Ребенок от босса-козла - Амали Браун

Ну и поделом ему, если такой дурак. Поверил в то, на что я неспособна. Ревнивец итальянский!

Только вот я не лучше.

Он подумал, что я его предала.

А я подумала, что Лиза меня предала.

Мы стоим друг друга.

— Прости, что подумала про тебя плохо…

— Спишем все на гормоны, — хлопает меня по плечу с улыбкой. — Я же все понимаю. Но с тебя обещание сделать меня крестной малыша, который сводит мамочку с ума.

— Заметано!

Глава 8

Кирилл

— Девочки, чего затихли-то? — возмущаюсь и возвращаюсь в коридор, в надежде, застать подруг за примирительными объятиями, только их в коридоре нет.

Бросаю взгляд на ванную комнату, но свет выключен.

— Решили меня напугать? — спрашиваю кумушек и распахиваю дверь, но и там их нет.

Прохожу в спальню и взглядом оцениваю.

— И где эти девицы? — спрашиваю сам себя, пройдясь по квартире и заглянув в каждый угол.

Понимаю, что сбежали, но недалеко. Потому что на тумбе лежит телефон Насти. Прохожу к окну, с которого предположительно можно увидеть место, где Лиза припарковалась. Машина на том же месте.

Значит, побег их на короткое расстояние.

Подожду.

Домой Настя точно вернется. Рано или поздно.

А я подожду.

С курсов ее несколько месяцев ждал, хотя сотню раз хотел поехать. И сейчас подожду.

Пользуясь тем, что квартира в моем полном распоряжении, совершаю еще один осмотр жилища Анастасии, в надежде увидеть что-нибудь интересное. В идеале подробности того, что с Настей было на курсах.

От Лизы я много знал, но все же думаю, что-то она могла утаить. Например, парней, которые могли ухлестывать за моей Настей.

Но взгляд цепляется за нечто иное. Медицинскую папку на рабочем столе. Оглядываюсь по сторонам и беру ее в руки, тотчас пролистав до момента беременности.

Ни слова не понимаю в написанном. Радует лишь часто встречаемое “Нормальные показатели. Соответствует сроку”. А после появляются они.

Снимки УЗИ.

Черные, где видно контуры крохи, а затем коричневые, где малыша видно еще лучше. Его словно вытащили из Насти, сфотографировали и засунули обратно.

Приглядываюсь к каждому такому снимку.

— Да, определенно мой парень, — киваю, довольный увиденным. — Даже размерчики мои!

Долго не могу оторваться от фотографий. Делаю себе даже копии на телефон, чтобы потом перед братом похвастаться. Пусть знает, каков наш пацан!

После убираю все обратно в папку. Бросаю взгляд на часы и обеспокоенно иду снова к окну, чтобы проверить, не уехали ли девчонки.

Их давно нет.

Может, сбежали?

На такси уехали?

Но, взглянув в окно, замечаю, что девчонки у машины. Лиза достает что-то из салона, а Настя с небольшим пакетом стоит около автомобиля. Что-то рассказывает подруге и хохочет.

Лиза первой замечает меня в окне и машет. Настя вслед за ней, обернувшись ко мне.

Открываю окно и посылаю обеим воздушный поцелуй.

— Испугался, что сбежали? — кричит Настя, улыбаясь.

— Да, — отвечаю ей. — Штаны менять пришлось. Твои розовые в горошек лосины натянул.

— Говорю же, идиот, — вздыхает она. — Смотри не растяни их, Медведев. И отдельная ткань там для живота, если что.

— Живота? — переспрашиваю. — А я-то думаю, что не помещается…

— Самоуверенный идиот, — поправляет Настю Лиза.

* * *

— Ребят, нам еще нужно будет как-нибудь так же собраться. У меня живот от смеха чуть не лопнул сегодня, — тараторит Лиза, натягивая на ноги обувь.

Время уже ближе к десяти. Мы и правда засиделись, но никто из нас даже не почувствовал времени.

А все благодаря мне. Я превзошел свои таланты, временно превратился в клоуна и влюбил в себя двух подруг.

Теперь проблем при возобновлении отношений с моей беременной вредностью точно не возникнет.

— А у меня чуть не сдулся, — намекает на то, что чуть не родила за этот вечер трижды.

Я правда уже собирался ее везти в роддом, когда она начинала кричать, что рожает. Один раз даже пошутили с Лизой, налив воды на стул и сказав, что воды отходят. И родит она прямо сейчас.

Когда у меня лично не только воды отошли, но и кирпичная фабрика заработала.

— Ладно, побегу я, — тянет Лиза, целует Настю в щеку и покидает квартиру, оставляя меня наедине с моей красавицей-хохотушкой.

И сейчас либо мы окончательно помиримся, либо откинет на шаг назад.

— Ну? — оборачивается она ко мне с вопросом во взгляде. — Домой едешь?

— А я дома, — отвечаю, улыбнувшись.

— Медведев, я еще не простила тебя! — восклицает она устало. — Это мой дом, а не твой. Твой… могу адрес дать.

— Но сама же к себе пригласила, — напоминаю, строя из себя дурачка. Раньше этот метод иногда срабатывал.

— По-дружески. И на время, — не ведется на мою уловку. — Ты меня с подругой мирил, вообще-то, — вздыхает и опускается на пуфик в коридоре. — Да и не знаю я еще, готова ли вернуть эти отношения или нет. Мы просто посидели вместе, Кирилл, и выпили чаю с шоколадом. Поболтали. Ничего пока не решено. Я даже еще не успела подумать. Не знаю я, Медведев. Не знаю, — повторяет, хотя я еще с первого предложения все понял.

— Зато я знаю, — вздыхаю, глядя на нее. — Мы уже вместе, хоть пока и не так, как мне хотелось. Но если я хочу, чтобы ты была моей, мне нужно уступить, — изрекаю очевидное и вслед за Лизой натягиваю обувку. — Сладких снов, моя нерешительная.

— И тебе сладких снов, — открывает для меня дверь.

— Может, для пущей сладости поцелуй? — бросаю ей, состроив жалобную моську. — Ну хоть один! В щечку! — молю, когда она даже не двигается, чтобы поцеловать.

— Иди уже, — пихает меня аккуратно к двери. — Не будет тебе поцелуев.

Изобразив на лице вселенскую скорбь, покидаю квартиру, где намеревался остаться этой ночью.

Но я не расстраиваюсь. Не повезло сегодня, повезет завтра. Обязательно повезет!

У меня есть еще одно важное дело, которое поможет нашему воссоединению, и в присутствии Насти его делать было бы неразумно.

Как же сюрприз?

Завтра я переверну ее жизнь. Исполню ее желание. И тогда точно заслужу поцелуй.

— Мамулечка, — тяну в трубку, когда на том конце принимают звонок.

— Подкидыш, — вздыхает мачеха.

Она меня любит, но наша с ней неприязнь с детства — уже дело привычки. Я правда ее люблю и уважаю, как и она меня, но “подкидыш” и “мамулечка” в нашей крови.

— Мам, дело есть, — перехожу сразу к сути звонка.

— Денег не дам. Продай почку. Свою, не отцовскую, — сразу же бросает.

— Мам, я