Запрети любить - Анна Джейн

— Для тебя, Илья Васильевич, сделаю все, что могу. И что не могу — тоже, — захихикал грузный мужчина над собственной шуткой, но его никто не поддержал, и он резко замолчал.

— Говорят, ты хорошо людей ищешь. Талант у тебя такой.

— Что есть, то есть, — хмыкнул Стасик. — Найти кого-то нужно? Это я организую! У меня знаешь, спецы какие? Бывшие ментяры. Из тех, которые за бабки землю носом рыть будут и камни сплевывать. Они у меня на особом поводке.

— Ментяры, говоришь? — задумчиво проговорил мужчина с волчьими глазами. — Ментяры на поводке — это хорошо. У них доступ к разной информации есть… Ладно, о деле. Найди мне их. Заплачу. Много заплачу, не обижу.

Серж заметил, как на стол легла фотография с изображением женщины и девушки, но деталей разглядеть, разумеется, не смог.

— Кто это? — тут же хищно спросил Стасик. — Что за баба с девчонкой? Фотка старая, ей лет пятнадцать.

— Вся инфа лежит здесь, ознакомься. — Его собеседник положил на стол папку с документами. — Здесь же найдешь сумму, которую получишь, если найдешь их.

Грузный мужчина торопливо открыл папку и, кажется, увидел сумму. Поднял опешивший взгляд на собеседника и изогнул бровь.

— Я, конечно, знал, что ты человек щедрый, но чтобы настолько…

— Это аванс, Стасик. Еще столько же получишь, когда привезешь мне их. Но если ты откроешь рот и кому-то расскажешь, то будешь наказан. Усек?

— Все конфиденциально, Илья Васильевич! У меня к вип-клиентам отношение особое!

— Вип-клиентам? — усмехнулся мужчина с волчьими глазами и вдруг взял своего собеседника за галстук, заставив побледнеть. — Смотри, Стасик. Напортачишь — пожалеешь. Ты меня знаешь, я слов на ветер не бросаю.

Он затянул галстук под самое горло и, потрепав мужчину по плечу, встал и ушел. Телохранители последовали за ним, и вскоре все трое покинули зал.

— Эй, официант, водки принесли! Ты глухой или тупой? Сюда иди! — выкрикнул Стасик, мгновенно преобразившись. Теперь в нем не было никакой подобострастности, лишь неприкрытая злость. Серж, который стал невольным свидетелем этого разговора, лишь усмехнулся про себя. Таких людей он не любил, а, скорее, презирал.

Интересно, какая тайна у него? Или этих тайн так много, что Стасик и со счета сбился?

Мыслям Сержа помешал Игнат, который буквально ворвался в зал, крепко, как и обычно, пожал руку и опустился на соседний барный стул.

— Извини, чел, — выдохнул Игнат. — Город весь стоит. Думал, не доеду на наше свидание.

Он схватил один из бокалов и залпом выпил. А потом сгреб к себе тарелочку с орешками и закинул в рот целую горсть.

— Где твои манеры? — усмехнулся Серж, по традиции дразня друга. — Это же приличное заведение.

— Приличное? Уже не уверен. — усмехнулся Игнат. — Я тут врезался в одного типа в холле. По виду криминальный авторитет на пенсии, с двумя шкафами за спиной. Я ему даже говорить ничего не стал — он на меня так посмотрел, что я решил заткнуться.

— Иногда у тебя все же срабатывает инстинкт самосохранения, — кивнул Серж, сразу поняв, о ком говорит Игнат.

Они заказали у бармена напитки, обсуждая какую-то ерунду под ненавязчивую игру на рояле, который стоял на небольшой сцене. Несмотря на раскол в душе, Серж хотел казаться обычным, но Игнат все-таки что-то заметил.

— Ты какой-то странный, — вдруг сказал он, пристально глядя на него. — Что-то случилось?

— Все в порядке, — ответил Серж.

Игнат прищурился.

— Уверен? Если есть проблемы, говори. Будем решать.

Серж позволил себе улыбку. Знал бы Игнат, что у него за проблемы.

— Все хорошо. Просто настроение такое. Осеннее.

— Это как? — спросил Игнат, душевная организация которого была устроена не так тонко, как у Сержа.

— Тоскливое. Как будто бы в душе идет дождь, — задумчиво ответил Серж. — Мерзкий серый противный дождь.

Вместо ответа Игнат поднял поднос, на котором подняли аперитив, и прикрыл ими голову Сержа, словно укрывая его от невидимого дождя.

— Все нормально, от дождя всегда можно укрыться, — сказал Игнат. — Говори, что у тебя случилось, чел. Серьезно.

Серж снова улыбнулся — Елецкий был тем человеком, на которого невозможно было злиться. Под маской самодовольного придурка в нем было скрыто много хороших черт. К своим близким он был по-настоящему заботливым. Защищал, как мог, хотя и спорными методами.

— Сказал же — все хорошо, уймись. Просто проблемы с тревогой и сном. Бывает.

— Ладно, сделаю вид, что поверил. Но если что — просто скажи мне, и мы все решим. Окей? — Игнат поднял руку, и Серж дал ему пять, отстраненно думая, может ли он позволить себе потерять друга? И что важнее: он или Ярослава?

— Ты сам как? — спросил Серж, переводя тему. — Выглядишь странно.

— Не спал всю ночь, — признался Игнат.

— Новая девочка? — поднял бровь Серж.

Друг расхохотался.

— Ты же знаешь, что моя единственная подруга теперь всегда со мной. Развлекает меня, как может.

Он раскрыл ладонь, исчерченную линиями, и резко сжал пальцы, показывая, что именно стало его «подругой». Серж знал, что с появлением Ярославы Игнат не смотрел на других девушек — говорил, что не хочет их. Сначала это удивляло его, потом казалось смешным, а затем он окончательно понял, как серьезны чувства Елецкого. Не спать с другими — это серьезно. Сам Серж спал, не мог без этого — желание женского тепла было сильнее его.

— Я принял решение, — сказал Игнат, водя пальцем по высокому бокалу.

— И какое?

— Я хочу быть с ней.

Серж сглотнул. В ушах зазвенело.

— С кем? — спросил он, хотя сразу понял, про кого говорит друг.

— С Ярославой, — ответил Игнат. — Хочу с ней встречаться. Знаешь, ее подруга сказала мне, что я играю с Ярой. Типа то нахожусь рядом, то отстраняюсь. И ей от этого больно.

— Да, это действительно так, — кивнул Серж. — Я ведь тебе то же самое говорил. Почему ты не слушал меня, но послушал Стешу?

— Не знаю, — пожал плечами Игнат. — Она сказала, и до меня вдруг дошло. А ведь реально так. Я козел,