Яростный горец - Донна Грант

Тяжело вздохнув, Ларина зашагала к замку. Она была уверена, что, вернувшись в свою комнату, обнаружит там Малькольма, поджидающего ее с платьем и кувшином теплой воды, чтобы она могла смыть с себя кровь и переодеться. В таких случаях он никогда не задавал вопросов – даже когда видел ее раны.

Конечно, Малькольм знал, что Ларина бессмертна. И тем не менее зрелище того, как ее раны заживают прямо у него на глазах, всякий раз казалось ему чудом. Только в такие моменты он, кажется, понимал, что убить ее можно, лишь отрубив голову.

При мысли о том, что рано или поздно Малькольма придется прогнать, у Ларины разрывалось сердце. Однако если Фэллон окажется тем Маклаудом, которого она так долго искала, ей придется научиться доверять ему – ибо Маклауды были единственными, кто мог помочь ей скрыться от Дейрдре.

Ларина убрала с лица растрепавшиеся во время схватки волосы. Ей придется признаться Фэллону, что она такой же Воитель, как и он сам. А о том, что Свиток хранится у нее, не должна знать ни одна живая душа. И Фэллон в том числе.

В свое время, отпуская на волю богиню, она дала клятву. И эта клятва стала для нее всем, особенно когда Ларина прочла нескрываемую гордость в глазах отца. Она безумно страшилась своей судьбы, но отец с самого начала верил в нее. Он знал, что никто лучше ее не сможет сохранить Свиток. Ларине оставалось только надеяться, что отец прав.

Если даже по каким-то причинам Фэллон Маклауд откажет ей в помощи, с Малькольмом все равно придется проститься, с грустью подумала Ларина. Хотя это и рискованно. Слишком много он знает о ней. Если Дейрдре узнает, сколь много Малькольму известно о Воителях, жизнь его не будет стоить и ломаного гроша.

Ларина почувствовала острый укол совести зато, что согласилась разделить свою ношу с Малькольмом. Хотя и отчаянно нуждалась в друге. Малькольм никогда не подводил ее. Однако если он попадет в лапы Дейрдре, ей конец. Малькольм, конечно, будет держаться до последнего, но рано или поздно все расскажет Дейрдре.

А если это произойдет, на земле не останется места, где она могла бы спрятаться.

И виновата в этом только она сама, с горечью подумала Ларина. Она обязана была держать язык за зубами – нельзя было рассказывать Малькольму больше того, о чем он сам мог догадаться. Но самую непростительную ошибку она совершила, признавшись ему, зачем ищет братьев Маклауд.

Ларина машинально потрогала шею в том месте, где ее коснулся язык Фэллона. И вздрогнула от удовольствия, вспомнив, как его горячее мускулистое тело прижималось к ней, как его дыхание опалило ей щеку.

Ей вдруг разом стало трудно дышать, соски напряглись и затвердели. Тело Ларины горело – холодный ночной ветерок, от которого она только что ежилась, теперь казался приятным. Остановившись, Ларина сделала несколько глубоких вздохов, стараясь взять себя в руки. Фэллон не должен знать, как на нее действует его присутствие. Иначе он получит преимущество, а этого Ларина позволить не могла.

Настало время поговорить с ним начистоту. Если Фэллон откажется помочь, тогда ей придется скрываться. На кого бы ни охотился вирран, на нее или на Фэллона, след привел его в замок.

А это плохой знак.

Подобравшись к замку, Ларина вновь сделалась невидимой и только после этого рискнула проскользнуть в свою комнату. Как она и ожидала, внутри ее ждал Малькольм. Стащив с постели одеяло, Ларина закуталась в него и только после этого позволила себе материализоваться.

Увидев Ларину, Малькольм испустил облегченный вздох.

– Я уже начал волноваться.

Ларина заставила себя улыбнуться – не хватало еще, чтобы Малькольм заметил, в каком она смятении.

– Я могу о себе позаботиться, ты же знаешь.

– Ларина, еще ни один вирран не осмеливался проникнуть в замок.

Ларина сразу забралась в ванну. Вода уже успела остыть, но ей было все равно. Малькольм поспешно повернулся к ней спиной.

– Я понятия не имею, за кем он охотился – за мной или за Фэллоном.

– Это мог быть любой из вас.

Желудок Ларины свело от страха.

– Знаю. Нужно сегодня же поговорить с Фэллоном. Ждать больше нельзя. Я должна выяснить, согласится ли он помочь мне.

Малькольм, вздохнув, подтащил к камину стул и сел, стараясь не смотреть на нее.

– Я видел, как Фэллон обшаривал замок – явно искал виррана. Он очень осторожен, Ларина. Это хорошо. Если он согласится спрятать тебя, Дейрдре никогда тебя не найдет.

– Он скрывался триста лет – конечно, он осторожен. И все же – зачем он явился сюда? Тебе удалось что-нибудь узнать?

– Да. Он хочет, чтобы его родовой замок вновь принадлежал Маклаудам. И приехал просить короля об аудиенции.

Тщательно смывая с себя кровь, Ларина задумчиво кивнула.

– Вирран мертв, и пока о нем можно не волноваться. Потом мне придется вернуться и позаботиться о трупе. Вирран страшно удивился, увидев меня, поэтому мне кажется, что он явился сюда за Фэллоном… Хотя я до сих пор не могу взять в толк, что ему понадобилось в тронном зале.

– Я сам займусь трупом. Где ты его оставила?

– Ты не обязан это делать.

Малькольм что-то недовольно проворчал.

– Ларина, ты, конечно, Воитель, но есть некоторые вещи, которые мужчина обязан взять на себя, избавив от этого женщину. А теперь просто объясни, где ты оставила труп этой чертовой твари.

Иной раз Ларина ненавидела себя за то, что она женщина.

– В лесу, рядом с дубом с разветвленным стволом.

– Я избавлюсь от него сегодня же вечером. Насколько я понимаю, появление виррана помешало тебе поговорить с Фэллоном?

– Да, я не успела. – Ларина снова вспомнила его горячее дыхание, опалившее ей щеку, запах его мускулистого тела. – Нас прервали.

Малькольм слегка повернул голову – теперь на фоне окна четко вырисовывался его профиль.

– Ты пойдешь к нему…

Это не был вопрос – он и так знал, что она скажет.

– Да. Мне не терпится поговорить с ним.

Встав, Малькольм направился к двери.

– Я займусь вирраном немедленно. А потом буду у себя. Если тебе что-то понадобится…

– Спасибо, кузен.

Уже взявшись за ручку двери, Малькольм обернулся.

– Поблагодаришь меня потом, когда Маклауд отвезет тебя в свой замок.

Ларина дождалась, когда за ним захлопнется дверь, и облегченно вздохнула. Потом взяла мыло и намылилась еще раз. Ей казалось, она до сих пор чувствует въевшийся в поры мерзкий запах.

Фэллон плюхнулся на кровать. Он почти не сомневался, что, вернувшись к себе, найдет поджидающую его Ларину, однако комната была пуста. Разочарование, охватившее его, когда он не увидел Ларины, очень не понравилось Фэллону. Как не понравилась и тревога, не покидавшая его с той минуты, когда он увидел ее в тронном зале. Жаль, не удалось спустить пар, разделавшись с вирраном, – хорошая драка ему сейчас не помешала бы.