Летнее приключение - Клер Кук

— Позвони в социальную службу, — посоветовала моя мать. — Сейчас я дам тебе телефон горячей линии «Дети и риск».

Я ушла в спальню, чтобы позвонить матери. А потом высунула голову в дверь гостиной, чтобы посмотреть, что там происходит. Теперь, когда дети немного успокоились, они казались даже вполне милыми. Посасывая пальцы, они учились готовить кофейный пудинг. Что и говорить, наблюдать за тем, как шоколад растапливают на водяной бане, — вещь завораживающая. Небезынтересно было узнать и то, что огонь надо уменьшить до того, как вы добавляете в пудинг ваниль. Дети Крейга в таком возрасте любили готовить.

— Белла, — услышала я голос матери, — ты еще там?

— Ох, прости, — сказала я. — Не знаю… Если я это сделаю, они наверняка захотят, чтобы я вернула часть денег.

— Ты взяла деньга за то, чтобы присмотреть за детьми?

— Видишь ли, — пробубнила я, — не могу сказать, что у меня был большой выбор.

— Белла, — снова заговорила мама, — ты действительно нашла двух покинутых детей или это не так?

Иногда из моей матери так и прет социальный работник.

— Не бери в голову, — отозвалась я. — А что нового у тебя? Где ты была вчера вечером?

— С одним приятелем, — ответила мама. — Нет, ты мне скажи, у тебя там все нормально или ты в панике?

Я подошла к бару. Возле него стояла роскошная большая корзина с фруктами, и я выбрала себе яблоко.

— Нет, не в панике.

— Ну тогда хорошо. Подожди, мне кто-то звонит. Вот что, Белла, послушай, я перезвоню тебе попозже, хорошо? Я тебя люблю.

— Я тоже, — призналась я тональному набору, затрещавшему в трубке, и отключила телефон. Сев на край кровати, я посмотрела в окно и стала есть яблоко. Из икон номера для новобрачных открывался великолепный вид на залив Маршберри. Создавалось впечатление, что все, у кого были лодки, отправились на морскую прогулку, чтобы получить удовольствие от этого чудесного августовского дня.

Доев яблоко, я взглянула на радиоприемник с часам и, стоявший возле кровати. Должно быть, именно в этот момент невеста идет по проходу церкви к алтарю. Надеюсь, действие вина еще не кончилось, иначе какой же что будет стыд, если позывы к рвоте начнут мучить ее у алтаря! Интересно, подумала я, Джон все-таки успел получить свои брюки?

Я дошла уже до того, что была готова вот-вот пуститься в плавание по туманным воспоминаниям о моем собственном венчании. Но, честно говоря, такое плавание меня не устраивало, поэтому, тряхнув головой, я решительно отогнала эти мысли. Я еще раз выглянула в окно, надеясь увидеть там хоть кого-нибудь, напоминающего няню, хотя, признаться, и понятия не имела о том, как она, а возможно, даже он, выглядит.

Кулинарное шоу, должно быть, сменилось рекламой, потому что дикие дети ворвались в комнату, вскочили на кровать и принялись скакать по ней, визжа и вопя что есть мочи. Странно, но никто и не подумал постучать в дверь или позвонить, чтобы пожаловаться на шум. Вероятно, номер для новобрачных был звуконепроницаемым. Интересно, подумала я, указывается ли это в рекламе номера.

От всех этих воплей у меня разболелась голова. Быстро прикинув, сколько мне заплатили и сколько прошло времени, я пришла к выводу, что заработала еще и на прибавку.

— Эй! — крикнула я. — Хотите, чтобы я вас подкрасила перед прогулкой?

Дикие маленькие дети пристегнулись на узком заднем сиденье моего «фольксвагена-жука». Я ехала ну просто очень медленно, потому что была абсолютно уверена, что детей следует возить на специальных сиденьях.

Я посмотрела на детей в зеркало заднего вида. Честно говоря, эти их полосатые рубашки поло не слишком-то подходили для свадебной церемонии, однако косметика все же придала им праздничный вид. Детишки вовсю хохотали, когда я распыляла на их личики тональный крем из своего пистолета. Особенно это развеселило маленького мальчика. В остальном я была очень аккуратна с косметикой и постаралась, чтобы дети не стали похожи на этих ужасных расфуфыренных детей, которых буквально заливают гримом перед праздниками.