Прощание с Амстердамом - Бетти Нилс

— И что вы будете делать, Дейзи?

— Позвоню отцу.

— Я позвонил ему вчера перед отъездом. Я довезу вас до дома — вас и ваше ведерко. Она повернулась к нему:

— Это же далеко!

— Нам по пути, я еду к своим друзьям. Помните, я уже гостил у них, когда мы гуляли с вами по берегу?

— Ах, да. Так здорово! Почему вы не сказали об этом раньше?

— Опасался, что вы откажетесь наотрез. Она задумалась над его словами.

— Может быть, — она улыбнулась, — хотя теперь я очень рада, что меня довезут до самого дома. Спасибо вам.

— Не за что. Мне нравится ваша компания.

— Правда? Но вы же всю дорогу молчали. Я думала, вы ругаете себя за то, что предложили меня подвезти.

— Вовсе нет, Дейзи. Вы ведь не та девушка, которая ждет, что ее будут развлекать пустыми разговорами?

— Нет. Молчание мне даже нравится. Всегда есть, о чем подумать.

Он взглянул на нее, выразив полное согласие. Ему тоже предстояло о многом подумать.

Они прошли таможенный досмотр и были на пути в Колчестер, когда он предложил остановиться на завтрак, после чего они продолжили путь. Движение не было интенсивным, Джулиус вел машину быстро, по-прежнему почти не разговаривая, предоставив Дейзи возможность любоваться зимним пейзажем. Как только он свернул к Солсбери, она позволила приятному волнению, вызванному приближением к дому, захватить ее.

Проехав через Солсбери, Хьюизма сбавил скорость, и Дейзи вопросительно посмотрела на него.

— Ланч, — коротко сказал он. — При выезде на трассу есть хороший ресторан.

Он притормозил в маленькой деревушке и проехал через ворота к большому дому в центре двора. Внутри их ожидали гостеприимный камин в баре и красивая столовая. Дейзи не могла скрыть своего удовольствия. Они устроились в баре, чтобы выпить шерри и внимательно изучить меню. Еда оказалась превосходной. Доктор Хьюизма, словно позабыв о своем молчании, снова стал приятным собеседником, каким был во время их прогулок по берегу моря.

После ланча — снова дорога. Не доезжая до Эксетера, они свернули и поехали вдоль побережья по узким дорогам Девоншира.

— Мама с удовольствием угостит вас чаем, сказала Дейзи, когда он повернул на загородную дорогу, ведущую к ее дому.

— Это очень любезно, но мне лучше не задерживаться. Я приехал к друзьям всего на пару дней.

Дейзи покраснела. Хотя он произнес эти слова, как обычно, спокойно, она почувствовала унижение. Какая глупость — приглашать его на чай. Он доставил ее домой, но это не повод полагать, что он пожелает дальнейшего развития их отношений.

— Да, конечно, — произнесла она безжизненным голосом и добавила, что скоро стемнеет.

Джулиус, заметив ее румянец, прекрасно понял, о чем она думает. Пожалуй, его отказ действительно прозвучал резковато. А может быть, это к лучшему? Доктор начинал находить ее очень интересной и сожалел, что они больше не встретятся.

Когда они остановились напротив антикварного магазина, улица городка была пустынной. В окне горел свет, и дверь сразу же открылась, выпустив мистера Гилларда.

Джулиус вылез из машины, открыл дверцу для Дейзи и спокойно ждал окончания родственных объятий. Антиквар повернулся к нему и крепко пожал его руку.

— Так любезно с вашей стороны, — заметил он. — Мы очень благодарны. Пойдемте в дом, там накрыто к чаю.

Джулиус слегка пожал плечами. Что же, еще полчаса в приятной компании не причинят вреда. На прощание можно.

Дейзи бегом поднялась к матери.

— Наконец-то я дома. Здорово! У меня накопилось так много рассказов о…

Она замолкла при виде отца и доктора, входивших в комнату. Девушка радостно улыбнулась молодому человеку: все-таки передумал. И он, увидев ее улыбку, пожалел, что их дороги расходятся. Во время чаепития доктор сидел рядом с миссис Гиллард и успокаивал ее насчет здоровья дочери. Потом он разговорился с антикваром Гиллардом о господине Фриске и ведерке для охлаждения вина, после чего они легко переключились на тему старины. За чаем Дейзи сидела тихонечко, почти ничего не говорила и желала лишь одного — чтобы время остановилось.

Конечно, такого не бывает. Вскоре Джулиус поднялся, поблагодарил за чай, предложил достать ведерко из машины, а потом пожал Дейзи руку. Попрощался с ней дружеским, но сдержанным тоном.

Наконец он ушел.

Дейзи начала убирать со стола, а мать подошла к окну посмотреть, как отъезжает гость.

— Красивая машина, — заметила она. — И какой приятный молодой человек! Вероятно, положение врача обязывает к таким прекрасным манерам.

Дейзи согласилась, но таким тихим голосом, что мать бросила на нее быстрый взгляд и добавила:

— Ты сможешь нам рассказать все сегодня вечером, дорогая. Пойди и распакуй свои вещи, а я позабочусь об ужине.

Целый вечер Дейзи давала подробный отчет о своем пребывании в Голландии. В деталях расписав доставку ширмы и общение с господином Фриске, она сумела отвлечь внимание родителей от доктора Хьюизмы.

В тот же вечер доктор, ужиная с друзьями, объяснял им причину своего внезапного приезда.

— Извините, что не предупредил. С Дейзи я познакомился, когда был здесь в прошлый раз, а потом мы случайно несколько раз встречались на прогулке. После всех ее злоключений я чувствовал себя просто обязанным помочь девушке благополучно вернуться домой с этим громоздким ведром!

Хозяйка сочувственно произнесла:

— Бедняжка — упасть в канал, а потом подвергнуться нападению! Такая милая и разумная девушка. Знаешь, ее здесь очень любят, только молодые люди обходят стороной. Конечно, их больше интересуют смазливенькие мордашки.

На следующее утро за завтраком хозяйка спросила Джулиуса, назначен ли день свадьбы.

— Хелен замуж не торопится. Ведет бурную светскую жизнь: собирается в Швейцарию покататься на лыжах, а потом друзья пригласили ее в Калифорнию.

В разговор вмешался хозяин:

— Жаль. Я тут присмотрел одно украшеньице, которое ты мог бы подарить невесте. Кстати, как раз в той самой антикварной лавочке, где ты чаевничал вчера вечером. На прошлой неделе мистер Гиллард показал мне необыкновенно красивую брильянтовую брошь в форме банта. Забавно, но я сразу подумал о твоей Хелен — она так блистательна! Я, конечно, тут же собрался заложить дом и купить брошь для Грейс, — он улыбнулся жене, — но она отговорила меня.

Доктор передал чашку, чтобы ему налили еще кофе.

— Не сомневаюсь, что бриллиантовый бант придется по вкусу Хелен. Возможно, я взгляну на брошь.

Джулиус, обретший законное право еще раз увидеться с Дейзи, воспрял духом.

Дейзи оглянулась, когда звякнул дверной колокольчик. Отец находился в своем кабинете, а она приступила к привычным обязанностям — подвязывала ценники к коллекции фарфоровых фигурок. Амстердам уже начинал казаться сном, но Джулиус Хьюизма, направляющийся к ней через людный магазин, сделал сон явью. Она отставила фарфоровые украшения и, несмотря на дрожание рук, смогла поздороваться с ним ровным голосом.