Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

Джудитта смотрела в окно, наблюдая за площадью и воротами, ведущими к Рио-ди-Сан-Джироламо. Исаак уже крепко спал в своей комнате. Даже сквозь закрытую дверь Джудитта слышала, как он храпит. А вот девушке не спалось. Она смотрела на людей, возвращавшихся в Гетто Нуово в этот поздний час, надеясь различить среди них Меркурио. Ей так хотелось, чтобы он навестил ее этим вечером!

Но уже довольно давно в ворота никто не заходил. Стражники со скучающим видом ходили туда-сюда, дожидаясь полуночного звона колокола Мараньона, чтобы закрыть ворота.

Джудитта увидела, как из сторожки вышел капитан Ланцафам. Она знала, что его ранили. Исаак каждый день делал ему перевязку. Он так ничего и не рассказал дочери о случившемся. Джудитте пришло в голову, что с того дня Ланцафам ни разу не напивался. Вот и этим вечером он был трезв.

В этот момент пробил колокол Мараньона. Стражники потянулись.

– Закрывай ворота! – приказал Ланцафам.

– Закрыто! – донеслось с другой стороны моста.

Два солдата медленно прикрыли створы вторых ворот. Джудитта смотрела на набережную Ормезини, надеясь, что Меркурио еще появится там, изображая опоздавшего в Гетто Нуово еврея. Но на берегу канала никого не было. За прошедшие полчаса Джудитта осмотрела всех, кто вошел в Гетто Нуово: часовщик Лейбовиц; две пожилые прачки; какой-то широкоплечий мужик в забрызганной кровью одежде, наверное, резник, заботящийся о кошерности мяса; толстая высокая девица, которая тянула на спине вязанку сена, замотанную в тряпицу. И, наконец, в Гетто Нуово вошел худощавый одноногий юноша, с трудом перемещавшийся на костылях. На мгновение сердце Джудитты забилось чаще. Это мог бы оказаться переодетый Меркурио. Но парень прошел мимо и не постучал тихонько в дверь дома, как они с Джудиттой договаривались.

Створы ворот за мостом над Рио-Сан-Джироламо с глухим стуком закрылись, громко скрипнул засов, когда стражники заперли вход в Гетто Нуово.

– Закрыто! – доложили они капитану.

Ланцафам вернулся в сторожку.

Джудитта еще какое-то время простояла у окна, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Наверное, сегодня вечером Меркурио к ней не придет. Девушка принялась огорченно расстилать постель. И вдруг на лестнице послышались чьи-то шаги.

Улыбаясь, Джудитта подбежала к двери. Еще не услышав оговоренного сигнала, она распахнула дверь. Но вместо Меркурио перед ней стояла полная девушка, которая вошла в ворота с вязанкой сена. До сих пор пара соломинок оставалась в ее светлых волосах.

– Ой… Ты, наверное, ошиблась дверью, – разочарованно протянула Джудитта, уже собираясь возвращаться в постель.

– Подожди, – остановила ее девушка. – Можно поцеловать тебя, прежде чем ты уйдешь?

Джудитта порывисто отпрянула, но затем рассмеялась.

– Дурак!

Меркурио опустил палец ей на губы.

– Тише. – Его глаза сверкали от радости. – Или ты хочешь всех перебудить?

Джудитта бросилась ему в объятья.

– Ах, вот это милашка! – со смехом шепнула она ему на ухо.

– Пойдем. – Меркурио взял ее за руку.

– Подожди. – Джудитта вернулась в квартиру, взяла одеяло и прикрыла за собой дверь.

Они вместе поднялись по лестнице на крышу дома, на ходу лаская друг друга. Выйдя на плоскую крышу, Меркурио и Бенедетта юркнули под небольшой навес из досок. Тут царил едкий запах птичьего помета.

– Добрый вечер, малыши, – сказала Джудитта, входя в голубятню.

Птицы, рассевшиеся по жердочкам, уже спали и лишь сонно прокурлыкали что-то в ответ.

– Посмотри, – сказал Меркурио.

В центре голубятни горел маленький костерок, а в углу было разложено сено, которое юноша пронес в Гетто Нуово. На сене валялась попона, так что получилась удобная лежанка.

– Как тут уютно! – воскликнула Джудитта.

– Это еще не все! – объявил Меркурио, доставая из кармана небольшое медовое пирожное, присыпанное молотыми засахаренными орешками.