Ты, я и он - Саня Сладкая

Мысли изводили меня все время, пока я запекала рыбу. Еще немного, и я снова оставлю его. Но не могу же я остаться?

— Дорогая, ты сумасшедшая…или это я схожу с ума…

Я ничего не ответила на слова мужа. Знаю одно — сейчас сгорю, вспыхну как факел, но держусь из последних сил. Пока рано. Женька лежал в центре кровати, широко расставив ноги, а я вытянулась в позе кошки посередине и склонила голову. Распущенные волосы разметались по животу.

Я не изменила своему правилу — сначала легкими, воздушными поцелуями покрыла внутреннюю сторону бедра с каждой стороны, а затем принялась вылизывать промежность, по очереди захватывая губами яички. Я жадно вбирала их в рот и медленно посасывала, дожидаясь, пока Женька начнет нетерпеливо двигать ягодицами, приподнимаясь мне навстречу и пытаясь протолкнуть свою плоть еще глубже в мой рот.

Не выпуская яички изо рта, я обхватила член пальцами и стала не спеша двигать рукой вверх и вниз. Я намеренно делала движения очень медленными — Женька начал двигаться, а вместе с ним все быстрее двигались мои пальцы.

— Алис. Алиса…давай быстрее…

Член набух в руке, дрожал и выгибался дугой, еще немного и все закончится. Но мне этого не нельзя допустить. Слишком уж просто. Я разжала пальцы, и как ни в чем не бывало, стала массировать ягодицы мужа. Он с шумным вздохом откинулся на подушки, явно разочарованный. Сейчас такой момент, что можно все испортить, и стояк исчезнет. Вернуть потом все в первоначальное состояние будет почти невозможно. Я знала это, и, не медля, вобрала член в рот.

Женька замер от неожиданности. Я медленно заглатывала его, опускаясь все ниже, пока головка члена не уткнулась в заднюю стенку нёба. Горло сжало в легком спазме, но я сдержала щекотку и позыв рвоты. Неторопливо стала возвращаться обратно, до упора оттянула крайнюю плоть и с подобострастием стала вылизывать открытую головку, чередуя лизание с заглатыванием. Женька тяжело дышал и хотел вдолбить член в рот до упора, но я удерживала его бедра с двух сторон и продолжала вылизывать головку. На этот раз будет так, как хочу я.

Я слизывала прозрачную смазку, которая обильно выделялась каждый раз, когда я всасывала член и водила по нему языком. Сегодня мне хотелось, чтобы Женька стонал, и желательно, погромче. На секунду я прервалась, облизала указательный палец, и осторожно ввела его в анус. Лишь кончик, чтобы не было больно. Женька задрожал и поддался мне навстречу, одновременно толкая член мне в рот. На этот раз я могла бы не осторожничать — внутри все было влажным и горячим.

Теперь движения были синхронными — я двигала пальцем внутри, постепенно продвигаясь все дальше, а Женька интенсивно двигал бедрами, одновременно вколачивая в себя палец и член в мой рот. Все быстрее и быстрее. Так, что я потеряла ощущение реальности. Мы качались на волнах невесомости, с каждой секундой приближаясь к оргазму. Вернее, приближался Женька.

— Ах-х… — он выдохнул и выгнул спину, изливая в меня горячую, вязкую жидкость. Он крепко держал мой затылок, скрутив хвост так, что было одновременно больно и приятно.

— Алис, что на тебя нашло? Я ведь даже не смог сам продолжить…

Наконец, успокоившись, я молча прижалась к мужу, закрыла глаза.

— Алис, ты чего молчишь-то? — Женька обеспокоенно завозился на простыне.

— Ничего, все в порядке. Не знаю, почему так вышло. Просто не захотела останавливаться. Да и какой смысл, у меня «эти» дни начались.

— А, ну тогда понятно. — Женя расслабился и улыбнулся в темноте, — это было круто. Люблю тебя.

— И я тебя.

Мы лежали перед телевизором — я любила засыпать под бессвязное бормотание, уткнувшись в грудь мужа или положив голову ему на живот. Каждый вечер мы так засыпали. Но в этот раз я не могла уснуть. Мои мысли были совсем не о муже, а пружина внутри скручивалась все сильнее, заставляя сжимать зубы от бессилия. Впервые за 7 лет я не получила никакой разрядки. Впервые я просто не захотела секса с мужем и закончила все без проникновения. У меня не было критических дней. Я просто не хотела пускать своего мужа. Не хотела, даже несмотря на то, что внизу живота все ноет от желания. Я слушала мерное дыхание Женьки — довольный, он уже тихо сопел. А я думала о том, что изменила ему. Не физически, а морально.

Где-то я слышала, что моральная измена гораздо хуже. Ведь тогда женщина изменяет душой, а не телом. От этой мысли стало не по себе. Что я делаю? Берегу себя для другого? Берегу себя для Стаса, надеюсь, что он не отвергнет меня в следующий раз?

Но если это случится, я не смогу простить. Если бы только Женька знал, что этой ночью, все свои запретные, нереализованные мечты я выплеснула на него не просто так, я мысленно заменила его другим человеком. Перед глазами шорты в клеточку, одно только воспоминание завело меня так, что я дрожу от возбуждения.

Вот только ему нет выхода. И никогда не будет.

Глава 12

Когда я приехала, Стас был во дворе и разговаривал по телефону. Нахмуренный вид не предвещал ничего хорошего. Он издалека махнул рукой, изображая приветствие и отвернулся. Интересно, с кем это он разговаривает? В любом случае, меня это не касается. Между нами нет ничего общего, ведь мы люди разных социальных слоев. Нужно смотреть на все трезво, без розовых очков. Так будет правильнее. А то, что я неоднозначно реагирую на Стаса, так это ерунда. Придумала себе развлечение. Выбралась в «люди», называется. Первый попавшийся мужчина сразу же сразил наповал. Стыдно должно быть. Ей богу.

Я уже продумала план работы: быстрая уборка, затем приготовлю плов и поеду домой. На этот раз никаких посиделок и милых разговоров у бассейна. Я прошла на кухню и застыла в недоумении — прямо передо мной стоит девушка в обтягивающей латексной ярко-красной юбке. Из белой блузки буквально вываливаются идеальной формы груди, а бесконечно длинные ноги обтянуты колготками в мелкую сеточку. Да, на ней были те самые популярные черные колготки, которые всегда вызывали у меня стойкую ассоциацию с девушками легкого поведения. Полная безвкусица.

— Здравствуйте. — Я машинально поздоровалась и осмотрела кухонный стол, заваленный продуктами.

— Ну, привет. — Девушка отвлеклась от своего занятия. Она что-то с увлечением жарила в сковороде. Кажется, мясо.

— У вас что-то горит. — Я несмело кивнула