Леди с Запада - Линда Ховард

Несомненно, что и прислуга была в курсе. Неудивительно, что Кармита была так предупредительна и смотрела на хозяйку с откровенным сочувствием.

И всетаки она Виктория Мадлен Мэри Уэйверли. Она с детства впитала традиции старинного благородного рода, но, повзрослев, поняла, что без денег они мало что значат. Однако гордость была у нее в крови, она составляла неотъемлемую часть ее существа, как и аристократическая утонченность лица.

Муж нанес ей такое оскорбление, которого не могла бы простить ни одна женщина. И после всего случившегося ей предстояло жить с ним, не имея ни малейшей возможности ни отомстить ему за причиненное оскорбление, ни уйти. Можно было бы распустить слух о его бессилии, но это претило ее натуре, ее понятию о благородстве. И несмотря ни на что, она никогда не нанесет ему публичного оскорбления.

Оставалось только одно — продолжать жить так, будто ничего не произошло, и заставить всех вести себя подобным образом, по крайней мере в ее присутствии.

Конечно, пребывание на ранчо Анжелины злило Викторию. Только теперь она начала понимать разговоры, которые слышала еще в детстве. Рассказывали, что многие мужчины имеют любовниц, но они так тщательно скрывали это от жен, что те даже не догадывались об их существовании.

Да, с присутствием Анжелины на ранчо придется смириться так же, как и со всем остальным. Ведь если Виктория добьется ее удаления, все поймут, что она сделала это из ревности, из ревности к шлюхе.

Грустные размышления, Виктории были прерваны тихим стуком в дверь. В комнату заглянула Селили.

— Я думала; мы будем чинить белье, — сказала она сестре. В голосе девушки не было укора, только удивление.

Виктория с трудом поднялась с кушетки.

— Зайди, дорогая, и посиди со мной немного.

Как ни трудно говорить об этом, но она должна наконец объяснить Селии, в каком окружении они живут, чего, следует опасаться и почему нельзя близко подпускать к себе Гарнета и других мужчин. Виктория обязана это сделать, и откладывать больше нельзя.

Селия с радостью устроилась подле сестры. Она ей полностью доверяла. Именно Виктория с Детства была ей защитой и опорой: бинтовала ей разбитые коленки, отвечала на ее бесчисленные вопросы, успокаивала ее по ночам, когда она просыпалась от страха. Сейчас она собиралась о чемто попросить сестру и в нерешительности накручивала на палец белокурый локон.

— Как ты думаешь, майор разрешит мне покататься верхов на Рубио? Мне так этого хочется. Виктория встревожено взглянула на сестру:

— Не думаю, дорогая, Рубио — жеребец, а жеребцов не используют для верховых прогулок. Они слишком своенравны и опасны.

— Но ведь мистер Ропер катается на нем. Я сама видела, — не отступала Селия.

Имя Ропера, произнесенное сестрой, заставило Викторию вздрогнуть.

— Мистер Ропер не катается на жеребце, моя Милая, он его объезжает. Мистер Ропер — сильный мужчина и опытный наездник. А ты слабенькая девочка. Селия на минутку задумалась. Конечно, сестра была права, но ей так хотелось покататься на Рубио.

— Я ведь хорошо скачу верхом! — воскликнула она.

— Селия, милочка, вспомни, сколько времени прошло с тех пор, как мы в последний раз катались верхом. Мы уже все перезабыли и потеряли форму. А с тех пор, как у нас забрали лошадей, ты каталась только на пони, — возразила Виктория.

Это было еще одним последствием войны. В самом начале боевых действий всех лошадей забрали для армии.

Селия так расстроилась, что Виктория притянула ее к себе и погладила по голове.

— Не расстраивайся. Хочешь, я попрошу майора, чтобы он выделил нам лошадей для прогулок верхом? Как было бы замечательно вместе покататься! Когдато мы с Эммой не вылезали из седла. — В голосе Виктории зазвучали грустные, ноты, а Селия сразу уловила их и постаралась как можно радостнее улыбнуться.

— Так ты поговоришь с ним? Я мечтаю о прогулках верхом! — с энтузиазмом воскликнула она.

— — Непременно, сегодня же вечером и поговорю. — Виктория замолчала, стараясь собраться с мыслями.

Теперь предстоял разговор о Гарнете.

— Дорогая, я хочу объяснить тебе коечто важное, — начала она.

Селия кивнула, и выражение ее лица стало серьезным.

— Мистер Гарнет, — нахмурившись, продолжала Виктория, — мистер Тарнет — порочный человек. Он может причините тебе страшное зло. Будь с ним осторожна. Не позволяй ему дотрагиваться до тебя и никогда не оставайся с ним наедине

— Причинить мне зло? Как это? — Селия была скорее заинтересована, чем испугана.

Виктория опасалась, что сестра начнет интересоваться подробностями и не отнесется всерьез к ее предостережениям.

— Есть такие вещи, — с трудом подбирая слова, ответила Виктория, — которые мужчина может сделать с женщиной… причинить ей боль, обидеть..

Селия кивнула:

— Избить, да?

— Ну да, и это тоже. Но и многое другое, еще более ужасное.

— Да скажи же наконец, что именно! Выхода не было. Виктория глубоко вздохнула:

— Он может задрать тебе юбку и потрогать у тебя между ног

Селия чуть не подпрыгнула

— Черт меня побери, если я позволю!

Както раз она слышала эти слова от погонщика, и они ей понравились. Но, как и все стоящее и интересное, это были запрещенные слова. Селия произносила их только мысленно а сейчас они неожиданно вырвались наружу

Виктория с трудом удержалась, чтобы не расхохотаться. Конечно, раньше бы она отчитала Селию за подобную выходку, а сейчас не стала

— Пусть только подойдет ко мне, — возбужденно воскликнула девушка, — я его поколочу!

— Успокойся, милочка Ты просто не должна оставаться с ним наедине, понимаешь? И с другими мужчинами — тоже. Я им не доверяю.

— И мистеру Роперу не доверяешь? При упоминании этого имени у Виктории пробежал холодок по спине.

— Нет, — ответила Виктория, — я думаю, что мистер Ропер не опасен для нас. Он даже запретил мистеру Гарнету подходить к тебе.

— Мне нравится мистер Ропер, — кивнула в ответ Селия.

Виктория с облегчением вздохнула и обняла сестру Слава Богу, все было сказано, и Селия, кажется, поняла.

Странно, она была уверена в Ропере, когда речь шла о младшей сестре, он, несомненно, встанет на ее защиту. Но сама она не чувствовала себя рядом с ним в безопасности. Напротив, в его присутствии ею овладевала какаято непонятная слабость. Ей бы тоже не мешало следовать совету, который она дала Селии относительно Гарнета, и никогда не оставаться с Ропером наедине.