Легенда о яблоке. Часть 2 - Ана Ховская

– Перестань сопротивляться! Играй…

Тогда София в растерянности крепко обхватила руками его за шею, уткнувшись лицом в его плечо. Ахматов хотел иного, но стал покрывать ее оголенное плечо горячими поцелуями. Девушка вздрагивала от каждого его прикосновения. Трудно было удержаться от соблазна и не закинуть ее голову назад, чтобы почувствовать вкус ее губ, но он держал себя в руках, чтобы не испортить то, чего добивался долгое время, и не самому не потерять контроль. Мысленно он отсчитывал сорок секунд, по завершении которых необходимо было начать установку «Цербера». И, к облегчению Софии, Майк вскоре предупредил:

– Эй, я понимаю, вы увлеклись, но пора браться за дело!

Девушка тут же отстранилась, уперлась в грудь Алекса ладонями и возмущенно посмотрела на него, потому что он не хотел ее отпускать.

Ахматов отклонился и случайно задел рукой подол ее платья, оголив нижнюю часть бедра. Его взгляд скользнул по ее ноге и замер на еле заметных буквах и цифрах, выведенных шариковой ручкой на коже.

– Что это?– нахмурился он.

София недовольно оттолкнула мужчину и прикрыла ногу.

– В таком волнении я могла забыть пароли! Должна же была я их как-то зафиксировать.

Алекс беззвучно засмеялся.

– Не смешно!– рассердилась она и спрыгнула со стола.

– Нет, это трогательно!– искренне ответил Ахматов.

Девушка живо вынула из волос карту памяти, отделила его от гребня и ловко вставила в разъем системного блока компьютера.

Ахматов, не отводя восхищенных глаз от нее, отступил к выходу из кабинета и прислонил голову к двери. В коридоре было тихо.

– Майк, отключи передатчик Леди,– тихо попросил он.– Следи за эфиром.

– Обижаешь!– сказал Майк.

Девушка села в кресло и, бросая мимолетные взгляды на Алекса, включила питание компьютера. Включился монитор и осветил лицо Софии. Ахматов с внутренней тоской наблюдал, как она быстро и профессионально действует, как изменяется выражение ее лица, как она задумчива и сосредоточенна, как ловко перебирают пальцы клавиатуру.

София справилась со взломом пароля меньше, чем за три минуты, и сразу ввела коды доступа для входа во внутреннюю сеть ФАМО. Доступ был разрешен, и она смело ввела команду установки программы «Цербер».

***

Жанна уловила момент, отошла от Кевина и глазами отыскала в зале одного из сотрудников службы безопасности Фарлонга. Продумав заранее, что скажет, она нацелилась на молодого мужчину.

Пленительная улыбка и кошачья походка женщины изумительной красоты сразу обратила на себя внимание охранника, и он не смог оторвать взор от приближающейся гостьи.

– Мистер, вы мне поможете?– заискивающими глазами и мягким голосом проговорила Жанна.

– Что-то случилось, мэм?– ответил охранник, смело любуясь женщиной.

– Боюсь, что у меня кое-что украли, и я знаю, кто это сделал и даже видела, куда она пошла. Вы могли бы задержать ее?

– Украли? Что именно?– недоуменно и несколько скептически спросил парень.

– Это неважно, но мне важна эта вещь. Вы поможете мне?

– Вы уверены, что это произошло здесь, на приеме?

– Я видела это собственными глазами,– убедительно заявила Жанна и расстроенно покачала головой.

– Хорошо, я постараюсь помочь вам, мэм.

– Просто – Жанна,– поправила женщина парня.

Охранник немного смутился, но не позволил эмоциям взять вверх. Он поднес к губам рацию и вызвал своего напарника. Когда второй охранник подошел, первый перекинулся с ним парой фраз и уточнил у Фурье приметы той женщины, которую следовало искать. Жанна в точности описала Софию Мэдисон и указала примерное направление, куда она могла пойти. Даже если она будет с Александром, то охранники помешают их уединению, а если они задержат ее одну, то девчонка надолго запомнит этот прием.

Охранники разделились и, переговариваясь по рации, побрели по залу в поисках «воровки».

***

Установка «Цербера» продолжалась уже тринадцать минут. Оставалось совсем ничего, и Софию постепенно отпускало напряжение, но ликовать она еще не могла, потому что все еще находилась в чужом доме, в чужом кабинете и играла со случаем. Одновременно с этим ее не оставляли мысли о произошедшем несколько минут назад. Она была смущена и напугана тем, что Алекс позволил себе прикоснуться к ней так откровенно, не без наслаждения, словно пользуясь своим превосходством и в силе, и по статусу. Что еще он может себе позволить? И сможет ли она противостоять натиску чувств и не перейти границу данных себе обещаний? София понимала – это игра, где правила устанавливает другая сторона, а она каждый раз изловчается их обходить, но когда-нибудь удача изменит ей, и она окажется один на один со своими чувствами.

В полумраке девушка не видела глаз Ахматова, но он следил за каждым ее движением, одновременно прислушиваясь к любому шороху вне комнаты. Пока что у него не было причин сомневаться в результате сегодняшней операции.

Но неожиданно тишину эфира нарушил Майк:

– Алекс, не знаю, что случилось: охрана ищет девушку, по описанию похожую на Мэдисон, они обходят дом.

– Сколько у нас времени?– с внутренней тревогой спросил Алекс, отходя от двери и направляясь к Софии.

– До второго этажа они еще не дошли… минуты две, не больше…

Ахматов склонился к девушке и, сохраняя спокойствие, спросил:

– Сколько тебе еще нужно времени?

– Чуть-чуть…

– Точнее?– поторопил он.

– Секунд пятьдесят,– растерянно ответила София.

– Майк, включай запись, как только охрана начнет подниматься по лестнице,– приказал Ахматов, обошел стол и встал позади девушки.

София напряженно выгнула спину и нервно постучала подушечками пальцев по клавиатуре, чувствуя, что что-то пошло не так.

– Все в порядке?– дрогнул ее голос.

– Завершай и не волнуйся,– строго прозвучал голос за спиной.

На экране монитора появилось сообщение, что программа успешно установлена, и требование перезагрузить систему. Она подтвердила перезагрузку, вынула карту памяти и поднялась с кресла. Чрезмерно спокойный взгляд Ахматова пугал ее.

– Сейчас компьютер перезагрузится – максимум тридцать секунд, и я закончила.

– Теперь я скажу,– серьезным голосом проговорил Алекс,– через минуту сюда заглянет охрана, они должны поверить, что мы оказались в этом кабинете только ради секса…

Глаза Мэдисон округлились, и из груди вырвался невольный протест:

– Выбирайте выражения!

– Некогда выбирать выражения! Я прошу тебя быть максимально убедительной,– строго потребовал Ахматов.