В поисках сокровища - Ася Лавринович

– Как твоя нога? – сделав новый глоток колы, спросил Стахович.

– Спасибо, с ней все в порядке, – сказала я. Нога еще немного побаливала. Дома я позвонила Ляле, и он со знанием дела наложил мне тугую повязку. Когда-то Лялин занимался в секции футбола, и у них в порядке вещей было оказать другому первую помощь.

– Это хорошо, – сказал Лев, продолжая все так же стоять и держать дверь открытой.

– Ага. А мы будем на пороге заниматься?

– А, ну да. Проходи.

Я шагнула в просторную светлую квартиру. Первое, что бросилось в глаза – книжные стеллажи. Огромные, высокие, во всю стену. От разноцветных корешков книг пестрило в глазах. Надписи на русском, английском и неизвестных мне языках… Масштабы этих книжных шкафов впечатляли.

– Не знала, что ты живешь в библиотеке, – сказала я.

Стахович улыбнулся.

– Был бы я еще причастен к этой библиотеке… Это дедушкины книги. Разувайся. Вот тапочки.

Он подтолкнул ногой мягкие тапки с вышитой золотыми нитками эмблемой. Такие новенькие, чистенькие и нарядные, что мои стоптанные кеды рядом с ними казались какими-то уродцами. Хотелось скорее разуться и запихнуть их куда-нибудь подальше. Отправить на луну, чтобы никто не видел… Интересно, а Лев сейчас в квартире один?

Будто в ответ на мои мысли из комнаты вышла высокая светловолосая женщина. Она чем-то походила на Антонину Юрьевну. Только наша директриса по сравнению с ней – воробышек. Эта же дама казалась такой величественной и статной, что я совсем растерялась.

– Лев, это к тебе? – певучим голосом спросила она.

– Да, мам. Я говорил, что ко мне должна зайти одноклассница. Это Сима. Серафима… Шац.

– Шац? – Услышав мою фамилию, женщина словно поменялась в лице. И стала смотреть на меня еще пристальней. Отчего я готова была вслед за своими старыми кедами тоже метнуться на воображаемую луну.

– Здравствуйте, – еле слышно пролепетала я. Эта железная леди вселяла в меня непонятный ужас. Вот бедняге Антонине, наверное, в детстве доставалось от такой старшей сестрицы… Хотя у них вроде слишком большая разница в возрасте. Вряд ли в молодости мама Льва очень уж нянчилась с младшей сестренкой.

– Ну да. Мы позанимаемся историей. В моей комнате, – насмешливо произнес Стахович.

Тогда брови его мамы чуть сдвинулись к переносице. Она так и не отводила от меня внимательного взгляда. И как-то слишком двусмысленно прозвучала фраза Льва. Как в глупых пошлых фильмах о подростках, когда двое якобы занимаются уроками, а на самом деле… Мне уже хотелось скорее остаться наедине со Стаховичем. Лишь бы не с его пугающей мамой.

– Что ж, идите, занимайтесь, – наконец произнесла она.

Вот спасибо! От ее повелительного тона хотелось склонить голову и сделать книксен в знак благодарности. Лев перехватил мой испуганный взгляд и кивнул в сторону. По всей видимости, там находилась комната Стаховича. Молча мы прошли мимо его мамы и ушли вглубь длинного коридора.

Комната Льва оказалась истинно мальчишеской. В темно-серых тонах и явно обставленная дизайнерами. Сдержанно, но дорого. Наверное, одна только лампа на столе стоила, как вся мебель в моей комнате. Однако, на удивление, в комнате царил образцовый порядок, которому я позавидовала больше, чем всем дизайнерским вещицам. На столе я заметила рамку с фотографией, на которой был изображен маленький Лев со своей сестрой-двойняшкой Лилей. Я видела ее в школьных коридорах и на редких сдвоенных уроках, но лично не была знакома. Лиля училась в параллельном десятом и считалась настоящей красавицей. Высокая, с длинными густыми волосами и ореховыми глазами. В отличие от брата, Лиля была по-настоящему коммуникабельной и веселой.

– Как мило, – сказала я, указывая на фотку.

Лев поморщился и поставил банку с недопитой колой на стол.

– Это Лилька ее сюда притащила. Лучше смириться, чем с ней спорить. Пусть стоит. Мне не мешает.

– Почему вы учитесь в разных классах?

– Близнецов часто разделяют, это была мамина идея. Чтобы мы самостоятельно социализировались.

– Ты хорошо общаешься с сестрой? – зачем-то спросила я.

Стахович так долго и внимательно на меня смотрел, что я даже думала отвести взгляд, но все-таки его выдержала.

– Мы будем заниматься историей или сеансом психотерапии?

– Поняла, поняла, – вздохнула я.

– Садись за стол, – приказал Лев, а сам отошел к книжным полкам и принялся искать необходимые учебники. – У нас мало времени, – добавил он, не оборачиваясь.

Я послушно приземлилась на стул, подперла голову рукой и принялась гипнотизировать затылок Стаховича.

Лев

Мы просидели почти полтора часа, склонившись над учебниками. Я монотонно зачитывал Серафиме ответы на возможные вопросы контрольной, а сам в это время думал совсем не об истории. Меня жутко бесило, что вместо того, чтобы провести время с друзьями, я должен заниматься этим – терять свое время, объясняя материал человеку, который совсем не заинтересован в предмете. Сам не раз становился свидетелем перепалок Шац с историчкой. Да, наша училка по истории не самый простой человек, и ее расположения еще нужно добиться. Как? Своей усидчивостью, усердием, заинтересованностью, знаниями… Шац же совсем не проявляла интерес к истории. Прогуливала уроки, писала контрольные на двойки, да еще и хамила. А теперь вдруг, когда приперло, я должен в такой короткий срок совершить невозможное…

Я злился на своих родителей. Злился на то, что они нам с Лилей не доверяют. Что им стоило отпустить меня без этого обмана? Просто раз в жизни поверить мне… Нет же. Они день и ночь пилят нас с Лилей нравоучениями. Мы с сестрой ни разу не подвели ни папу, ни маму. Учились хорошо, не попадали в неприятности, не связывались с плохими компаниями, исправно посещали кружки и спортивные секции… Но родители все равно продолжали читать нотации и все в нашей жизни контролировать. Мама даже год назад читала Лилькин личный дневник и проверяла мой телефон. Помню, как разозлилась тогда Лиля из-за дневника. Сказала, что назло «пойдет по наклонной» и принесет родителям «в подоле», чтобы поняли, как недейственны эти методы. После ее злых слов нас с сестрой почти месяц встречал и провожал водитель отца. Как маленьких.

Конечно, и Лиля блефовала. На самом деле у сестры и в мыслях не было свернуть на кривую дорожку. Она, как и я, в будущем видела себя успешным человеком. Хотела получить престижное образование и найти хорошую работу. Ни я, ни Лиля не планировали подвести родителей и делали все, что они желали. Но мама все равно нам не доверяла. И не давала ни капельки свободы.

– Когда там Россия завоевала выход к Черному морю?

– Что? – откликнулся я, отрешенно уставившись на Шац.

– Когда Россия завоевала выход к Черному морю? – повторила свой вопрос Сима. – У тебя здесь в тестах десятый вопрос.