Заблудившийся ангел - Кристин Лестер

— Ты тоже пролетела?

— В каком смысле?

— Ну ты же пришла записываться на подготовительное? А сюда идут только те, кому вчера отказали.

Синди вздохнула:

— И да, и нет.

— Как это?

— Меня не могут взять, хотя я прошла конкурс.

Тина схватила ее за руку и вытаращила глаза:

— Да ты что?! Тебе удалось пройти конкурс?! Расскажи!

— А чего рассказывать? — Синди вяло вздохнула. — Просто меня посмотрели и сказали, что все превосходно.

— Так и сказали?! — Глаза Тины становились все больше, а лицо — все смешнее.

— Так и сказали, — улыбнулась Синди.

Разумеется, она не собиралась рассказывать про свое беспардонное нашествие на кафедру и помощь мадам Помпазини.

— И это сухая очкастая жердь… как ее… у нее еще смешная такая фамилия…

— Помпазини?

— Во! Точно! Она! И эта гадина не раскритиковала тебя?

— А почему она должна была меня раскритиковать?

— Так из-за нее большинство и вылетело. Она здесь — самая злая. Ужас!

— Из-за нее? — Синди не верила своим ушам. Вчера мадам Помпазини показалась ей образцом добродетели и мягкости. Особенно — вечером.

— Конечно из-за нее. Во-первых, она председатель жюри. Во-вторых, она, говорят, любимица самого Бэллота, потому что испокон веку не берет взяток. А еще…

Синди покраснела, вспомнив своего вчерашнего слона. Интересно, мадам сделала исключение только для нее? Или действительно расценила подношение как дар от чистого сердца?

— Хм.

— Ты слушаешь? А еще говорят, что у нее получить зачет вообще невозможно! И люди по восемь раз программу меняют, чтобы ей угодить.

— Да ты что!

— Это те, которые уже поступили… Ну уже потом.

— А что она ведет?

— О! Много всякого! Половину курса.

— Вот это да.

— Крокодилица старая! — заключила свою возмущенную речь Тина.

— А мне она вчера показалась такой милой…

— Милой? Может, у нее временное помутнение было? И поэтому тебя взяли? Ну ты даешь! Поздравляю!

Синди замотала головой:

— Зря поздравляешь. Я не смогу учиться.

— Да, кстати, что случилось? Что ты делаешь на подготовительном?

— Просто у меня нет столько денег.

— Десять тысяч?

Синди сокрушенно выдохнула:

— Ага.

— Ну… Ты же знала, куда шла. Здесь все-таки Лос-Анджелес. Что же ты хотела?

— В том-то и дело, что не знала!

Тина отступила от нее на шаг.

— Ты что, из дремучего леса приехала? Или из резервации? Бэллот делает деньги на всем! Будь у него рулон почтовых марок, он и те продавал бы по десятке за штуку, несмотря на то что в соседнем киоске они идут по паре центов. Вот так-то!

Синди грустно смотрела в окно:

— Ума не приложу, что делать. В принципе, до официального зачисления у меня есть время. Я же могу принести эти деньги в августе. — Синди еще раз подумала, что мадам Помпазини подозрительно торопит ее с подготовительным отделением. — Зачем мне, в сущности, сейчас идти на нулевой курс?

— Да, но тогда твое место обязательно кто-нибудь займет. И ты не попадешь ни туда, ни сюда.

— Почему?

— Потому. Ты прошла конкурс, но договор не заключила. Так?

— Так.

— Значит, место пока тобой не занято. А может, ты вообще передумала! А может, ты сразу в три заведения поступала и везде прошла! Где-то еще заключила договор, а тут — не говоришь ни да, ни нет.

— То есть они не будут меня ждать?

— Конечно нет. Смотри сколько народу!

— Чудовищно!

— Но ты ведь поэтому и пришла сюда, на подготовительное. Отсюда можно в любой день перевестись на первый курс. Когда деньги заплатишь.

— Да, мне говорили.

— Ну давай! — Тина помахала ей рукой. — Встретимся здесь через часок, поболтаем.

— Хорошо.

Синди побрела по зданию, скользя взглядом по фотографиям на стенах. Интересно получается, думала она. Если у тебя есть деньги, ты можешь учиться танцевать и совершенствовать свои таланты, а если нет — либо подрабатывай в стриптизе (с интимуслугами), либо вообще забудь о своей мечте. Где же тут справедливость? И что делать таким, как, например, я — бедным, но способным?

Ответа никто не давал, а со стен счастливо улыбались участники самого популярного танцевального шоу мистера Бэллота в масках…

Как и обещала мадам Помпазини, ее документы были уже готовы и ждали Синди на кафедре подготовительного отделения. Там ее с радостью приняли и внесли фамилию в списки.

— К нам многие попадают из-за нехватки денег, — успокаивала ее какая-то толстуха в очках. — Так что не расстраивайтесь. Пройдет годик-другой, заработаете и переведетесь сразу на второй курс.

— А так можно?

— Конечно! Так все и делают. Мистер Бэллот не дурак. Он не станет выгонять талантливую танцовщицу только потому, что у нее нет денег.

— Да уж.

— Правда! Вы зря смеетесь. А если повезет и он вас оценит лично, то можете попасть в массовку в его шоу. Многие так начинают.

— В его шоу! — Глаза Синди непроизвольно полезли из орбит от счастья.

— Но для этого надо сильно постараться.

— А как?

— Ну… Вы пока начните учебу, а там разберетесь. Вот скоро еще будет бал. Приходите посмотреть, если сможете достать билет.

— Да! Обязательно приду! А что там, кстати…

— Вы это можете узнать у любого — в коридоре. Все абитуриенты об этом только и говорят. Давайте оформляться.

— Извините.

Толстуха поправила очки на носу и перешла к сугубо деловым вопросам:

— Так. Вы где живете?

— Где живу? Далеко. В другом штате.

— Ага. Тогда вам полагается комната.

— Что?!

— Комната для проживания. Вы что, не знали?

— Нет! — Синди была готова ее расцеловать в обе щеки! Теперь ей не придется напрашиваться к Джи и скитаться по мотелям!

— Она тоже стоит денег, но чисто символических… — Толстуха порылась в бумагах и вдруг разочарованно проговорила: — Ой нет. Это я вас зря обрадовала. Одноместные номера уже разобраны. Остались подешевле, но жить придется втроем.

— Да мне все равно! — воскликнула Синди. — Я согласна! Вносите меня в списки, пока и эти места не расхватали.