Маленькая тайна - Настя Ильина

Угрожать не хочу — какой смысл?

Устал уже грозиться и изображать из себя супер героя.

Возвращаюсь к своей Золушке и снова обнимаю её, а она не противится и кладёт голову мне на плечо.

Тоже вымоталась.

Сегодня был непростой день.

— Всё чисто, — говорит один из ментов, — пожалуйста, поставьте подписи.

Беру папку с бумагами, которые он даёт, и внимательно смотрю на написанные там цифры.

Офигеть!

Да Золотоусов теперь со мной не рассчитается за этот штраф в кавычках!

Часть 15. Алекс

Расплачиваюсь с копами. Оставляю Длинного за главного, чтобы проследил, чтобы все разошлись тихо и ничего не пригребли с собой.

Бросаю злой взгляд на Золотоусова.

Мне не хочется разговаривать с ним в присутствии Мишки Гамми, потому что боюсь сорваться и набить ему морду.

Ну как могло хватить ума позвонить ментам?

Жаль, что они не «анонима» своего оштрафовали, а то я бы полюбовался, как этот пацанчик будет впахивать, чтобы расплатиться. Впрочем, там штрафы не такие большие, как сняли с меня, чтобы «батя ничего не узнал».

А он же по-любому узнает.

— Давай я отвезу тебя домой, — шепчу, склонившись к Мишке Гамми.

Она безмолвно кивает и с тоской глядит на своего приятеля. Бывшего. Сделаю всё, только бы Мишка Гамми перестала общаться с этим гадом. Бесит он меня и совершенно не подходит ей. Как можно доверять ему вообще?

В тишине везу девушку домой. В салоне едва слышно играет музыка, но её звучание перебивают мысли, роящиеся в голове. Я чувствую себя как-то слишком спокойно, когда нахожусь рядом с той, что могла стать моей сводной сестрой. Почему? Мне казалось, что это будет непростое задание — влюбить её в себя, но теперь вынужден признать, что с девчонкой приятно находиться рядом.

Она не зудит что-то о моде, не болтает ерунду, просто молча смотрит в окно.

Кошусь на девушку и отмечаю, что её веки сомкнулись.

Заснула?

Такая безмятежная, спокойная и почему-то как родная.

Стараюсь не гнать, чтобы не нарушить спокойный сон Мишки Гамми. На часах уже два. Наверняка её ждёт крайне неприятный разговор с матерью. И завтра девчонка выскажет мне всё, но сейчас она такая молчаливая. Одетая в мою рубашку, девушка кажется ещё более родной, но я отгоняю от себя эту мысль. Это всего лишь какое-то секундное помешательство, которое развеется, стоит нам встретиться с ней завтра.

Сейчас Мишка Гамми устала, заснула, бедная…

А завтра снова начнёт огрызаться и корить меня во всех своих бедах.

И не без оснований.

Доезжаю до подъезда Златы и какое-то время смотрю на девчонку, потому что мне жалко будить её. Даже украдкой фотографирую её и не могу перестать улыбаться.

— Если я тебя поцелую, ты проснёшься? — спрашиваю, и девчонка резко открывает глаза.

— Я тебя убью, Поздняков, — рычит она и легонечко потягивается словно львица.

— Мы приехали, Спящая Красавица. Тебя проводить, или сама дойдёшь?

Мишка Гамми зло зыркает на меня, цокает языком и выходит из машины.

— Спасибо, что подбросил!

Она уходит, а я не успеваю сказать, что эту рубашку мне когда-то подарила её мать. Привезла из Тайланда. Интересно, женщина узнает свой подарок? Или покупала не глядя, только бы задобрить своего возможного пасынка?

В машине становится до ужаса тоскливо с уходом Златы. Мне даже кататься одному не хочется. Внутри появляется какое-то стойкое отвращение к одиночеству, а в голову мгновенно лезут разные не самые приятные мысли.

Какое-то время я просто сижу и наблюдаю, пока в комнате Мишки Гамми не зажжётся свет. Вижу её силуэт в отражении окна. Жаль, что там висят шторы, и я не могу увидеть её саму. Раньше девчонка всегда казалась мне занудой. Что изменилось после одной прогулки? Да ничего, собственно. Она так и остаётся шилом в заднице.

Телефон звонит, но мне лень даже просто смотреть на экран.

Наверняка снова Длинный.

Следует вернуться домой и отпустить его восвояси…

Или посидеть с ним до утра и пожаловаться на жизнь?

В любом случае мне нужно как можно быстрее возвращаться домой. Именно этим и занимаюсь, выруливая из чужого двора.

Стоит мне только снова вкусить скорость, как все мысли о недоступной ненужной мне девчонке ветром вылетят из головы.

Оказавшись на главной улице, набираю скорость, но быстро сбрасываю её.

Раньше я не задумывался ни о ком, кроме самого себя, а теперь на мгновение в голове появляется мысль, что дорогу может перебегать человек, собака, кошка… И что тогда будет?

Сбавляю скорость и теперь еду медленнее.

Как добираюсь до дома, толком даже не запоминаю, потому что в висках в это мгновение появляется странная ноющая пульсация.

Длинный дожидается меня. Он сидит на шезлонге у бассейна, закинув ногу на ногу.

Остался один.

Молодец.

Со своей задачей справился и «проводил» всех.

— Подгадил нам, конечно, этот Золотоусов. Надо бы его как-то проучить, — недовольно фыркает Длинный.

А надо ли?

— Смысл? — спрашиваю и плюхаюсь напротив парня.

— А ты хочешь спустить ему всё с рук? Ты его пригласил в нашу компанию, а он так подгадил.

— Ну и хрен с ним, — пожимаю плечами я. — Больше не пригласим его и всё.

— Поздняков, ты там в себе или как? Он тебя на бабло кинул. Как перед отцом будешь оправдываться теперь?

— Да никак не буду. Надоело мне всё.

— У-у-у! Ты от девчонки поплыл что ли так быстро? Я тебя не узнаю, друг. Превратился в желейную массу. Неужели на тебя так действует несостоявшаяся сестричка?

Я злюсь, но стараюсь не показывать свои истинные чувства. Сам не понимаю, что со мной в это мгновение происходит, но я словно устал от ребячества.

— Так ты спор продолжаешь или сливаешься?

Длинный подначивает меня, и внутри снова вспыхивает азарт. Перед глазами появляется недовольное лицо Мишка Гамми, её презрение ко мне.

— Хочешь, чтобы я сдался? Не дождёшься, Длинный!

Часть 16. Злата

По возвращении мама игнорирует меня, хоть знаю, что она не спит. Только утром она решается заговорить со мной. Да и то как-то натянуто, сквозь зубы, словно пытается заставить меня испытать вину за совершённое. А ведь я ничего такого не сделала. Даже алкоголь практически не употребляла. Домой вернулась на своих двоих, без перегара, пусть и чуть позже обговорённого времени.

— С кем ты вчера вернулась? — спрашивает