Станьте моей помощницей - Лена Поллина

Отступаю назад. И титаническим усилием воли возвращаю себе контроль.

«Надо же! Я так оказывается умею»

— Если хотите работать в этой компании, то постарайтесь забыть все обиды и претензии. Все-таки Вы нанимаетесь ко мне дизайнером, а не я к Вам нянькой.

Я разворачиваюсь и ухожу. Чувствую себя последним мудаком, отобравшим у ребенка конфету. Сломал. Растоптал. Прости, Карамелька — дело не в тебе.

Пусть работает! Ее судьбу я вершить не стану. Но хватит этой наркомании. Не по возрасту развлечение!

Надо обрубать! Этот ребенок вызывает во мне недетское желание. Хотя, я же знаю, что ей уже больше восемнадцати…

Мысль застревает в моей голове.

Плотно.

А может все же попробовать с ней?

Глава 7

Ангелина

Если есть в мире справедливость, то сегодня она старательно обходит меня стороной. Боже! Второй раз за день! Так умело смешал с грязью и оставил высыхать. Все: слезы на щеках, унижение, желание, которое сейчас горячим медом тянется внизу живота.

Он пахнет, как Бог! Я стою и реву от своей беспомощности. Потому, что понимаю, что влюбилась. Бред! Видела его всего лишь три раза и пару раз перекинулась колкостями, а уже не представляю, что мне делать с этим чувством. Понимаю, что я себе много напридумывала и сейчас за это расплачиваюсь.

Спешу в туалетную комнату. Надо срочно умыться. Я ведь даже ради этого бородатого грубияна ресницы нарастила. Хоть это сейчас меня выручило. Нет позорных проститутских кругов под глазами.

Я ускоряю шаг. Боюсь, что обида начнет вылезать наружу громкими всхлипами и рыданиями.

Я уже почти бегу и неожиданно врезаюсь в красивую невысокую женщину.

— Девочка моя, что случилось?

Она обеспокоенно вглядывается в мое лицо.

— Ты бледная. Сегодня одна девочка у нас уже в обморок упала. Теперь ты следом?

Я издаю нервный смешок и всхлипывая, немного заикаясь произношу

— Э-это я у-упала.

Женщина протяжно выдыхает. Сжимает мне руку и тянет меня за собой.

— И за что ты так себя изводишь? Пойдем. Я заварю тебе травяной чай. Вмиг придешь в себя!

Я растерянно смотрю на нее.

— Но у меня же учеба. Я не могу пропустить.

Моя собеседница с удивлением и подозрением всматривается мне в глаза. Отмечаю, что она красивая.

— Как тебя зовут?

Она обращается ко мне по-доброму, ласково, по-матерински. От ее теплоты слезы вновь оживают. Меня не воспитывала мама. Я не помню, чтобы ко мне обращались вот так ласково, как она, и для меня это кажется запрещенным приемом. Уж лучше пусть ругаются. Я совершенно не знаю, как реагировать на доброту. Я не умею принимать помощь и комплементы. Но этой женщине я доверяюсь.

— А-Ангелина.

Шепотом выдаю ответ и продолжаю рассматривать женщину.

— Красивое имя. И тебе очень подходит. А меня зовут Лидия Вячеславовна. Пойдем. За полчаса ничего не изменится. Я предупрежу Илью, что ты задержишься.

Мы заходим в ее кабинет и мне тут же хочется лечь здесь спать.

В кабинете нет мягкого дивана, большой плазмы. Но в нем царит такая уютная атмосфера, что она укутывает мягким пледом прямо с порога. А еще в нем приятно пахнет травами. Наверное это они меня так успокаивают.

Лидия Вячеславовна колдует над моим напитком, а я привожу свое дыхание в порядок. Слез уже нет. Только всхлипы.

— Держи. Сейчас будешь, как новенькая.

Женщина протягивает мне кружку и по-доброму улыбается.

— Расскажешь мне изо чего так убиваешься или это секрет?

Не знаю почему мне хочется ей доверится. Рассказать все, как маме. Мне же даже не с кем поделиться своей влюбленностью. Своей обидой. Человек не сосуд. Он не может хранить в себе все переживания и эмоции. Ими обязательно надо делиться! А вот я храню. Бабушке никогда не рассказывала о своих проблемах. Сначала потому, что она у меня до жути строгая, а сейчас попросту не хочу ее тревожить. Анне Валентиновне тоже рассказываю немного. У ее своих проблем хватает. В общем я очень боюсь стать кому-то обузой.

«А может все же рассказать ей все. Рассказать и уволиться. Зато на душе станет легче»!

Долго смотрю в кружку. Потом на собеседницу. Потом протяжно вздыхаю и рассказываю все! Как на приеме у психолога.

И про нашу первую встречу, и про колкости и про сны и про то, что последние деньги на вещи ради него потратила и про то, что мама бросила и про то, что одна ребенка воспитываю. И про Никиту-козла, который бросил меня после нашего первого раза! Про все! Вишенкой на торте становится мое признание в любви к шефу! Надеюсь, у нее не был включен диктофон. Машка бы упала в обморок от счастья от такого обилия информации.

Я чувствую, как меня отпускает. А на лице женщины застыла загадочная улыбка.

— Ангелина. Ты знаешь, что ты Ангел. Ангел посланный мне с небес.

Я удивленно смотрю на Лидию Вячеславовну.

— Вы психолог? Вам как-то поможет моя история?

Не зная за что зацепится я пытаюсь найти логическое объяснение ее словам.

Женщина громко смеется, затем обнимает меня.

— Нет, Геля! Я не психолог. Я всего лишь владелица пакета акций этой компании и мама генерального директора.

На лицо вновь наползает бледная маска. Да что такое-то! Сколько грабель сегодня будет? Голова уже не выдерживает. Может это чай во всем виноват. Точно. А если она меня напоила травой, от которой язык развязывается.

Я много раз в детективах такое читала.

Словно проверяя свои мысли я заглядываю в кружку.

— Что Вы мне налили? Вы это нарочно, да? Зачем я Вам?

Лидия Вячеславовна сбрасывает улыбку. Крепко сжимает мне руку и тянет успокаивающим голосом

— Т-ш-ш-ш… Геля, тебе нечего бояться! Я никому ничего не расскажу. Я ничего не задумывала. Это правда произошло случайно. Я не думала, что в судьбе такой крохотной девочки уже столько всего произошло. И я извиняюсь за своего сына. На него это правда не похоже. Он очень осторожен со своими сотрудницами. Но я хочу облегчить твои мысли своей догадкой. По-моему, ты ему тоже нравишься.

Во мне бурлит странный коктейль из чувств. Не знаю какую эмоцию вытянуть. Вроде стало легче, надо сказать спасибо и вроде обманула ведь. Так нагло вытянула из меня все мои мысли… Но когда Лидия Вячеславовна произносит последнюю фразу мои губы сами выбирают эмоцию предательски расползаясь в улыбке.

— Не сердись на меня! Тебе ведь стало легче?

Я коротко киваю и опускаю глаза.

— Мы не будем делать вид, что ничего не произошло. Все случилось так, как должно было случиться!