Страсть Зверя Пустыни - Леона Хард

- Я не могу, - тихо поведала, уже не как психически-больная, лишившаяся рассудка странная девушка, а восстановившая спокойствие и уверенность в силах. - Понимаешь? Не могу полюбить тебя. Отпусти меня!

К чему конкретно относилась последняя просьба, самой не понятно. То ли к настоящему моменту, то ли к нашей ситуации в целом, но ведь уйти я теперь тоже не могла. Мы навеки связаны сыном - наследником.

Артур не торопился отходить, на что я выразительно оглядела  мужское тело, напирающее огромной непробиваемое стеной, не дающее сделать шаг в сторону и высвободиться из ловушки: двери и мужчины. Мой приказ опять не сильно подействовал. Тело мужчины опасно близко. Не вздохнешь и не обойдешь. Передо мной только массивная грудь, бурно вздымающаяся от внутреннего гнева, под слоем ребер. Грудину внутренне разрывало и совсем скоро плоть все-таки разойдется вдоль ребер и тогда меня с головой накроет кровью и мясом.

Предчувствуя опасность, я прикрылась остатками разорванного прозрачного одеяния, но мало что скрыла. Разве что грудь, но по крайней мере показала настрой и намерение завершить разговор.

Сглотнула тяжелый воздух, когда палец жестко надавил мне под подбородок и вынудил поднять взгляд и осознать очередной мысленный приказ  - не сметь уходить или отворачиваться, когда мы говорим.

- В твоей голове слишком сложно… И не обманывайся, ты уже течешь по мне. А что тебе еще надо для спокойствия? - задумался на минуточку о смысле моих слов и видимо, про мою «нелюбовь». - О, я обещаю, скоро ты ДЫШАТЬ без меня не сможешь.  О, это я тебе обещаю, отродье!!! -  В его словах столько тьмы. Столько яростного пламени и огня, что ошпарило и вжало лопатками в дверь.

На мгновение я растерялась, поэтому не сопротивлялась, когда крепкие руки подняли над полом и отнесли на кровать, куда грубо под мой неожиданно прорвавшийся визг сбросили.  Не успела подтянуться на локтях и опомниться от скорости движений, как Артур уже надо мной. Колено просунул между моих ног, не давая сдвинуть ноги, и воспротивиться решительным действиям.

Сегодня отступать он больше не намерен. Разговоры к дьяволу. Даже если пески и небо сейчас поменяются местами и рухнут на головы, он больше не услышит отказов и бесполезных слов. Всё это читалось в нем.

Раньше он смотрел мне в глаза, а сейчас же только на обнаженное тело.  Вероятно поигрался и на сегодня достаточно. Ему надоело. Теперь руки погрубели и действовали, как с куклой для утех.

Перевернули меня на живот, подтянули к себе за бедра и поставили на четвереньки, лицом позорно вниз. После чего намертво сковали мои запястья и задрали их над моей головой, исключая возможность какого-либо сопротивления.

Я не то, что не могла пошевелиться, я боялась, что под напором мужской силы треснут кости или выйдут из суставов. Все что осталось и было доступным, это свободными пальцами впиться в железные прутья кровати и попыталась подтянуться за них, но в ответ Артур лишь грубо надавил мне на спину, чем заставил лицом и грудью сильнее вжаться в подушку и замолчать, ибо терпение его, как оказалось, лопнуло.  Давно перешло грань допустимого.

Мои руки по-прежнему схвачены тяжелой лапой, чтобы я не сильно мешала своим вялым сопротивлением заниматься желанными вещами. Следом мои бедра были широко расставлены, так чтобы была доступна вся плоть для его рук и взора.

- Вот сейчас меня интересует твое мнение. Куда сначала хочешь? Сюда? - раздался вопрос, прозвучавший, как ведро ледяной воды в горящее лицо. Не представляю, как от силы внутреннего жара кожа не сгорела до угольков и не стала сгорбленной, морщинистой. Сожженной. Иссушенной.

Мужские пальцы  довольно нежно очертили ягодицы, заставив меня невольно отпрянуть, почувствовать страстную опасность и дрожь, а дыхание закупориться в легких. Чтобы не задохнуться в подушке, я немного повернула лицо в бок и тут же ощутила, как пальцы  скользнули вниз. Все ниже и ниже, пока не надавили на первый запретный вход. И тогда я дернулась, головой протаранила спинку кровати, стараясь избежать столь развратного прикосновения.

- Сюда хочешь, отродье? Я хочу... - ужасные мурашки от его слов закололи по коже.

Дьявол совсем обезумел. В зад берут только потаскух, ведь это слишком грязно и порочно.

Несмотря на боль в макушке от удара, я опять дернулась, попыталась поднять лицо, но тяжелая рука обратно вдавила меня грудью в подушку и мое проклятие прозвучало крайне глухо из-за ткани и очень жалко, а не страшно, как хотелось бы:

- Я откушу твой член, если сделаешь это!

При прикосновении высвобожденного члена к моим бедрам, а затем к тому самому запретному входу, я послушно прекратила верещать. Пробило еще одной нервной дрожью. Пальцы до онемения вцепились в железные прутья спинки кровати, сражаясь с неизбежным. От слишком неудобной позы бедра свело судорогой. Но Артур не торопился и наслаждался тем, что я полностью в плену. Я уже почти почувствовала, как его головка входит «туда» и меня пробило холодным потом.  Но несчастный тиран решил сегодня поиздеваться вдоволь и полностью насладиться ощущением всевластия. Растянул свое удовольствие и не стал входить "туда".   Приставил член чуть ниже. Уже к лону, после чего вяло поинтересовался:

- Так и быть, если хочешь, то давай сюда? - словно вынужденно и с показательным огорчением согласился Артур. Он опять игрался и вынуждал принять его желание, выдавая его за мое. По влажным лепесткам прошлась горячая, просто обжигающая головка члена, отчего я мелко задрожала.

За нашу встречу меня опустило сначала в самое пекло красных песков, а потом бросило в ледяное озеро. От ночной борьбы моя кожа мгновенно покрылась бисером пота. А внутри потек расплавленный огонь и обжег вены. Лоно рефлекторно сократилось, словно уже почувствовало член в себе, вобрало его в себя. Окутало теплом, сжало, заласкало своей податливостью.

И тогда я поняла насколько дела плохи. О….дьявол, голова начинала отказывать.

Несмотря на жар и боль я отчаянно выкрикнула, ощущая как головка члена подразнила и провела по складкам и надавила на плоть, готовясь всей мощью обрушиться на меня.

- Я не хочу с тобой заниматься любовью! - отчаянно завыла в подушку.

Наверное мое своенравие вконец довело шейха и на секунду остудило порыв окончательно войти в мою плоть:

- ТЫ, глупая избалованная наивными простаками девчонка! - грозный голос завибрировал рядом с моим ухом. - Думаешь, за