Помнишь ли ты... - Джудит Макнот

Манеж был слегка наклонным, вытянутым на тридцать ярдоввправо от конюшни. Его окружала невысокая белая ограда; огромные ртутные фонаризаливали его ярким, почти дневным светом, отбрасывая мрачные тени на все, чтооставалось за его пределами.

Со своего наблюдательного поста у стены конюшни Дианавидела, как Спенс выхаживал великолепного гнедого. Спенс что-то сказал Кори, тазасмеялась и зашагала рядом с ним, и Диана улыбнулась, довольная за сестру.

Вместо того чтобы делить Спенса с Дугом, Барб Хэйуорд, отцомДуга и какой-нибудь из многочисленных и неизбежных подруг Спенса, какпредполагали Кори с Дианой, Кори заполучила его целиком. В последнюю минутуХэйуорды вспомнили о дне рождения родственника и поспешили нанести ему визит, ана Спенса приглашение не распространялось.

И для Дианы вечер выдался удачным. Коул оказался в ее полномраспоряжении. Частые встречи с ним по поводам, которые отнюдь не выгляделинадуманными, требовали от девушки немалой изобретательности, но самым труднымбыло скрывать чувства к Коулу от самого Коула и от остальных.

Почти все подруги Барб сходили с ума от Коула — высокого,загорелого, широкоплечего и узкобедрого. Каждый дюйм его мускулистого теладышал силой и сексапильностью. Полное отсутствие хоть какого-нибудь положения вобществе, нехватка денег и работа в конюшне пролегли между Коулом и егопоклонницами подобно непреодолимой пропасти. И вместе с тем делали егобесконечно притягательным.

Он отказывался рассказывать о себе, и эта скрытностьпридавала ему таинственность и обаяние.

Он был недосягаем и потому еще более желанен. Он неподдавался чарам томных взглядов, денег, дерзких выходок. И представлял собойдостойную мишень.

Поскольку ни приказами, ни подкупом нельзя было развязатьКоулу язык, девочки часами строили догадки насчет его семьи и оставшихся домадрузей, изобретали способы, чтобы помочь ему забыть и похоронить прошлое.

Они шли на все, лишь бы завладеть вниманием Коула, — отневинного флирта до вызывающих нарядов, от просьб осмотреть якобы вывихнутыещиколотки и сломанные запястья до попыток упасть к нему в объятия, когда онпомогал им спрыгнуть с седла.

Диана наблюдала за реакцией Коула на попытки девочеккокетничать с ним и вскоре поняла: чем смелее попытка, тем беспощаднее отпор.Робких поклонниц он доводил до слез своими насмешками, снисходительно беседуя сними менторским тоном. Более дерзких преследовательниц подвергал неделямхолодного и отчужденного обращения. К сожалению, эти приемы заставлялипоклонниц вновь искать способы завоевать расположение юноши.

Почти все девочки, которые бывали у Хэйуордов за последниедва года, заявляли: они небезразличны Коулу. В этом году, в апреле, девятьдевочек поставили по десять долларов каждая, споря, кто из них первойпоцелуется с Коулом. Диана воздержалась, заявив, что Коул ей ничуть ненравится, но вызвалась быть казначеем — и втайне помолилась, чтобы ей никогдане пришлось выдавать злополучный выигрыш победительнице. Этой же весной, чутьраньше, когда подруги Барб остались у нее ночевать, Барб объявила, что выигралапари. В течение получаса она убеждала подруг, приводя приятно возбуждающие, совкусом подобранные и маловероятные подробности об этом поцелуе и последовавшихза ним ласках.