Разбитое сердце Адрианы - Диа Гроул

— Это ты пропала с радаров. Мы с Егором всех на уши подняли, а эти менты позорные ни черта не стали делать.

— Каким Егором?

— Парнем твоим, — отвечает та. — Ты там, что обкурилась, ты максимально странная. Ты вообще где?

— Рит, я не знаю, — шепчу с ужасом, теперь я.

— Так девочка, говори куда ехать.

— Рит, я в полной заднице. Я проснулась в больнице, не помню последние два года своей жизни. Меня встретил мужик, сказал, что я его жена. А я ни черта его не помню, он меня не выпускает, телефон не даёт. Я не знаю, что делать. Я даже адреса где нахожусь, не знаю…

Почувствовав за спиной горячее дыхание, я испугалась до коликов в животе. Развернувшись, я встретилась с разъяренными зелёными глазами, что не предвещали ничего хорошего.

— Адриана, я сейчас что-нибудь придумаю…

— Скажи ей, что беспокоиться не о чем, либо завтра утром её тело найдут в болоте, — прошипел Матео.

Борясь со страхом, я поднесла телефон к уху.

— Рит, все нормально, я тебе завтра перезвоню.

— Адри, он рядом? — шепчет она.

— Всё хорошо, ложись спать. Прости, что разбудила. Не говори никому, что я звонила, — прошу я и завершаю звонок.

— Так, так, так. Ты кем себя возомнила мышь серая? — рявкает, хватая меня за волосы.

— Отпусти, больно, — шепчу я.

— Будет куда больнее, — рявкает он. — Такой план похерила, одним махом. Ты хоть поняла, что совершила, дрянь.

Опустив меня, он бьёт наотмашь по лицу, от чего я сваливаюсь на пол, хватаясь за пострадавшую щеку. Зажмурившись, я боюсь его дальнейших действий.

— Этот брак полный бред, я никогда бы не вышла за монстра.

— Монстра! МОНСТРА! — ревёт он. — О, да девочка ты права.

— За что? — шепчу я, поднимая на него взгляд.

— Я нехер было переходить мне дорогу, — рявкает он. — Теперь твоя судьба в моих руках.

— Ты не имеешь права.

— Я твой законный муж.

— Это не правда. Всё ложь, — кричу я.

Нагнувшись надо мной, он со всей злобой шипит. — А ты докажи обратное. Тебя прежней нет в этом мире, и не будет. Решишь, что всесильная и это опровергнуть, я тебя в психушку упеку на весь остаток твоей никчёмной жизни. Заточение там тебе покажется не самым красочным времяпрепровождением.

— Чего ты хочешь от меня? — решаю задать вопрос и одновременно боюсь его ответа.

— Всё просто. Два условия и я дам тебе другую жизнь. Качественно и правдиво сыграть роль моей жены.

— Для чего тебе это?

— Не твоего ума дела.

— Это первое, что второе?

— Родишь мне сына и откажешься от всех прав на него.

7 Глава: Матео

9 лет назад.

Я медленно открываю глаза и осознаю, что нахожусь в больнице. Первым делом я начинаю ощупывать свое лицо и тело, и у меня возникает странное ощущение, будто все это обвязано бинтами. Страх охватывает меня, я не понимаю, что произошло, и начинаю паниковать.

Медленно поднимаясь на локтях, я осматриваю свое отражение в зеркале и в ужасе вижу, что мое лицо и тело действительно покрыто бинтами. Меня переполняет чувство беспомощности и страха. Что со мной случилось? Почему меня повязали? В голове крутится множество вопросов, на которые я не могу найти ответа.

С трудом припоминаю последние события перед тем, как меня привезли в больницу.

— Аннубес, — шепчу пересохшим голосом.

Все это кажется каким-то далеким и нереальным сном. Я пытаюсь успокоить себя, но страх и неопределенность не покидают меня. Возможно, ответы на мои вопросы скрываются в тех же стенах этой больницы, и мне остается только ждать, пока кто-то придет и расскажет, что произошло.

В этот момент открывается дверь и заходит девушка, которая от испуга роняет стеклянную бутылку.

— Вы очнулись, — лепечет девушка и выбегает в коридор.

Через несколько минут заходит худощавый мужчина в очках и белом халате.

— Господин Гутьеррес рад, что вы очнулись. Меня зовут Руслан Гимонов, я являюсь вашим врачом и тем, кто вас оперировал.

— Оперировал? — переспрашиваю я.

— Да. Мне предстояла очень сложная работа, но я справился отлично. Как вы себя чувствуете?

Я попытался пошевелиться, но что-то не так. Я посмотрел на свою ногу и обомлел — ее не было.

— Что с моей ногой? — спросил я, чувствуя панику внутри.

— На вас напал аннубес, ногу спасти не удалось. Я сожалею о вашей утрате. Я сделал все возможное, чтобы спасти вашу вторую ногу.

Мое сердце замерло от ужаса — я не мог поверить, что произошло со мной. Я не знал, как мне дальше жить с такой ужасной травмой, и как вернуться к обычной жизни.

Я проснулся от слабого шепота и ощутил, как теплые слезы капают на мою кожу. Открыв глаза, я увидел свою жену, сжавшую мою руку и плачущую беспомощно. Ее лицо было искажено отчаянием, а взгляд полон вины.

— Дорогая, что случилось? — спросил я, еще не вполне осознавая происходящее. — Почему ты плачешь?

Она отвернулась, не в силах встретить мой взгляд, и начала рассказывать о том, что на меня напали, и я лишился левой ноги. Я не мог поверить в то, что слышал. Инвалид? Я? Это казалось нереальным.

А потом в голове началось осознание всего происходящего. Вспомнил момент, как Гимонов говорил мне это. Но это казалось мне сном.

Моя жена продолжала винить себя, словно она могла бы предотвратить эту трагедию. Я попытался успокоить ее, обняв и прижав к себе, но в душе сам страдал от этого ужасного поворота событий.

Ощущение потери было ошеломляющим. Я даже не заметил, как слезы начали течь по моим щекам.

8 лет назад.

Я просыпаюсь ранним утром, ощущая тяжесть в теле от ночного сна. Еле поднимаясь с кровати, я беру костыли и направляюсь к зеркалу, чтобы нанести мазь. Отражение в зеркале шокирует меня каждый раз, когда вижу себя.

Левая часть лица полностью красное и покрыто шрамами. Я не могу оторвать взгляд от своего отражения.

Кроме того, я вижу, что тело в таком же состоянии — на левой руке, на спине, на правой ноге. Но самым трудным для меня становится вид протеза на левой ноге, который я установил недавно. Протез напоминает мне об утраченной способности ходить без помощи, о том, что моя жизнь никогда уже не будет такой же, как раньше.

С трудом собравшись с силами, я начинаю пробовать заново ходить. Каждый шаг для меня становится испытанием — физическим и эмоциональным. Я борюсь с болью и страхом.

Медленно, но верно, я начинаю привыкать к своему новому