Красавец для чудовища - Евгения Кретова

Через три часа они перерыли весь архив. Пыльные, с исцарапанными бумагой пальцами – Инга еще и со сломанным ногтем – они вышли из архива. От идеальной прически Швецова не осталось и следа. Переглянулись озадаченно: документов не обнаружилось.

Василий сообщил:

– Час до обеда. Пузанков придет за документами. Что будем делать?

Инга задумчиво прищурилась, закусила губу.

– А давай-ка заварим кофе. Да покрепче.

– Кофе? – Швецов поперхнулся. – Сейчас, сварю.

Инга дотронулась до его руки: пальцы оказались горячими.

– Нет, вы не поняли. Нам нужно кофе, – она выразительно посмотрела на помощника и подмигнула.

В голове Василия словно лампочку зажгли – так ясно и светло стало. Через пару минут на весь офис распространялся божественный аромат свежемолотого кофе. Василий, сварив в комнате отдыха полный кофейник, расхаживал по кабинетам:

– Полина Артемовна, Тамара Кирилловна, – заговорщицки заглядывал в бухгалтерию, – сестра из Франции привезла потрясающий Lavazza. Новый урожай, глубокая обжарка, тончайший вкус, – с видом знатока и ценителя он зажмурился.

Дамы из бухгалтерии зачарованно следили, как прекрасно сложенный новый помощник «акулы» разливает густой напиток по чашкам.

А через несколько минут с новой порцией кофе в кофейнике он заглянул в кабинет к юристам…

– Лариса Витальевна, девушки, угощайтесь – сестра из Франции привезла потрясающий Lavazza. Новый урожай, глубокая обжарка, тончайший вкус.

Из кабинета, освобожденного для инспектора, выглянуло пожелтевшее лицо проверяющего: Пузанков с видом муки и страдания округлил глаза и захлопнул за собой дверь. Василий бросил взгляд на часы – до начала обеда оставалось пятнадцать минут. Бросив юристов отдела арбитражной практики, он направился в кабинет кадровика. Заглянул осторожно:

– Павел Игнатьевич! Я вас угостить пришел. Сестра из Франции привезла потрясающий Lavazza. Новый урожай, глубокая обжарка, тончайший вкус…

Ему было откровенно жаль смотреть на налоговика – блеклый вид, покачивающаяся походка. Заметив в руках молодого человека кофейник, он оторопел, потом рванул в сторону галстук, освобождая тощее горло. Шумно сглотнул, явно борясь со рвотным позывом. Швецов шагнул через порог кабинета.

Побелев, Пузанков зыркнул на кофейник в его руках, торопливо сгреб в охапку портфель и, пробормотав нечто нечленораздельное, рванул из помещения. Швецов плотоядно оскалился ему в спину: ароматы в коридоре были ничем не слабее тех, которые уже витали в кабинете. Узкая спина инспектора мелькнула и исчезла в холле.

Василий приосанился, тронул бок еще горячего кофейника и направился в приемную – пока единственное место, не охваченное густым ароматом свежемолотого напитка.

Инга оказалась в кабинете, на диване в зоне отдыха. Она устало откинулась на спинку, прикрыла глаза. У ног пристроились небрежно сброшенные туфли на тонкой и головокружительно неудобной шпильке. Услышав движение в дверях, лениво оглянулась. Посмотрела вопрошающе.

– Все сделано, Ваше коварное высочество, – Швецов широко улыбался. – Пузанков повержен и покинул поле боя. Но, вероятно, вернется.

Инга покачала головой:

– СМС прислал, – Инга улыбнулась уголками губ, – попросил привезти документы в налоговую, в понедельник.

Василий присвистнул:

– Так это у нас еще все выходные впереди!

Инга пожала плечами и кивнула одновременно:

– Как бы особо и искать нечего. Оригиналы утеряны. Это, конечно, плохо. Но Полина Артемовна все сканирует, при передаче в банк все заверяется электронными подписями. Платежки тоже через банк, кассы, слава Богу, не ведем. Даже не очень понятно, на что Князев рассчитывает, там дел-то на пять минут – распечатать три платежки, несколько приказов да расчеты по зарплаты и выходному пособию.

– А что тогда? – он прислонился плечом к косяку.

Инга молчала, прокручивала в голове снова и снова, словно накручивая липкую паутину на веретено: все так очевидно, что очевидно – что-то не так. ЧТО?

– Вся эта история нацелена, чтобы отвлечь меня от чего-то, – наконец, проговорила. – Но от чего?

Она встала, узкие ступни нырнули в бежевые «лодочки».

– Вы свой козырный кофе только в качестве газовой атаки намерены использовать или меня угостите? – посмотрела с любопытством.

– Для вас, Инга, – все только самое лучшее, – получилось двусмысленно. Плевать. Что делать, если эта женщина его восхищает? – Заварю новый, этот совсем остыл.