Адениум - Светлана Литовкина

Решив, что нужно для начала выяснить, что происходит, я поднялась и начала осторожно передвигаться к въезду в отель, стараясь держаться в тени и не выходить на освещенные лунным светом участки. Неожиданно дорогу мне перегородила, словно выросшая из — под земли, большая черная тень. Из горла вырвался сдавленный крик и я невольно зажала рот ладонью.

— Спокойно, — тихо произнесла тень. — Не кричите.

Свет луны на секунду скользнул по руке, высветив из темноты фрагмент камуфляжной формы. Охранник.

— Что случилось? — шепотом поинтересовалась я, пытаясь успокоить судорожно колотившееся сердце.

— Вы в порядке? — поинтересовался он, не отвечая на мой вопрос и зачем-то посветив мне в лицо фонариком, — Вы не пострадали?

— Я в порядке.

— Идите к машинам, там Вас встретят. Быстрее! — не терпящим возражений тоном велел он и показал направление.

Свет на долю секунды лизнул его руку. Я замерла, чувствуя, как мурашки побежали по коже спины. На его запястье не было браслета отеля. Это не охрана. Он чужой. У меня не было причин доверять ему.

— Идите же! — прошипел он, растворяясь в темноте так же быстро, как и появился. Я посмотрела в указанном направлении. Неподалеку угадывались очертания небольшого грузовика.

В отеле снова кто-то закричал. Что же все-таки происходит? Кто этот человек и почему я должна идти к машине? Что он от меня хочет?

Набежавшее облако снова скрыло луну, погрузив берег в непроглядную тьму. Исчезли стволы пальм, растворился серебрянный песок под ногами. Весь мир словно исчез. Осталось только мое хриплое дыхание и ужас, леденящий кровь.

Я замерла, прислушиваясь к происходящему. Крики смолкли. Возможно, все уже закончилось, но возвращаться в отель сейчас не хотелось. Страшно. Пожалуй, лучше посидеть на берегу, подождать, пока взойдет солнце. При свете дня гораздо легче ориентироваться. Проще избежать опасности. Возможно, человек в военной форме действительно пытался мне помочь, но я не могу уехать, мне нужно дождаться Хелен.

Неожиданно раздался выстрел, заставив меня похолодеть. Мерзкие щупальца страха поползли вверх по позвоночнику. Кто стрелял? В кого?

Луна, снова вырвавшись из плена облаков, осветила берег, лишая меня возможности передвигаться незамеченной.

Нужно было вернуться к зарослям. Лучше не делать резких движений, могут заметить. Я медленно отступала назад, шаг за шагом, пытаясь успокоить судорожно колотящееся сердце. Еще немного.

Очередной выстрел раздался совсем рядом, заставив меня забросить всю конспирацию и бегом припустить к колючим развесистым кустам. Я отогнула ветки, висящие над землей, протиснулась под них и присела на корточки, из своего укрытия наблюдая за происходящим.

По берегу рассредоточились люди в камуфляжной одежде. Они быстро передвигались, время от времени освещая себе путь карманными фонариками. Я заметила у них оружие. Наверное, это были автоматы. Похоже на то. Я видела такие в фильмах.

Пара небольших грузовиков стояла рядом с ограждением отеля.

Военные проводили горстку перепуганных туристов к машинам, помогая им забраться в кузов и закидывая внутрь сумки с вещами.

Отовсюду доносились крики, выстрелы и детский плач. Группы людей в сопровождении солдат, торопливо бежали к грузовикам, и только я оставалась в своем колючем зеленом укрытии, безучастно наблюдая за этим хаосом.

Сердце гулко билось в ребрах. Я затаила дыхание, осторожно наблюдая через просветы между ветками за солдатами, в молчании ходившими по берегу. Они кого-то ищут. Их много. Ведут себя тихо, не разговаривают, лишь подают друг другу знаки. Они медленно кружили вокруг, то приближаясь к моему убежищу, то снова отдаляясь.

Охранник из отеля говорил, что здесь опасно, бесследно пропадают люди. Неужели это похищение? Оставалось надеяться, что меня не найдут.

Неожиданно чья-то рука легла на мое плечо, заставив оцепенеть. Нашли… Я сидела, боясь повернуть голову в сторону стоящего сзади человека, и чувствовала, как волосы на затылке медленно приподнимаются. Неужели меня сейчас отведут к одной из машин, и я исчезну без следа, словно меня никогда и не существовало. Что они с нами сделают? Продадут в рабство?

Медленно поднимаясь, я обернулась назад и застыла, не в силах противиться нахлынувшему дикому ужасу. На меня смотрели белые, словно подернутые молочной пленкой глаза. Я увидела мертвенно бледную кожу, испещренную темными выступающими венами, лохмотья, некогда бывшие одеждой, скрюченные пальцы рук, одна из которых продолжала покоиться на моем плече. Я с омерзением стряхнула ее со своей кожи.

Существо не шевелилось, продолжая буравить меня своими странными глазами. Оно прекрасно видело ими, в этом не возникало и доли сомнения.

За кустарником люди. Кричи.

Глава 12

Я открыла рот, но из горла вместо крика о помощи раздался лишь невнятный хриплый писк. Существо продолжало стоять, не шевелясь.

Нужно убираться отсюда. Я сделала попытку отодвинуться от него. Сердце колотилось так, что казалось готово выпрыгнуть из груди. Ткань майки прилипла к спине.

Нужно добежать до солдат. Пускай они вооружены до зубов и наверняка опасны, но они люди. Это легче. Лучше попасть в рабство, чем столкнуться с неизвестностью. Она пугает больше.

Я медленно сделала шаг назад, осторожно выбираясь из кустарника и не сводя глаз со странного существа. Колючки царапали кожу, впивались в одежду.

Сильные руки неожиданно обхватили меня сзади и я в панике обернулась. Такое же странное существо вцепилось крючковатыми пальцами в мои плечи. Я дернулась, пытаясь вырваться. Оно не отпускало, держа меня мертвой хваткой. Неожиданно первое сделало молниеносный рывок ко мне и укусило в плечо.

Мне показалось, что десятки длинных и толстых игл впились в плоть. Боль парализовала тело. Что это? Что они делают? Я закричала, что было мочи. Существо внезапно отпустило меня, разжав руки. Я упала на колени, не в силах удержаться на ногах.

Они стояли, замерев, словно две статуи и молча глядели на меня сверху вниз. Что им нужно?

Беги.

Колючие ветки хлещут по лицу, царапают кожу, разрывают одежду. Леденящий кровь страх подстегивает, словно кнутом. Ноги подгибаются в коленях. Я запинаюсь, падаю, ползу на четвереньках, снова встаю.

Кажется, что приходится продираться сквозь