Все, что пожелаю - Розмари Роджерс

Ах, Боже, нужно выбросить его из головы! Следует мечтать не о человеке с тигриными глазами, коварной усмешкой и хрипловатым выговором, а о своем будущем. Уж он-то, несомненно, забыл о ней в ту же минуту, как она исчезла из виду!

Но Анжи, сама того не зная, ошибалась, ибо Джейк Брейден именно в этот момент думал о ней.

После короткого свидания и не слишком приятного прощания с Эжени он понял, что опаздывает на встречу с губернатором Уормотом и месье Гравье. Эжени вела себя, как он и предполагал: заливалась слезами ярости и с деланной скорбью ломала руки, узнав о том, что отвергнута. Впрочем, он надеялся, что она окажется совершенно такой, как остальные веселые девочки, готовые доставить мужчине удовольствие в обмен на щедрое вознаграждение. Как жаль, что неверно судил о ней.

Джейк поднялся по ступенькам черного хода и вошел в небольшую комнатку рядом с бальным залом. Его уже ждали. Гравье казался раздраженным, а незнакомая дама — сдержанной, хоть и, очевидно, расстроенной. Один губернатор был совершенно равнодушен к подводным течениям в тесной каморке за тяжелыми бархатными шторами. Глаза щипало от дыма сигар, висевшего в воздухе.

Мадам Линдси приветствовала его с холодной вежливостью. Представивший его губернатор лукаво добавил:

— Капитан Брейден обладает огромным опытом в борьбе с индейцами, миссис Линдси, и идеально подходит вашей дочери.

Миньон с плохо скрытой неприязнью взглянула на губернатора.

— Я уже говорила, губернатор, что любыми способами желаю избежать этого опасного и утомительного путешествия.

— Да-да, миссис Линдси, — тяжело вздохнул Уормот. — Но к несчастью, ваш покойный муж весьма подробно изложил условия. И поскольку не удалось обнаружить ни более позднего завещания и никакого дополнения, мои руки связаны. Надеюсь, вы понимаете, что моя юрисдикция не распространяется на Нью-Мексико? Но я согласен с вами. Если мисс Линдси решит вернуться во Францию, выплаченная ей сумма будет совсем невелика, но если примет условия завещания, станет богатой наследницей.

— Но, сэр, объясните, что станется с поместьем, если Анжелика откажется туда ехать? Продадут, » чтобы передать деньги ей, или оно отойдет правительству?

— Пока трудно сказать. Разумеется, нельзя, чтобы земля оставалась без владельца. Это просто запрещено законом, тем более что Джон не позаботился об управлении по доверенности. Всего-навсего оставил поместье своей дочери. Если предпочитаете, можете остаться в Новом Орлеане на время ее пребывания в Нью-Мексико. Я позабочусь о том, чтобы вам не давали скучать во время ее отсутствия.

Джейк отметил, что Миньон прекрасно понимает истинные причины, побудившие губернатора отказать ей в помощи, поскольку ее глаза гневно блеснули, а губы сжались в тонкую линию, что, правда, ничуть не затмило ее красоту.

— Я чрезвычайно благодарна вам за великодушие, губернатор, но если моей дочери придется рисковать жизнью, я не оставлю ее одну и, разумеется, буду ее сопровождать.

— В этом нет нужды, Миньон… могу я вас так называть? В ее распоряжении американская армия! Капитан Брейден — самый компетентный проводник и искусный разведчик в Новом Орлеане. Служил здесь после окончания войны и лишь недавно вернулся из Нью-Мексико. Ведь здесь ваш дом, не так ли, Брейден?

Джейк молча кивнул. Ему были неприятны эти расспросы. И уж очень не нравился Уормот. Крайне не нравился. Этот грузный тип, считающий себя всемогущим, воображал, что может бесцеремонно лезть в чужие дела.

— Да, губернатор, — резко бросил он, — но не ожидайте от меня уверений в том, что путешествие через индейскую территорию станет для мадам Линдси и ее дочери совершенно безопасным. Напротив, шайки апачей и команчей совершенно распоясались, шатаются по всей округе и готовы напасть на каждого, кого посчитают либо угрозой, либо выгодной поживой, а к последней относятся и женщины, и обозы с товарами и багажом. Я уже говорил вам прежде и повторю сейчас: это чертовски опасно.

— Вздор, капитан. Неужели вы забыли о мирном договоре, подписанном команчами, апачами и шайеннами в Медисин-Лодж?

— С тех пор прошло больше двух лет, — напомнил Джейк, — и договор нарушили люди генерала Кастера, вырезавшие все поселение вместе с вождем шайеннов на реке Уашита ровно через год после его подписания. Поверьте, апачи хорошо усвоили, как умеет держать слово белый человек.

— Возможно, вы правы, капитан, но вчера шестнадцать вождей индейских племен прибыли в Вашингтон для переговоров. Как только они убедятся в непобедимости нашей армии, все попытки восстаний и мятежей прекратятся сами собой.

— Если вы верите этому, губернатор, значит, вы еще больший глупец, чем я предполагал.

— В вашем мнении здесь не нуждаются, — вспыхнул Уормот, не скрывая ярости. — Дикари угомонятся, когда армия перестанет с ними нянчиться. А вам следовало бы помнить, что пока вы находитесь в распоряжении полковника Паттерсона, который, по счастливому совпадению, считается моим старинным другом.

Да, именно полковник отдает мне приказания. Но не вы. И это единственная причина, по которой я оказался здесь. Кроме того, Паттерсон не велел мне лгать этой леди с целью приуменьшить риск. Белым людям — не важно, мужчинам или женщинам, — сейчас не стоит оказываться на индейской территории.

— Но послушайте, Брейден, — начал губернатор, побагровев от гнева и насупив мохнатые брови, — у вас есть приказ, и…

— Да, и в этот приказ не входит необходимость спорить с вами, — перебил Брейден. — Доброй ночи, мадам.

И с этими прощальными словами он направился к выходу, не обращая внимания на злобное бормотание Уормота и попытки Гравье утихомирить взбешенного главу штата Луизиана. Джейк презрительно усмехнулся.

— Капитан! Прошу вас уделить мне несколько минут. Джейк остановился и, оглядев вдову Линдси, подумал, что она почти не изменилась за прошедшие двадцать лет. По-прежнему выглядела молодой и энергичной. Единственным признаком возраста были предательские морщинки в углах серо-голубых глаз.

— Мадам!

Он вежливо поклонился, ожидая, пока та начнет разговор, и когда Миньон жестом показала, что хочет побеседовать с глазу на глаз, без дальнейших возражений пошел за ней.

— Капитан Брейден, я высоко ценю вашу откровенность, — мягко заметила она, когда оба удалились на почтительное расстояние от Уормота и Гравье. — Для меня очень важно, чтобы губернатор понял всю меру опасности этой авантюры и согласился помочь мне изменить волю покойного мужа, в интересах Анжелики, разумеется.

— Прежде чем вы продолжите свою речь, мадам, должен признаться, что не намереваюсь способствовать осуществлению ваших желаний. Джон был моим другом, и я знаю, как страстно он мечтал увидеть перед смертью дочь. Но равным образом мне не хочется отвечать за ее безвременную гибель, а судя по тому, как обстоят дела, ей лучше довольствоваться малой долей состояния Джона и вернуться во Францию. Я не такой оптимист, как Уормот, и должен без обиняков заявить, что вряд ли индейцы утихомирятся в ближайшее время.