Выданные мужья обмену не подлежат - Арина Ларина

– Ой, не говори «гоп», – ехидно прошептал Владимир Борисович. – Лицом-то нынче, барыня, вы вылитый Змей. Хоть бы смыла красотищу-то свою. А то, не ровен час, решит гость, что у него белая горячка.

– Хватит мне зубы заговаривать! – рявкнула мама и решительно постучала в дверь. – Юноша! Во-первых, мне нужна ванная комната, а во-вторых, я хочу познакомиться поближе. Мы о вас уже наслышаны, так что хватит там отсиживаться!

Костя пошевелился с той стороны и пугливо замер. Видимо, перспектива знакомиться ближе его не вдохновила. То ли он боялся снова увидеть зеленолицую тетку, то ли опасался, что его сейчас начнут женить насильно. В общем, выходить он не спешил и даже для верности вцепился в дверную ручку.

– Яна! – Мама требовательно взглянула на дочь. – Еще какие-нибудь пояснения будут? Он что, дальний родственник, приехавший из Бобруйска поступать в цирковое училище? Где ты его взяла? И зачем? Когда он уйдет?

– Утром. – Яна отделалась коротким ответом на последний вопрос, проигнорировав предыдущие. За Костю уже было стыдно.

– Нужны мне эти потрясения на старости лет, – раздраженно пробормотала Светлана Макаровна. – Надеюсь, это не мой будущий зять?

Яна отвернулась, закусив губу. Мама умела иногда так ткнуть в больное место, что хотелось плакать. Но плакать Яна не собиралась из принципа.

– Костя! – Она умоляюще приникла к дверной щели. – Выходи. Хватит. Я познакомлю тебя с родителями и положу спать.

– Спать? – напряглась мама. – А где, собственно, он будет спать? В твоей комнате? Это неприлично!

– Ей двадцать пять, – напомнил Владимир Борисович. – Неприлично спать одной.

– Поговори еще! – взвилась супруга. – А почему алкоголем пахнет? Ты пил?

– Не поверишь – нет! – посветлел лицом муж.

– Мы были у Маришки на дне рождения, – объяснила Яна. – И Костя отравился.

– А-а, – понимающе покачала головой Светлана Макаровна. – Надо полагать, отравился твой Костя не фруктами?

– Мама!

– Я двадцать пять лет мама, и с каждым годом мне все страшнее! В кого ты такая уродилась? Уж точно не в меня!

– Мам, ну я-то трезвая! – в отчаянии выкрикнула Яна.

– О, значит, и не в меня, – хихикнул папенька. – Светка, признавайся, в кого дочка пошла?

– Вот! – Светлана Макаровна обличающее ткнула в супруга пальцем. – Полюбуйся! Ты хочешь так жить, как мы? Тебе нужен муж-алкаш?

– Я не алкаш, – надулся папа.

– И Костя не алкаш, – вступилась за любимого Яна.

– Да, конечно! – хлопнула себя по бокам мама. – Сплошные трезвенники вокруг меня. Говорить мне, что он не алкаш, – одно, а жить с ним, постоянно убеждая себя в этом же, – большая разница, Яна! И вообще! Я хочу умыться! У меня лицо жжет!

– Костя! – Яна пнула косяк. – Выходи!

Кавалер зашуршал и щелкнул замком.

– Вам не кажется, юноша, что к знакомству с родителями своей девушки следовало бы подготовиться и явиться как минимум с цветами и вином? – крикнула Светлана Макаровна, когда Константин робко вышел в коридор, стыдливо прикрывая тощие, волосатые колени подолом халата. – Причем вино должно быть в бутылке, а не внутри вас! Яна! Это несерьезно, а когда такое начало, то и конец не за горами!

– Я в следующий раз непременно, – клятвенно заверил маменьку Костя, для убедительности зачем-то поклонившись.

– Надо же, он планирует еще и следующий раз! – саркастически проговорила Светлана Макаровна, заглянув в распахнутую дверь ванной комнаты. На зеркале таяло изображение огромной груди. – Да уж! Моя дочь пленила вас явно не мясистыми достоинствами! Вот интересно, что вам от нее надо? Уж не прописка ли?

– Мама, перестань! Костя не приезжий, у него есть где жить!

– Тараканам тоже есть где жить, – отрезала мама. – Но это не уравнивает их в правах с хозяевами квартиры!

– Мама!

– Яна! Ты приводишь пьяного мужика, который рисует в моей ванной комнате сиськи, обряжается в мой халат и собирается с тобой спать!

– А с кем ему тут еще спать? – некстати влез папа. – Не с нами же!

– Вова, иди поешь! – закатила глаза Светлана Макаровна. – Как вы мне все надоели! За вас надо думать, решать, подсказывать вам, а вы все равно норовите упасть в лужу и наступить на грабли! Яна, мужа следует выбирать достойного и приличного! И мне неважно, каким твой Костя будет завтра утром! Достаточно того, что я вижу сейчас! Людей необходимо наблюдать в их естественной среде обитания. Парадная сторона медали – не показатель.

– И это говорит женщина с зеленым лицом, – задумчиво брякнул Костя, сразу виновато уточнив: – Я что, сказал это вслух?

– Иди спать! – толкнула его Яна.

Никакой романтики не получилось. Более того, она отчетливо поняла, что после столь запоминающегося знакомства мама никогда не найдет с Костей общий язык.

– Ладно, Свет, – примирительно погладил по плечу злобствующую супругу Владимир Борисович. – Нормальный парень. Выпил, с кем не бывает? Пусть пока хоть этот будет. Можно подумать, к нашей Янке очередь стоит, и все в шляпах! Сама же говорила, что она в девках засиделась. А из этого, может, толк какой получится со временем.

– Ой, Вова, какой толк? Я, когда за тебя замуж выходила, тоже так думала! И что получилось? Ничего. Поэтому надо сразу выходить за толкового и не ждать, что из куриного яйца орел вылупится!

Алексей смотрел на удаляющуюся фигурку Ларисы и грустно улыбался. Нет, конечно, он не ждал, что она пригласит его на чай. Но ее ровное «спасибо» и «пока» совершенно не грели. Лара обернулась у дверей подъезда и махнула рукой. Железная дверь грохнула. День закончился.

Такую девушку надо завоевывать какими-то неординарными действиями. Но Леша был спокойным, уравновешенным парнем без особой фантазии. Он мог быть верным, надежным, а вот оригинальным – нет. Но девушки любили мишуру. Красивые слова у него плохо складывались, а на шикарные жесты не хватало средств. Разумеется, для любимой девушки Леша бы не поскупился. Только раньше у него любимых не было, а были просто девушки. И вот теперь появилась Лариса, и ему хотелось хоть чем-то выделиться.

Леша чувствовал, что между ними пропасть. И эта пропасть растет, словно Лара уплывала от него на оторванной льдине. Или его уносило все дальше в море.

Надо было срочно что-нибудь придумать. Но что? Не серенады же петь у нее под окнами. Петь Алексей не умел и не любил.

Еще этот противный парень, которого пришлось везти. Весь вечер испортил. После транспортировки его обмякшего тела к Яниной квартире Леша взмок, устал и пока настраивался на романтическое продолжение, они уже приехали, и Лариса, как ему показалось, с облегчением попрощалась и поспешила домой.

Какие после подобной поездки охи-вздохи? Только забыть все и начать с чистого листа.