Пленница - Арина Теплова

Иногда по вечерам, когда Твердышев задерживался на заводе допоздна, а дед Анисий храпел в дальней маленькой комнатушке, женщины, накормив детей и уложив их спать на теплую печку, при лучине просиживали часы за рукоделием и разговаривали. Арина часто тайком рассказывала Варе неприятные слухи о притеснении казаков со стороны властей. И что казаки, проживающие на реке Яик, очень недовольны и грозятся собрать войско для похода на Петербург. Иногда Арина рассказывала, как тяжело приходится рабочим на заводе, и что Твердышев держит людей в строгости и спуску не дает. Требует, чтобы все трудились на совесть, и даже иногда бывает слишком строг, не брезгуя телесными наказаниями.

Эти разговоры задевали Вареньку за живое. Наивная девушка искренне жалела заводских людей, которые сильно нуждались и жили впроголодь. Несколько раз она вместе с Твердышевой навещала семьи бедняков, где было по дюжине детей, и все выглядели голодными. При Матвее Арина боялась заводить такие разговоры и втайне от мужа помогала бедным деньгами или съестными припасами. Варя, не понимая, отчего Арина скрывает свои визиты к беднякам от мужа, один раз спросила:

– А разве Матвей Гаврилович против милостыни?

– Отчего же против? На постройки всякие общественные он и сам жертвует. А заводским редко. Говорит, чтобы завод был на плаву, надо экономить и работать больше.

Чем больше Варя слышала подобные фразы от Арины, тем более неприятен ей становился Твердышев. Он казался ей суровым непробиваемым управляющим, которому все человеческие слезы и печали безразличны. Однако, как и Арина, все свои недовольства девушка держала при себе, ибо даже она опасалась крутого вспыльчивого нрава Матвея Гавриловича. Один лишь тяжелый пронизывающий взгляд его темно-зеленых глаз наводил Варю на неприятные мысли о том, что этот человек ценит только свое мнение и, естественно, не будет слушать чужое. Твердышева она старалась избегать и встречалась с ним лишь за вечерней трапезой.

По вечерам, около восьми, когда хозяин дома возвращался с завода, все домочадцы сразу притихали. Дети становились незаметными, а Арина пыталась угодить мужу. Матвею было тридцать лет. Высокий и широкий в плечах, он имел крепкое телосложение и твердую поступь. Темно-русые волосы его и густая короткая борода подчеркивали красоту сурового широкоскулого лица и цепкого зеленого взора. Он постоянно ходил в одной и той же одежде: черных штанах, кожаных, утепленных мехом сапогах, темной рубахе простого покроя и черном кафтане-сибирке. Поверх одежды надевал короткий тулуп и меховую соболью шапку.

Оттого, что Твердышев постоянно ездил верхом на своем гнедом рысаке, плеть треххвостка была привычна в его руке. Весь мрачный вид его наводил Варю на неприятные мысли о том, что Твердышев – жесткий, упрямый и властный мужчина. С женой он обращался вежливо, но холодновато, с детьми – то повелительно, то на удивление нежно, к ней же он относился настороженно и немного отстраненно. Он мало говорил с девушкой и редко смотрел в ее сторону. Правда, иногда Варенька ловила на себе его тяжелый оценивающий взгляд, и отчего-то ей становилось не по себе. В эти моменты Варе казалось, что Твердышев будто изучает ее. Но стоило ей поймать его настойчивый взгляд на своем лице, Матвей Гаврилович очень медленно, словно нехотя отводил взор в сторону, и Варя вздыхала свободно.

За весь месяц, проведенный в его доме, Твердышев перебросился с ней лишь парой фраз, которые касались в основном дальнейших намерений девушки и времени ее пребывания в их краях. Варя отвечала, что хочет помочь брату и облегчить его жизнь на рудниках, потому останется здесь, пока Олсуфьев будет нуждаться в ней. Слыша ее ответ, Твердышев недовольно поджимал губы и молчал, лишь однажды заметил, что, когда вьюга утихнет, свозит ее на рудники по просьбе Арины.