Разводные процедуры - Лика Ланц

— А ничего. Мне женский голос ответил. А я сразу сбросила звонок. Испугалась. А теперь хочу ещё раз проверить.

И Катька без слов протянула мне свой телефон. Подруга. Готова на всё ради моего спокойствия. Ну, и ради порции новых сведений и адреналина.

— Нет, — отобрала она у меня свой гаджет, — ты сейчас всё опять испортишь. Давай, диктуй номер, я сама позвоню. У меня нервы — во! — канаты! Уж я сбрасывать звонок не стану. Расспрошу, что и как. На громкую связь поставлю, чтобы ты не волновалась. Так оно правильно.

И я назвала цифры, Катька даже язык от усердия вытянула, вбивая их. А потом она нацепила на лицо деловое выражение и нажала на кнопку дозвона.

В этот раз долго никто не отвечал. Я нервно теребила салфетку в руках.

— Алло, — раздался всё тот же голос с придыханием.

— Добрый день! — затараторила Катька. — Позовите, пожалуйста, Артура Петровича к телефону!

— Вы ошиблись номером. Здесь нет никакого Артура Петровича.

— Ну как же, девушка! Он мне дал именно этот номер!

— Значит, он вас обманул. Всего хорошего, — выдала эта мадам и сбросила звонок.

Я сидела… ну, как-то сидела, да. И что делать, пока не знала. И на Катьку старалась не смотреть, потому что в её глазах плескалась жалость. То, что я терпеть не могу. А по этому поводу — так и вовсе.

Она права была. А я… видимо, слепая и недалёкая. И от этого — горько-горько, до тошноты.

Глава 11

— И что делать будем? — это Катя.

Не знаю даже, что ей ответить. Выбор как бы невелик. Можно устроить скандал с привлечением Артура Петровича, будь он не ладен. Ещё один скандал соседу на радость.

— Ты б его выследила, что ли, Мил, — снова Катя.

Мне это претит — следить, красться, прятаться за углами.

— Ну, это самый верный способ его поймать, понимаешь? С поличным, так сказать. Чтобы не отвертелся, не придумал для тебя сказочку, что на самом деле это номер Артура Петровича, а у него ревнивая жена или любовница, а ты дура — подвела хорошего мужчину под монастырь.

А что? Вариант. И в душе сразу надежда вспыхивает. А вдруг всё так и есть?..

— Только не продолжай сочинять сейчас на заданную тему, Мила. Это путь в никуда, лапша на уши, розовые очки до трусов. Мы ж не слабачки, м?

Я бы с удовольствием побыла слабачкой. Тем самым страусом. Спрятаться и решить, что это всё не со мной. Но тогда и начинать не нужно было. Звонить сейчас, выяснять, кто там за Артуром Петровичем спрятался. А раз уж начала, то идти до конца.

— Я подумаю, — выдавила из себя и попробовала запихнуть в себя еду.

— Надо не думать, а действовать!

Хорошо Кате говорить, когда не прожито тринадцать лет в браке. Сын вон растёт. И вдруг, внезапно, я стала не такой.

— Кать, скажи, я плохо выгляжу?

Подруга презрительно фыркнула.

— Без самокопаний, ладно? Ты отлично выглядишь. Ну, синяк, конечно, не красит, но это временное явление и пройдёт. И он тебе изменять начал не сейчас, судя по всему, а когда у тебя с лицом всё хорошо было. Не в этом дело, естественно, надеюсь, ты меня поняла. Тут другое. Приедается им, что ли. Ели, ели супчик, а тут на красную рыбку потянуло.

Меня аж передёрнуло от этого сравнения. Значит, я супчик? А кто-то там — золотая рыбка, исполняющая все желания?

А ещё муж меня «лечил» сексом. Я аж передёрнулась вся с ног до кончиков пальцев на ногах, как представила, что он… вначале с кем-то, а потом со мной… Съеденное попросилось назад. Пришлось дышать ртом, чтобы хоть немного в себя прийти.

Срочно. Срочно что-то делать и предпринимать. Никаких страусов и прочих насекомых. Иначе ни спать, ни есть не смогу.

— Ладно, — припечатала я ладонями по столу, — мне пора, наверное.

— Ну, ты, если что, можешь во всём на меня положиться! — Катя не унывала и была полна энтузиазма.

— Спасибо, — тяжело вздохнула я и отправилась домой.

Тащилась так, будто ко мне многотонную бомбу привязали. Мир ещё не рухнул, но грозился вот-вот получить такие разрушения, что я старалась об этом не думать вообще.

Когда я приехала, сын уже был дома. Валялся на кровати с мечтательным выражением лица и слушал музыку в наушниках.

— О! Мама! — обрадовался он моему появлению.

— Ну, что, разобрались с алгеброй? — спросила я, слабо улыбаясь. При сыне я не хотела показывать, что почти разобрана на запчасти.

— Конечно! — бодро отрапортовал Андрей. — Я немного отдохну и за уроки сяду, — быстро добавил он, видимо, побаиваясь, что я начну его пилить.

Но мне как-то было не до того. Я пыталась решить проблему, которая пока никак не хотела выстроиться хоть в какую-то логическую схему.

В это время мне позвонил муж.

— Мила, я скоро буду дома! — объявил мой драгоценный супруг.

— Ждём тебя, дорогой, — выдавила из себя слова, как из пустого тюбика зубную пасту.

Больше всего на свете хотелось тут же приступить выяснять отношения.

И, наверное, я бы и начала с порога, потому что накрутила себя до упора, но случилось непредвиденное: Олег не успел даже разуться, как у него зазвонил телефон.

— Да. Да, — хмурил он недовольно брови. — Я понял. Сейчас буду.

С тяжёлым вздохом он отключился и посмотрел на меня усталым взглядом.

— Срочный разговор по делу. Ты прости меня, ладно? Придётся вернуться.

Он врал. А я кивала, соглашаясь, точно зная, что не собираюсь сидеть и ждать его, как верная Пенелопа. Ну уж нет. Пусть ковры ткёт кто-то другой. А я… посмотрю, что у него там за важное такое дело внезапно нарисовалось.

— Я скоро буду, — скороговоркой проговорила три слова и, лихорадочно натягивая на себя вещи, ланью помчалась за мужем вслед.

О том, как посмотрел на меня сын, старалась не думать. В те минуты я не думала ни о чём. И как объясняться потом стану — тоже.

Для меня важно было не упустить благоверного из виду.

К счастью, он не стал брать машину — шёл куда-то быстрым шагом, а я тенью следовала за ним. Сердце чуть ли не из ушей выпрыгивало. На улице холодно, а я вдруг стала ощущать нехватку воздуха. Да и дышать старалась через раз. Почему-то казалось, что моё сорванное дыхание разносится на весь квартал.

Далеко бежать не пришлось — муж завернул в кафе, что приветливо светило фонарями на входе и тёплым