Королевство теней - Барбара Эрскин

– Охраните Шотландию от врагов и защитите ее народ в час великой нужды.

Возле двери послышался какой-то звук. Схватив меч, Роберт вскочил на ноги.

– Прости. Я не хотела прерывать твою молитву, – Изабель стояла в тени у входа.

Роберт глубоко вздохнул, прикрыл глаза и вновь положил меч перед алтарем.

– Я мог ударить тебя.

– Прости, – смиренно повторила она. – Я не должна быть здесь.

– Да, не должна! Как ты сюда попала? Я приказал Найджелу охранять тебя и королеву на севере!

– Я приехала с отрядом воинов из Мара, которые желают присоединиться к твоему знамени. – Она сделала шаг к нему. – Я должна быть с тобой Роберт. Не отсылай меня, пожалуйста. – Ее голос внезапно сорвался. – Завтра будет очень большая битва, правда?

Роберт угрюмо усмехнулся.

– Достаточно большая. Вместе с Пембруком – Моубрей и Умфравиоль, и у них большие силы в Сентджонстауне. Но и у нас сильное войско. И правда на нашей стороне!

– Бог сражается на стороне правых. – Ей удалось улыбнуться.

– Бог, дорогая, помогает тем, кто сильнее, вот и все, – ответил Роберт с необычным для него цинизмом, а потом, повернувшись, поднял меч и медленно направился к выходу из часовни.

Дубы вокруг расступались, и открытое звездное небо мерцало над полями. Где-то в зарослях пронзительно свиристел дрозд, пробужденный ото сна.

Роберт остановился, уставившись в землю.

– Я совершил святотатство, Изабель – пролил кровь в доме Божьем. Я убил Комина. – Он взглянул вверх, на темный полог листвы. – Может ли Господь быть после этого со мной?

– Люди Пембрука поступали гораздо хуже, – быстро возразила она. – Они подняли знамя дракона, и никому, даже слугам Божьим не давали пощады! – Она вздрогнула.

– Верно, – он вдруг улыбнулся. – Итак, мы одинаково грешны. А значит, я должен положиться на свою веру в Господа, в то, что он знает, на чьей стороне правда, и кто должен победить. – Он сжимал меч обеими руками, воткнув острие в мягкую землю.

Неподалеку, под деревьями, Роберта поджидали двое его людей. Они деликатно отвернулись и Роберт, улыбнувшись, притянул к себе Изабель и легко поцеловал в лоб.

– А теперь ступай, любимая. Ты не можешь здесь оставаться. Я хочу, чтобы ты уехала в Килдрамми сегодня, сейчас. Я пошлю с тобой двух человек. Больше я не смею отвлекаться. Возвращайся к королеве, и будь при ней. Это послужит тебе епитимьей за обольщение женатого мужчины. – Он снова поцеловал ее.

– Роберт, я хочу остаться. Пожалуйста, позволь мне остаться. – Внезапно ее охватил мучительный страх. Волнение, которое она испытывала перед мелкими стычками на западе, исчезло, возбуждение от скачки на юг рассеялось. Все, что она чувствовала сейчас – свинцовую тяжесть ужаса, оттого что неожиданно поняла, какую ношу взвалил он себе на плечи, и это страшило ее. Она порывисто обняла его.

– Роберт, что если...

Но он прервал ее, прижав палец к ее губам.

– Никаких «если», Изабель. А теперь ступай. И повинуйся мне.

– Пожалуйста...

– Я приказываю тебе покинуть Метвин, Изабель. – В его голосе прозвучали властные нотки.

– Прошу прощения. – Моргая от слез, она сделала низкий реверанс. – Господь храни вашу милость, – Без дальнейших слов она развернулась и растворилась в ночи.

Роберт окликнул одного из тех, кто ждал под деревьями.

– Иди за ней, Джеймс. Пошли двоих доверенных, чтобы они доставили ее в Килдрамми. Он подождал немного, пока его друг также не исчез в темноте, затем вернулся в часовню и снова преклонил колени перед алтарем.

Впоследствии она узнала о том, что случилось. Сразу после полуночи, когда лагерь погрузился в сон, граф Пембрук, презрев рыцарский вызов на завтрашний бой, сделанный Робертом, и все понятие рыцарской чести, вероломно напал на беспечно спящих шотландцев.

Молчание леса было нарушено воплями людей и ржанием коней, метавшихся среди деревьев. Сонных солдат, хватавшихся за мокрые от росы доспехи, резали на месте, пока они пытались нащупать лежавшее рядом с ними на земле оружие.

Шотландские воины во главе со своим королем храбро сражались, и при мрачном призрачном свете летней ночи завязалась жестокая битва, но противник был сильнее. Пока верные шотландцы умирали за своего короля, он все более и более яростно кидался в схватку, но судьба уже была предрешена. Спотыкаясь о трупы своих товарищей, оставшихся лежать под деревьями, войско Брюса начало медленно отступать.

Изабель, сопровождаемая двумя людьми Стюарта, встретила зарю на дороге, ведущей через горы в Map. Она приказала Хьюго оставаться как можно ближе к королю, и он с готовностью подчинился. Ее сердце было слишком переполнено Робертом, и руки, сжимавшие поводья, несмотря на ночную жару, были холодны от страха за него. Шестое чувство подсказывало ей, что с ним происходит нечто ужасное.

Дважды она останавливала взмокшую лошадь, желая повернуть назад, но вспоминала приказ: графиня Бакан обязана вернуться к королеве в Килдрамми. Король желал, чтобы она находилась в безопасном месте, поэтому она должна подчиниться.

Однако когда она остановилась в третий раз, она решилась. Натянув поводья и пренебрегая приказом, развернула коня.

– Неужели вы повернетесь спиной к королю, когда он больше всего нуждается в вас! – вызывающе крикнула она, и что-то дикое в ее взгляде и отчаянье в голосе убедило ее спутников. Все трое развернули коней и поскакали по собственным следам обратно в Метвин.

Союзник Роберта сэр Томас Рэндольф был разбит и захвачен в плен.

Один за другим люди Брюса падали мертвыми в пропитавшуюся кровью траву, и верный Хьюго уже был в их числе. Когда наконец над разоренным лесом поднялось солнце, сперва в жемчужном тумане, а потом в багряном сиянии, залившем небо, взору открылась ужасная картина. Король и граф Пембрук сошлись насмерть. Под Робертом было убито два коня. Он видел, как его друзей убивают и захватывают в плен, но все еще сражался, и, как бы ни был измучен, его меч ни на мгновенье не останавливался. Наконец ему пришлось признать, что все бесполезно и чтобы иметь возможность продолжать борьбу, он обязан покинуть поле битвы, и в безопасности восстановить свои разгромленные силы.

Оставив свое воинство мертвым или плененным, за исключением успевших унести ноги, король на рассвете прорвал окружение с пятью сотнями людей, оставшихся из многих тысяч, что еще вчера были с ним, и скрылся среди холмов.

Нейл стоял у постели. Свечи отбрасывали на стену дрожащие тени. В комнате снова царил ледяной холод. Он медленно приблизил ладонь к лицу Клер и провел ею вверх-вниз. Ее глаза оставались открыты; она слегка мигнула, но взгляд был обращен внутрь, она по-прежнему не видела ничего вокруг. Нейл посмотрел на собаку. Та, как и в прошлый раз, забилась в угол, уставившись в какую-то определенную точку. Он медленно повернулся туда же, влекомый кем-то или чем-то невидимым.