Половинки души - Елена Сергеева

* Осинец - второй месяц лета.

** Оджи - обращение к учителю, наставнику.

*** Вэйтарун - название мира, где очутилась г.г.

6. Здравствуйте, я ваша тетя.

Всю следующую декаду, а о семидневной неделе здесь отродясь не слыхивали, я посвящаю тому, чтобы привести себя в относительную норму, как физически, так и в голове все разложить по полочкам. Много ем и сплю по совету своего оджи. Сама понимаю, что энергия из ниоткуда не возьмется и моим конечностям-палочкам нужно набирать мясо на кости. Еще я стараюсь чаще двигаться, провожу для себя небольшие физминутки, пока только для общего тонуса. Дейтер Ванойзар приносит мне много книг и долго беседует на самые разные темы, чтобы подстегнуть мозговую деятельность, а заодно проверить все ли я вспомнила о своей параллельной жизни.

Эйта Аранис, исполняющая в доме роль экономки, немного подобрела, видя мою покладистость в плане питания (раньше-то в Вину лишнюю ложку еды с трудом можно было запихнуть) и мой общий приветливый вид. Даже пару раз добавляла к привычному рациону немного сладостей и свежей выпечки, а потом с видимым умилением наблюдала, как я все это уминаю за обе щеки. Вообще, аппетит у меня проснулся просто зверский. Я постоянно хотела есть. Нет, не есть, а банально жрать. Видимо, здоровый растущий организм таким образом решил восполнить все то, что он недополучал все это время.

Дейтер Ванойзар, видя мои постоянно голодные глаза, попросил увеличить мою порцию и сам периодически меня подкармливал разными вкусняшками. С ним у нас установились очень доверительные отношения. Он начал посвящать меня в вопросы, которые с прежней Виной не затрагивал в силу ее возраста. Например, много рассказывал об истории эльфийского государства и самой расы в целом. Показывал древние карты и объяснял современную географию.

Узнала я и историю своего появления здесь, точнее появления моей матери со мной в животе. Как я поняла, никто точно не знал, кто она и откуда взялась. Просто в один прекрасный день владыка эльфов Лэраваил вызвал свою сестру и поручил ей заботу над глубоко беременной незнакомой девушкой. Сам владыка отчего-то питал к этой незнакомке вполне читаемые нежные чувства и всячески старался завоевать ее расположение. Он сюда часто наведывался первое время. Я даже смутно помню высокого статного мужчину с серебристо-белой косой, который сажал меня к себе на колени и что-то ласково говорил моей матери, которая на него никак не реагировала, от слова совсем. Мои детские воспоминания смутны и полны противоречивых фрагментов. Например, я помню и другую сторону этой привязанности. Перекошенное от гнева лицо владыки и его ярость, направленная на меня и мою мать – это слишком отчетливо впечаталось в мою память.

После памятного события разделившего мою душу пополам и смерти мамы, владыка, казалось, потерял всякий интерес ко мне и моей судьбе. Вот только он по-прежнему считается моим главным опекуном и покровителем, а его сестра продолжает содержать меня и растить, как свою якобы племянницу, в своем дальнем поместье. Сам владыка больше ни разу не осчастливил меня своим визитом, что скорее хорошо, чем плохо. Потому что я прекрасно осознаю все риски внимания со стороны венценосной особы. Моя мать уже поплатилась за это. Не хочу оказаться на ее месте.

Значит, план мой тогда до безобразия прост и понятен. Сижу в поместье тихонько, расту, учусь, узнаю мир и никуда отсюда до совершеннолетия своего нового тела не высовываюсь. Это же прекрасно, что я пока считаюсь маленькой соплюхой, которую нужно во всем еще опекать и обеспечивать. У меня будет время освоиться и постепенно адаптироваться в этом мире. От меня не ждут никакого подвоха и будут и дальше кормить и учить за счет высокого покровителя, который, похоже, забыл про меня.

Слабым местом моего плана был Таль. Он в принципе был моим слабым местом. Но вот как быть с нашей договоренностью и моим, теперь видимо, постоянным обликом. Что же теперь и ему придется ждать, когда я повзрослею, чтобы продолжить наши отношения? А согласится ли он на это? Как-то мысли, что мы можем так и не встретиться больше, в моей голове даже не мелькнуло. Я сумела себя убедить, и теперь твердо была уверена, что эта встреча рано или поздно состоится. Не тот характер у моего эльфа, чтобы отступить перед такого рода трудностями. Сумели же мы сохранить и развить наши чувства, когда нас разделяли куда большие препятствия. Сумел же он найти и почти воплотить механизм переноса моей души в его мир. Значит, придумает, как быть и в этом случае. Я в него верю и верю в нашу незримую связь. Мы обязательно опять притянемся друг к другу, несмотря ни на какое расстояние между нами. А сейчас оно просто обязано быть меньше, потому что я в его системе координат. Тут даже время течет одинаково.

Я обязательно дождусь новой волшебной ночи, и мы с Талем встретимся и найдем решение, как мне попасть к нему. Теперь у меня больше нет никаких сомнений в том, что я хочу быть с ним, хочу связать свою жизнь с этим человеком. То есть эльфом…

Нужно тренироваться, а то ведь спалюсь. Погорю на такой малости. Значит, пока меньше болтаем, а больше слушаем и улыбаемся всем. Магическую силу своей улыбки я осознала, когда робко попросила одну из служанок помочь мне донести стопку из моей комнаты назад в библиотеку. Та сначала привычно фыркнула и собиралась меня проигнорировать, но потом, узрев что-то на моем лице, ошарашенно кивнула и послушно подхватила тяжелую ношу. Только спустя пару минут я поняла, что ее так поразило. Я ей улыбнулась, что для прежней Вины было сродни чуду. У служанки случился просто разрыв шаблона.

Окрыленная своей удачей, я повторила свой эксперимент на других обитателях дома и… о, диво, градус наших взаимоотношений значительно потеплел. Оказывается, можно винить других в том, что с тобой так плохо обращаются, если не пытаться копнуть глубже и не понять, что в этом виновата ты сама. А скорее всего это не мои установки, а моей матери, которая, как я поняла, была здесь чужой и всех подозревала во враждебности к себе. Это же она передала и своей дочери, то есть мне. Вот, оказывается, где собака зарыта! И я подозреваю, что не она одна покоится