Бриллиант в пыли - Диана Палмер

— Ах ты, коварная! — рассмеялась Кэсси.

— Да какое тут коварство? — невинно заморгала миссис Пил. — Просто к тому времени я уже проголодалась. А он все рассказывал и рассказывал, какие блюда приготовил себе и своей тете вчера на ужин. Я, как бы между прочим, и заметила, что уж и не помню, какие они на вкус, эти цыплята.

Кэсси наклонилась и обняла ее.

— Ну что ж, будет у нас хоть один нормальный ужин за всю неделю.

— Да, насчет вечера, — спохватилась миссис Пил. — Тебе надо переодеть блузку. И сделай себе макияж. Калеб очень красивый молодой человек.

— Мама! — вспыхнула Кэсси.

— Никогда не надо отваживать перспективного поклонника, — улыбнулась миссис Пил. — Я знаю, тебе нравится мистер Таггерт, но он здесь как-то не на месте. Умный, образованный и не ведет себя так, как обычные ковбои. Он смотрелся бы более естественно совсем в другом окружении.

— Ох, уж это твоя интуиция, — проворчала Кэсси.

— У тебя она тоже есть. Так же как и у твоей бабушки. Она могла даже предсказывать будущее. — Миссис Пил замялась. — Правда… у нее было одно предсказание, в которое очень трудно поверить.

— Какое?

— Она говорила, что моя дочь будет жить как принцесса. — Миссис Пил рассмеялась. — Прости, но мне это кажется маловероятным.

— Каждый может ошибиться, — согласилась Кэсси.

— Ну ладно, иди переодевайся. Я сказала Калебу, что мы ужинаем в шесть.

— Я, конечно, переоденусь, — улыбнулась Кэсси, — но вряд ли это что-то изменит. Я все равно не стану прекрасной принцессой.

— Лицо увянет, характер останется, — напомнила миссис Пил.

Кэсси вздохнула.

— Много ли ты видела молодых людей, которые искали бы женщин с характером?

— Этот может быть первым. Поторопись.

Калеб был высок, поджар, мускулист и очень вежлив. Его темные глаза не отрывались от лица Кэсси, пока они все вместе сидели за столом. Калеб рассказывал о своей службе в Афганистане, где он был капралом. Хотя он и неплохо разбирался в моторах, но армии тогда не нужны были механики, и ему пришлось пройти переподготовку и стать связистом.

— А ты убивал людей? — отложив в сторону ложку, Селена внимательно смотрела на него.

— Селена! — цыкнула на нее Кэсси.

Калеб тряхнул головой.

— Мы старались этого не делать. Но наш лагерь находился высоко в горах, там, где обычно скрываются террористы. Время от времени у нас бывали перестрелки.

— Страшно было?

— Еще бы. Но мы старались не думать об опасности. — Он взглянул на Селену и улыбнулся. — Вокруг нашего лагеря всегда было много детей. Мы получали посылки из дома и раздавали им печенье и конфеты. У них там не так уж много сладостей.

— А девочки там были? — спросила Селена.

— Нет, девочек мы не видели. Их обычаи отличаются от наших. Девочки остаются с матерями. А мальчики должны быть рядом со своими отцами.

— Я бы тоже хотела быть рядом с отцом, — грустно произнесла Селена. — Но он ушел.

— Ушел?

Глядя ему в глаза, Кэсси сказала одними губами: «Он умер».

— Наливай еще кофе, Калеб, — предложила миссис Пил.

— Спасибо. У вас хороший кофе.

Кэсси не пожадничала, положив приличную порцию смолотых зерен в кофеварку. Кофе был дорогим, и они редко пили его, но рядом с корзиной цыплят чашка качественного напитка не казалась такой уж большой жертвой.

После ужина Калеб бросил взгляд на часы и сказал, что ему пора возвращаться в Биллингс. Его тетя собиралась сегодня в кино, и он обещал сопроводить ее.

— Спасибо за вечер, — сказал он. — Я очень хорошо провел время.

— Заходи еще, — предложила миссис Пил. — Мы приготовим макароны и овощи с сыром.

Калеб замялся.

— А что, если я принесу сыр? В отношении сыров я прямо-таки гурман.

Они разгадали его маневр, но решили не показывать этого. Все равно всем было известно, что они существовали на грани выживания.

— Для меня это только удовольствие, — улыбнулся он и посмотрел на Кэсси. — Ты меня не проводишь?

— Конечно.

Она подошли к его машине.

— Говорят, твоя мать тяжело больна.

— Рак легких.

— Если бы я мог что-нибудь сделать для нее… Твоя мама была очень добра к моей кузине, когда во время бурана пропал ее муж. У нас все это помнят.

— Ничего, мы справляемся. — Кэсси улыбнулась. — Спасибо за цыплят, «я уже и забыла их вкус», — передразнила она свою мать.

Калеб рассмеялся, оценив ее честность.

— У тебя всегда было чувство юмора.

— Смеяться легче, чем плакать.

— Я зайду к тебе в магазин завтра в обед, и скажу, когда буду свободен. Моя тетушка просто завалила меня поручениями.

— Ты можешь позвонить.

— Нет уж, я лучше зайду. Тогда мне, возможно, удастся избежать скучнейшего чаепития с одной из ее подруг, у которой к тому же и дочь на выданье.

— Боишься попасть в кабалу? — усмехнулась Кэсси.

— Само собой. А у тебя кто-нибудь есть?

— Нет… А у тебя?

Он пожал плечами.

— Даже не знаю, как сказать. Она — девушка моего друга.

— У меня похожая ситуация. За исключением того, что у него нет девушки.

— Ты ему не нравишься?

— Нисколечко…

— Значит, мы оба оказались не у дел. — Он внимательно разглядывал ее. — Ты знаешь, я был ужасно стеснительным в школе и никогда не мог набраться смелости, чтобы пригласить тебя куда-нибудь. А мне этого очень хотелось. Ты всегда была такой веселой и жизнерадостной.

Для нее это было полной неожиданностью. Она запомнила его как холодного, неприветливого парня, который, казалось, никогда не замечал ее.

— Я в школе тоже была застенчивой, — призналась она. — Я и врать-то тогда не умела.

— В армии меня этому быстро научили, — усмехнулся он. — Ты очень славная, Кэсси. Мне жаль, что я раньше не познакомился с тобой получше.

— Мне тоже, — улыбнулась девушка. — Но я буду рада найти в тебе друга. Я даже могу писать тебе, если ты оставишь мне свой адрес.

Его лицо просветлело.

— Конечно, оставлю. А то я, наверно, слишком долго смотрел на фото этой его подружки.

— Давай я пошлю тебе свою фотографию, — предложила она. — Ты можешь сказать своему другу, что она напоминает тебе обо мне.

Ему понравилась эта идея.

— Ты правда сделаешь это для меня?