Сердитая сеньорита - Китти Лонг

За несколько последних дней Питер совсем измучился. Его ум вел бесконечную войну с желаниями тела, чего не случалось уже долгие годы, и все из-за влечения к черноволосой Анхеле.

Однако если с телесным влечением еще можно было справиться, что прикажете делать с тем, что Питеру стала нравиться сама девушка, ее упрямый и независимый характер, который преодолевал ограничения «правильного» воспитания девочки из богатой семьи? Питеру нравилась ее преданность целям. И еще ему очень нравилось смотреть на нее.

Детектива ужасала одна мысль о том, что Анхела может быть сообщницей Норманна Синклера. Но, если она встречается с этим парнем, подобное предположение вполне может быть правдой, подумал он.

Разумную и практичную часть Питера это даже радовало. Ведь в этом случае Анхела могла проговориться о чем-то важном в его присутствии, что стало бы большой помощью в расследовании.

Но та его часть, которая лелеяла воспоминания о поцелуе, ненавидела саму мысль об этом. Питер страдал оттого, что знал девушку недостаточно хорошо, чтобы судить о ее характере. Раздражался, что тело помимо его воли тянулось к Анхеле всякий раз, когда она входила в комнату. И, наконец, больше всего Питера выбивал из колеи тот факт, что разум не мог позволить ему сделать то, что он хотел больше всего на свете: схватить девушку в охапку и целовать до потери сознания.

И как меня угораздило? — с отчаянием подумал он и встряхнул головой, возвращаясь к настоящему.

Рядом с ним Рикардо приканчивал уже вторую по счету кружку пива. На сцене джаз-банд очень неплохо исполнял «Чаттануга-Чучу». Мужчины сидели за грубо сколоченным деревянным столиком, который, равно как и другие предметы интерьера, был призван напоминать посетителям о далеком прошлом. Друзья расположились за столом так, чтобы видеть одновременно оба выхода из клуба. Что поделаешь, старые привычки трудно забыть.

Питер приехал к «Ультиме», следуя за машиной Анхелы, и на входе совершенно случайно столкнулся с Рикардо, который по долгу службы проверял в казино установленную их фирмой систему слежения, призванную предотвратить шулерство за столами.

— Эй! — Рикардо толкнул Питера в бок. — Ты только посмотри на блондинку за их столом.

Неисправимый оптимист, Рикардо все еще верил в вечную любовь с первого взгляда, не смотря на два развода.

Девушка, на которую он указывал, была одета в красное платье, притягивавшее взгляды окружающих мужчин. Всех, кроме Питера, который не отрываясь смотрел на Анхелу. На ней было маленькое черное платье, которое великолепно подчеркивало ее потрясающую фигуру.

А рядом с девушками сидел не кто иной, как Норманн Синклер собственной персоной.

— Это подруга Анхелы, той девушки, из дома которой я слежу за Норманном. Кстати, приглядись к нему повнимательнее. Может быть, видел его когда-нибудь?

— Нет. Поверь мне, я знаю всех местных скупщиков краденого в лицо. Никогда его не видел. Знаешь, как зовут блондинку?

Питер задумчиво потер переносицу.

— Сюзанна… Сара… Что-то вроде этого. С каких это пор ты стал обращать внимание на едва вылезших из пеленок младенцев?

— С тех самых пор, как в последний раз развелся. Решил жениться на молоденькой и повторить подвиг Петруччо.

— Ты про «Укрощение строптивой»? Смотри, как бы тебя самого не укротили! Кроме того, девушка тебе явно не по карману.

— Знаю, сейчас я сам себе не по карману. Но, по крайней мере, я могу угостить ее выпивкой.

— Я тут работаю, трачу силы на слежку, а ты мне совсем не хочешь помогать, — возмутился Питер. — Сконцентрируйся!

— Я именно этим и занимаюсь, — запротестовал Рикардо. — Глаз с их столика не свожу с тех пор, как они туда сели.

Скрытый танцующими парами, Питер мог без помех наблюдать за Анхелой. Девушка сидела к нему боком, рядом с ней пристроился Норманн. Вторая девушка, Стефани, наконец-то он вспомнил, как ее зовут, сидела по другую сторону от Норманна.

Питер никак не мог понять чувства Анхелы по отношению к Норманну. Язык ее тела был очень противоречив. Девушка то смеялась, наклоняя голову поближе к ухажеру, слушая, что он говорит, то откидывалась на спинку стула, словно ее терпение временно истощалось. Ее улыбка становилась слегка натянутой, и она оглядывала взглядом толпу, словно кого-то в ней искала. Одна нога, одетая в изящную туфельку на высоком каблуке, отбивала ритм мелодии, играемой на сцене.

Питер наклонился к Рикардо:

— Ты что-нибудь слышал об этом месте?

Рикардо сразу же понял, что его друг имел в виду.

— Кое-что есть, но доказать невозможно.

— А именно?

— В комнатах для особо важных персон, куда не каждого пускают, обчищают в покер наивных туристов с толстыми кошельками, но все делается очень тонко, и пока в полицию никто не обращался. Потом, в клубе наливают выпивку малолеткам, не спрашивая удостоверения личности, но наркотиками тут не торгуют.

Да, еще система безопасности тут повыше классом, чем обычно ставят в казино средней руки.

Интересно!

Джаз-банд начал играть быструю танцевальную мелодию, и половина зала вскочила на ноги. Норманн наклонился к Анхеле и что-то спросил. В ответ она с улыбкой покачала головой, указав на свой пустой бокал, встала и начала пробираться к бару.

Питер тоже поднялся на ноги и бросил Рикардо:

— Присматривай за ним. Я скоро вернусь.

Он осторожно маневрировал между танцующими, не теряя из виду Анхелу. Пока не столкнулся с ней.

— Ох, извините, сеньорита!

Девушка едва удержала бокал с вином и с вежливой улыбкой подняла глаза. Дай Боже, чтобы это удивление и радость были настоящими! — подумал Питер.

— Что ты здесь делаешь? — воскликнула она.

Питер кивнул в сторону сцены.

— Я услышал объявление по радио, что сегодня здесь будут выступать «Эклипс», мой друг очень любит эту группу, вот мы и выбрались сюда. А ты почему здесь?

Анхела смутилась и невольно кинула взгляд на свой столик.

— Я… Мне они тоже очень нравятся.

Лгать эта девушка умела. Хотя, конечно, не так хорошо, как Питер.

Заиграла медленная мелодия, и детективу в голову пришла неплохая идея.

У Норманна могло быть свидание с Анхелой, но одновременно он мог использовать девушку как прикрытие, чтобы передать драгоценности покупателю. Поскольку у клуба была репутация с душком, вполне могло быть, что у Норманна есть здесь связи.