат» на друга. Почти сразу получаю вопли клиента и красочные описания того, что бы он сделал с такой роскошной телочкой.

Показываю Алику. Тот читает, хмурится, а потом начинает орать благим матом.