Рай на краю света - Барбара Ханней

Глядя вслед уходящему Сету, Эйми решила вообще не покидать дом. Змеи и крокодилы напугали ее до смерти. Запаниковав, она бросилась в спальню, чтобы удостовериться, что Белла безмятежно спит.

Окна и дверные проемы были затянуты специальными сетками, поэтому никакие ползучие гады не могли проникнуть внутрь. Белле ничто не угрожало. Рейчел провела на ранчо шесть недель и ни разу не упомянула о какой-либо опасности. Хотя, если честно, она о многом умолчала.

В том числе и о Сете.

Однако Эйми потратила уже достаточно нервов на этого человека. Все утро она доводила себя до умопомрачения, размышляя о его отношениях с Рейчел, его планах насчет Беллы и о том, что она волнуется всякий раз, когда он оказывается рядом с ней.

Несколько раз глубоко вздохнув, Эйми поклялась выбросить Сета Риардона из головы. Взяв фотоаппарат, она направилась осматривать сад.

Он был просто прекрасен.

Отчего Рейчел никогда не рассказывала о том, как красиво на ранчо? Она говорила о нем лишь вскользь и не показывала ни одного снимка. Возможно, подруга приберегала фотографии для своей книги.

Эйми были неизвестны названия многих тропических растений, но она узнала гибискус, орхидеи, бугенвиллеи, которые пышно цвели между папоротниками и пальмами.

Бабочки и птицы также были ярки и красивы. Любое живое существо здесь казалось чрезвычайно живописным. Природа проявляла себя с удвоенной силой. Прогуливаясь по извилистым тропинкам, Эйми получала истинное наслаждение.

Ароматы красного жасмина, имбиря и кардамона смешивались с запахами влажной почвы и травы. Слышался писк, который, как объяснил Сет, издавали крошечные древесные лягушки в близлежащем лесу.

Здесь, в тропиках, возникало ощущение невероятного изобилия и роскоши…

Тем не менее Сет не выходил у нее из головы. Эйми ничего не могла с собой поделать. Он был очарователен и загадочен.

Сет сказал, что смирился с предательством матери, но Эйми внимательно наблюдала за ним и заметила потаенную боль в его взгляде и крепко сжатые губы.

Ей было жаль Сета, но как они договорятся о будущем Беллы, если его отношение к матерям и материнству противоположно мнению Эйми?

Эйми обожала свою маму и с удовольствием заботилась о Белле. Но если Сету так легко далась разлука с матерью, ему ничего не стоит предположить, что и Белла отлично проживет без Эйми. Что же станется с малышкой?!

К ее облегчению, за кустом розового имбиря Эйми увидела пожилого мужчину в тростниковой шляпе с широкими полями. Он безмятежно срезал пальмовые листья мачете с длинной ручкой.

— Привет! — крикнула Эйми и махнула рукой, привлекая его внимание.

Они познакомились. Мужчину звали Ханс, он вырос в Индонезии и работал садовником в «Безмятежности» более двадцати лет.

— Хотите я покажу вам мой сад? — предложил он в ответ на ее комплименты. Когда Эйми с радостью согласилась, Ханс улыбнулся так широко, что его смуглое лицо покрылось множеством морщинок.

Следующие полчаса Эйми занималась тем, что слушала пояснения садовника и пыталась выбросить из головы Сета Риардона и исходящую от него потенциальную угрозу ее счастью.

Сет вернулся домой, когда почти стемнело. К тому моменту небо стало дымчато-розовым, а по саду разлились фиолетовые тени. Эйми собиралась искупать Беллу, когда увидела, что Сет идет по лужайке к дому.

Его походка была усталой, чего Эйми прежде не замечала. Однако он лучезарно улыбнулся подбежавшей к нему девочке.

Он подхватил малышку на руки и подбросил так высоко, что она взвизгнула, а затем попросила его повторить.

Сет рассмеялся:

— Пока хватит. — Он мельком взглянул на Эйми: — Пойдемте со мной, и я покажу вам волшебных жуков-светляков.

— Жуков-светляков? — одновременно спросили Эйми и Белла.

Он кивнул в сторону леса:

— Они там. Пошли, я покажу.

Они спустились по каменным ступеням на одну из террас, пересекли лужайку, подошли к темной линии деревьев, и Эйми увидела узкую тропинку, ведущую в тенистые лесные заросли. Сет, держащий Беллу одной рукой, внезапно взял за руку Эйми.

Ее кожу словно опалило огнем.

— Будь рядом, — тихо сказал он, и на один безрассудный миг она вообразила, что Сет просит ее остаться с ним и поселиться в «Безмятежности».

И вдруг — полное безумие! — спустя всего два дня после знакомства ей ужасно захотелось ответить ему согласием.

— Мы пойдем по этой тропинке не торопясь, — произнес Сет.

Боже правый!

Эйми смутилась, поняв свою ошибку. Сет предупредил, чтобы она не сходила с тропинки. Конечно же ни о каком романтическом будущем речи не было.

Эйми выругалась про себя. Она должна думать только о Белле и помнить, что Сет может легко превратиться в ее врага.

— А к-как насчет з-м-е-й? — прошептала Эйми, стараясь говорить так, чтобы Белла, ни о чем не догадалась и не испугалась.

— Рядом со мной ты в безопасности. Я знаю, чего опасаться.

— Ты уверен?

Она увидела его белоснежную улыбку.

— Древесные змеи в действительности не опасны, только если ты не птица или детеныш опоссума.

Ее сердце громко колотилось, но в основном не от страха перед змеями, а от тепла ладони Сета, согревавшей ее руку.

Сет вел их дальше, обходя виноградные лозы и висячие корни деревьев. Лягушки умолкли. Лесные заросли становились все гуще. И вот, когда Эйми начала спрашивать себя, не сошли ли они с ума, углубляясь в сгущающийся сумрак, они оказались на поляне, и Сет отпустил ее руку.

Эйми заахала от изумления, разглядев крошечные светящиеся точки, мерцающие на темной траве и на кустах. Жуки-светляки, казалось, были повсюду. Они походили на маленьких пылающих эльфов.