Обрести любимого - Бертрис Смолл

Поскольку Кедар знал меня только как рабыню, я была вынуждена принимать его любовные притязания. Я стала его навязчивой идеей. Чем больше я уступала ему, тем больше он желал меня. Никогда в жизни меня не использовал и не обижал мужчина, Валентина, а когда я подверглась такому обращению, мой любовный опыт был гораздо больше твоего, дорогое дитя.

Меня кормили возбуждающими средствами, натирали ими, заставляли удовлетворять извращенную страсть моего хозяина с муляжом из слоновой кости, выполненным в точном соответствии с формой и размером его члена, который был необычайно большим. Ему доставляло удовольствие доводить меня до безумия руками и языком, а потом заставлять меня использовать эту проклятую непристойность из слоновой кости на самой себе, а он смотрел. Ему доставляло радость совокупляться с несколькими женщинами, беря их по очереди или наблюдая за тем, как они пользуют друг друга. Поверь, нет ничего, Валентина, что ты могла бы рассказать мне и чего бы я не испытывала.

В конце концов я освободила Найла. Но он умер вскоре после своего освобождения. Я задалась вопросом, не было ли глупостью то, что сделала я, потому что все это ни к чему не привело. Потом мой любимый Адам настоял на нашем браке. Он просто не принял бы отказа. Я поняла, что, если хочу когда-либо снова стать счастливой, я обязана выбросить из головы страшные воспоминания. Я никогда не должна снова вспоминать о том, что произошло в Алжире. — Она на мгновение замолчала.

— Расскажи мне то, что ты не рассказала Патрику, моя дорогая Валентина. Расскажи мне, а потом забудь все эти ужасы. Расскажи мне! — Скай поймала руки Валентины и крепко держала их.

Валентина посмотрела на Скай тревожными, наполненными болью глазами. Неожиданно заплакав, она заговорила:

— По крайней мере, ваша жертва, тетя Скай, имела какой-то смысл. Меня похитили на улице Стамбула, чтобы сделать рабыней-любовницей визиря! То, что сделали вы, вы совершили это ради отца Патрика. У меня нет такого оправдания! Это был несчастный случай, а не жизненная цель.

Я пыталась! Ах, тетя, я пыталась сопротивляться ему, но в конце концов не смогла остановиться! — Слова рвались из нее, пока она рассказывала Скай всю историю своего почти четырехмесячного плена.

Скай не прерывала ее. Когда Валентина наконец кончила, леди де Мариско тихо сказала:

— Ты не виновата, что тебя похитили, Валентина. И ты сделала в точности то, что сделала бы и я в подобной ситуации. Ты боролась за выживание, и ты выжила. Никто, дорогая, не имеет права так ломать душу другого человека, чтобы жертва предпочла смерть невыносимой жизни! Все позади, Валентина. Эта часть твоей жизни сейчас кончилась. К твоей трагедии в Стамбуле стыд не имеет отношения. Патрик рассказал мне, что ты спасла жизнь молодой женщине и десяти маленьким детям. Мой старый друг Осман Астролог верит, что наши жизни следуют избранным начертаниям и своим особым целям. Возможно, это было твоей судьбой — оказаться в Стамбуле именно тогда, когда ты была там, и сделать визиря своим должником, чтобы ты могла спасти эти жизни.

Теперь вытри глаза, Валентина. Невеста моего сына должна быть красивой.

Валентина обвила руками шею Скай и крепко обняла ее.

— Тетя, я так вас люблю! — сказала она. — Я так рада, что Патрик ваш сын!

Скай, посмеиваясь, обняла ее в ответ.

— Чертовски долго он думал, прежде чем признаться в любви, не так ли? — сказала она. — Подумать только, что мой сын мог оказаться таким застенчивым! Видит Бог, его отец был другим! Он потребовал от меня droit de seigneur [45]в мою брачную ночь с другим человеком и лишил меня невинности, пока мой первый муж кипел от злости и бесился в холле дома моего отца. Но это другая история и о ней в другой раз. — Она засмеялась.

— Патрик действительно не очень торопился говорить о своих чувствах, — защитила Валентина своего жениха, — но он не позволил настойчивому Тому Эшберну взять верх.

— Занимались ли вы любовью? — спросила Скай. — Надеюсь, он доказал, что он хороший любовник, моя дорогая. Валентина отчаянно покраснела.

— Тетя! Что за вопрос! — Потом засмеялась. — Накрывшись мехами в лагере татар, и это было прекрасно!

— И ни разу с тех пор? — Леди де Мариско выглядела оскорбленной. По ее виду можно было понять, что она могла дать нагоняй своему сыну.

— Нас поселили порознь в доме Кира, а потом нас разлучил Чикала-заде-паша. На борту корабля было тесно из-за дополнительных пассажиров. Не было просто ни времени, ни места, — объяснила Валентина.

— Я надеюсь, что мой сын не будет таким неповоротливым после свадьбы, но если он таким будет, скажи мне. Я прослежу за тем, чтобы исправить это! — твердо объявила Скай.

— Разве вам недостаточно сорока двух внуков, тетя? — посмеялась Валентина.

— Конечно, нет! — многозначительно сказала леди де Мариско. — Я должна иметь по крайней мере пятьдесят!

«Но у меня есть еще одна внучка, — подумала про себя Скай. — У меня есть внучка, которую я никогда не видела и никогда не увижу».

Грусть на мгновение охватила ее, но она хорошо скрыла ее. В этот самый момент Эйден Сен-Мишель вошла в спальню дочери.

— Скай! Что, Бога ради, ты делаешь здесь в такую рань? — спросила она свою золовку.

— Доброе утро, Эйден, — обернулась Скай. — Я приехала поговорить со своей невесткой, до того как состоится свадьба.

— Ты недовольна? — Эйден выглядела встревоженной.

— Недовольна? Черт побери, Эйден, я восхищена! Я в восторге! Я чувствую облегчение! Я беспокоилась при мысли о том, что сын Найла никогда не женится и не будет иметь детей. Валентина будет отличной женой для Патрика. Стыдно, что никто из нас не понял этого, до тех пор, пока с бедным лордом Бэрроузом не случилось несчастья!

Эйден неожиданно улыбнулась.

— Да, — согласилась она, — Валентина отличная пара для Патрика, не правда ли? И у нас будут общие внуки, Скай!

— Моя тетя говорит, что она хочет пятьдесят внуков, поскольку у нее их только сорок два. Патрик и я должны сократить этот разрыв.

— Я собираюсь помочь вам с приготовлениями, — сказала Скай своей невестке. — Мы известили всех, кого смогли, и приедут они или нет, не важно, но так или иначе завтра вечером в половине пятого мой сын и твоя дочь соединятся священными узами брака!

Эйден неожиданно побледнела.

— Скай! Оглашение! Мы забыли об оглашении!

— Без него можно обойтись, — легкомысленно сказала Скай.

— Да, без него можно обойтись, — согласилась Эйден. — О Боже! Уже семь часов, а нужно еще столько сделать к завтрашней свадьбе!

— Мы все приготовим, Эйден, — успокоила Скай жену брата. — Мы все сделаем.

— Что мне делать? — спросила Валентина.