Точка соприкосновения - Линдсей Армстронг

После столь удачной встречи Скай прониклась духом бала, тем более что народу было столько, что она легко потеряла из поля зрения Ника и Уинн.

Однако, танцуя с Джеком Этвудом, она сказала:

— Хотелось бы узнать, что там жарят на кострах. Не только для моей книги. — Она слегка смутилась. — Здесь, конечно, весело, но истинный дух Маунт-Грегори там. Я права?

Джек задорно улыбнулся.

— Между нами говоря, Скай, я предпочел бы находиться там. Но Салли считает, что наш долг — украшать бал своим присутствием. Э… — он огляделся, — с меня шкуру спустят, если я уйду, но у Ника там есть пара приятелей. Думаю, он будет рад устроить для тебя экскурсию.

— Нет, Ника не надо, — пошутила Скай. — А то Уинн спустит шкуру с меня.

Их взгляды на мгновение встретились, и Скай удивилась решимости в глазах Джека. Он пояснил:

— У меня кое-какие планы насчет Уинн. Ты знаешь, что сегодня пройдет конкурс нарядов? Так вот, я только что назначил судьей знаменитую модель Уинн Мортимер. Это должно обезвредить ее по крайней мере на час.

— Нет, Джек, не надо… — пробормотала Скай.

Но он, не обращая внимания, потащил ее к Нику, стоявшему в одиночестве.

Ник раздумывал недолго.

— А что? — тихо произнес он. — Я и раньше помогал Скай с ее книгами. Пошли.

— Это была не моя идея, — возмущенно запротестовала Скай, когда он повел ее на улицу — Так что можешь проводить меня до дома, и я отправлюсь спать.

— Разве это не твоя идея — взглянуть, что они там жарят на кострах? — Он остановился и загадочно посмотрел на нее. Сегодня на нем было все черное — рубашка, брюки. Как и большинство мужчин, он снял пиджак и ослабил узел галстука. Скай хорошо знала этот костюм и любила его…

— Да, конечно, идея была моя, — торопливо согласилась она, — но… — Ее усталый голос стих.

— Как и мысль о том, что я последний, к кому ты села бы в самолет? — подсказал он. — Но разве не ты говорила, что мы можем остаться друзьями?

— Ник, — натянуто произнесла она, — ты, похоже, забыл, что находишься здесь с другой женщиной, которая не выносит меня.

Он улыбнулся.

— Пусть Уинн тебя не волнует, Скай. Это просто невинная прогулка. Верно?

Он был так обворожительно оживлен и весел! Она не знала, надавать ему пощечин или… Нет, одернула она себя. Все. И повела плечами.

— Хорошо.

Ник разыскал друга-старателя, добывающего опалы, который был несказанно рад пригласить их к своему костру. Они присели на бревно, были всем представлены и получили по железной тарелке. Никто не узнал Скай, и она несколько расслабилась.

Кто-то забренчал на гитаре. Она с интересом вглядывалась в лица. У костра сидели старатели с покрытыми навсегда въевшейся грязью руками. Они привыкли ночевать под открытым небом, но в еде толк знали. Это открытие она сделала, покусывая цыплячье крылышко и пытаясь разобраться, в чем его мариновали. Вкуснятина!

Самое интересное, что Ник чувствовал себя своим в этой компании. Пламя костра яснее дня освещало человека, принадлежащего совсем другому миру. Очевидно, дело заключалось не в видимых признаках, не в одежде и чистых изящных руках, а в его ауре.

Каким-то образом становилось ясно, что он умный, целеустремленный человек. Может быть, из-за его манеры говорить? Или из-за того, что в любой компании он чувствует себя как дома? Большинство сидящих у костра людей, по всей видимости, знали его лично, так что наверняка он бывал на приисках, в их привычной среде.

И предпочел не делиться этим со мной, печально подумала Скай и заставила себя отвести взгляд от его рук…

— Я тут размышлял, приведешь ты кого-нибудь из своих шикарных приятелей навестить нас, Ник, мой старый подручный, — сказал его друг Бобби без всякой обиды.

— Вот этой подруге, — ответил Ник, — не терпелось посмотреть, что вы тут готовите на костре. Она пишет поваренные книги.

— Вот как? И как тебе понравился цыпленок? — обратился Бобби к Скай.

— Так понравился, что очень хочется попросить рецепт. А еще… — Скай помедлила. — Может, знаешь, как готовить колдовское зелье из личинок или суп из хвостов кенгуру или… ящериц?

Раздался взрыв хохота. Скай засыпали рассказами о странных блюдах, которые им доводилось пробовать, хотя выяснилось, что никто так и не отведал пи колдовского зелья, ни ящериц. Зато они выдали рецепты коржа и хлеба и несколько способов приготовления «бушменского харча». Все это старатели с удовольствием записали на клочках бумаги, с хохотом издеваясь над собственными ошибками.

Затем на тарелку Скай положили запеченную в фольге на углях картофелину, политую чесночным маслом, и омлет с луком и помидорами. Скай заявила, что ей придется переработать главу, посвященную «бушменскому харчу», в Маунт-Грегори: еда была такой вкусной, будто ее готовили для гурманов.

Им это понравилось. И вскоре стало ясно, что и сама она им очень понравилась. Когда все начали расходиться, Бобби протянул:

— На твоем месте, дружище, я бы стреножил эту дамочку. Пора тебе под ярмо.

Скай остолбенела, но Ник, держа ее за руку, отшутился:

— Тебе ли попрекать котел сажей. Сам ты ни с кем под ярмом еще не ходил.

— Твоя правда, дружище! Но я не в состоянии изменить образ жизни. А вот из тебя настоящий бобыль никогда не получится.

— Тебе это надо, Ник? — поинтересовалась Скай.

Они пробирались обратно, огибая еще один шумный шатер — боксерский.

— А вот это — традиция глубинки. Гостям предлагают сразиться с кем-нибудь из профессиональных боксеров, разъезжающих по стране. Бывает очень смешно.

Скай передернуло.

— Терпеть не могу мордобой, ни в каком виде.

Они добрались до скаковой дорожки. Он остановился и положил локти на ограду. Здесь, у финишного столба, газон был тщательно ухожен и в свете звезд выглядел прохладным и покрытым росой.

— Ты не собираешься отвечать, Ник? — наконец спросила она.

— Хочу ли я остаться бобылем, Скай? — медленно произнес он. — Не так чтобы очень. Но возможно, это моя судьба.

Она задумалась.

— Когда ты бываешь на приемах, носишься на машине и тому подобном, о тебе такого не подумаешь.

— Я как-то сказал тебе, что этим мои интересы не ограничиваются.

Она вспомнила их первый совместный ланч.

— Да, но это никак не проявлялось, пока мы были… вместе. Например, твои здешние увлечения.

— Сейчас я гораздо реже занимаюсь этим. Но еще мальчишкой искал здесь опалы, сапфиры и золото. Мы с отцом ездили на грузовике, прихватив запас еды и котелки. Потом более серьезные дела стали отнимать столько времени, что отец уже не мог потакать страсти, с которой у него все началось.