Любовь на все времена - Бертрис Смолл

Они прошли устье Золотого Рога. Каик приблизился к берегу. Перед ними вырос Новый Дворец. Эйден не могла поверить, что до Дворца можно добраться за такое короткое время, но моряки уже швартовали лодку. Эстер Кира вышла из лодки и сказала:

— Нам немедленно нужно идти к валиде. Она знает, что нужно делать.

Эйден вышла на берег вместе с Ферн и Айрис, и все торопливо пошли через сады и многочисленные дворики по направлению к комнатам Hyp У Бану.

— Рановато. Не знаю, встала ли уже Hyp У Бану, — тревожилась Эйден.

— Hyp У Бану никогда не спит, — сказала Эстер Кира. — Не знаю, спит ли она вообще, хотя и уверяет, что спит. Она слишком занята государственными делами своего сына.

Их провели в комнаты матери султана. Хорошо вымуштрованные рабы Hyp У Бану не выразили никакого удивления по поводу раннего прихода Эстер Кира и принцессы Марджаллы. Их усадили, предложили чаю и ореховых пирожных, от которых Эйден отмахнулась, а Эстер Кира с удовольствием приняла.

— Прошу вас, — сказала Эйден, — мы должны повидать валиду! Это очень срочно!

— Госпожа выходит из бань, — сказал евнух. — Я узнаю, примет ли она вас.

— Скажи ей, что дело срочное, — повторила Эйден и уселась в нетерпеливом ожидании.

Через несколько минут, которые показались Эйден часами, в комнату торопливо вошла валида. На ней был стеганый домашний халат великолепного шелка цвета густой лаванды, а мокрые волосы разметались по плечам.

— Эстер! Марджалла! Что случилось? Евнух говорит, что дело срочное!

Эстер Кира не ждала, пока Эйден начнет объяснять. Она изложила свою версию случившегося. Ее объяснения были быстрыми и точными, и валида, даже не поговорив с султаном, приказала, чтобы отряд янычаров немедленно отправлялся во дворец принца Явида. Потом она послала султану просьбу как можно быстрее прийти к ней.

— Моя дорогая Марджалла, — сказала Hyp У Бану, садясь рядом с Эйден и материнским жестом обнимая ее. — Не нужно тревожиться. Не похоже, что то, о чем ты думаешь, может случиться в империи моего сына, да еще так близко от города. Принц не ждал нападения, но он и его люди, несомненно, отбили его, хотя пострадал дом и, может быть, погиб кто-то из слуг. Когда прибудут наши янычары, у твоего мужа будет хорошее подкрепление. Нам сообщат об этом, а пока я хочу, чтобы ты осталась со мной, дитя мое. У тебя измученный вид, и я, конечно, понимаю, почему. Последние несколько дней были для тебя утомительны. Ведь ты готовилась к нашему вчерашнему приезду, а сегодня встала так рано… Каспар! — позвала она евнуха. — Принеси-ка мой клубничный шербет для принцессы. Торопись!

— О, этого не может быть! — сказала Эйден в совершенном отчаянии. — Почему кто-то напал на дом? Где Явид? Что с бедной Мартой?

— Выпей, моя дорогая, — уговаривала ее валида. — Я понимаю, что есть ты не в состоянии, но шербет подкрепит тебя. Сделай это для меня, дорогая Марджалла.

Каспар подал Эйден шербет, и она поняла, что отказываться невежливо, ведь Hyp У Бану так добра к ней. Приняв от евнуха кубок, она выпила сладкую густоватую жидкость. Несмотря на тревогу, она отметила, что пахнущий клубникой напиток очень вкусный.

— Мне так страшно, — сказала она, не обращаясь ни к кому в отдельности.

— Ну вот, дорогое дитя, — ласково сказала валида, — все будет хорошо, уверяю тебя!

Голова Эйден упала на плечо Hyp У Бану, и она зевнула.

— Спать! Почему мне хочется спать? — и потом вдруг грузно повалилась на валиду.

— Отнеси ее в мою спальню и устрой поудобнее, Каспар, — сказала евнуху валида. Потом посмотрела на двух молчаливых рабынь Эйден и на Джинджи, стоящего с открытым ртом. — Вы останетесь со своей хозяйкой, — приказала она, и они покорно пошли за Каспаром. — Я достаточно долго прожила в гареме, чтобы понять, когда у человека начинается истерика, мой старый друг, — сказала она Эстер Кира. — Наша Марджалла будет спать довольно долго. За это время мы выясним, что же случилось. Останьтесь со мной и помогите выдержать это ожидание. Я пошлю кого-нибудь к вам домой сообщить, где вы и что с вами все в порядке.

Эйден проснулась, когда день кончался, и тут же все вспомнила. Она оглядела роскошную спальню валиды и увидела трех своих дремлющих рабов. Ферн и Айрис сидели по бокам огромной кровати, а Джинджи — в ногах. Кто-то заботливо снял с нее халат, платье с разрезами, пояс и сандалии. Одежду аккуратно сложили на стуле. Она быстро встала, надела пояс и сандалии. Потом тихонько выскользнула в дверь и оказалась в небольшом коридоре. На противоположном его конце виднелась еще одна дверь, которая, как казалось ей, должна вести в салон валиды. Так и было. Hyp У Бану и Эстер Кира сидели в комнате, им прислуживали несколько женщин. Когда она вошла, все посмотрели на нее.

— Что-нибудь известно? — спросила она.

— Янычары только что вернулись в Новый Дворец, Марджалла, — сказала валида. — Сначала они пойдут к султану, а потом мы узнаем, что случилось.

Эйден села на скамейку, лицо ее выражало отчаяние. Явид-хан убит. Она чувствовала это. Нет, она знала это!

Как могло это случиться? Что будет с ней теперь? Что будет со всеми ними?

И Hyp У Бану, и Эстер Кира были слишком умны, чтобы говорить с ней сейчас или пытаться ее успокоить. Они тоже подозревали, что произошло самое худшее, поэтому не нужно поддерживать в ней напрасную надежду. Минуты проходили, отмечаемые медленным падением капель в водяных часах валиды. Затем дверь в комнату распахнулась, и вошел Мюрад. Почтительно поклонившись, все вопросительно посмотрели на него.

Он пошел прямо к склонившейся перед ним Эйден и, посмотрев на нее, почувствовал то же пьянящее чувство, которое испытал накануне. Что же влекло к ней? Он протянул руку и помог ей встать. Их глаза встретились, и султан сказал:

— Мне очень жаль, Марджалла. Она на секунду закрыла глаза, но потом открыла и попросила:

— Скажите мне, что случилось. Я хочу знать все. Я не боюсь услышать правду.

— Они все убиты, — резко сказал султан. — И дворец, и сады уничтожены полностью. Явид-хана убили возле конюшен. Он умер мгновенно, Марджалла. По крайней мере он не мучился. Я уверен, что это сделали татары и его предатель брат. Мои янычары уже помчались преследовать их. Я клянусь, они найдут их.

— Почему вы думаете, что это были татары? — спросила она голосом, искаженным от боли. Султан помялся, а потом тихо сказал:

— Потому что они убили свои жертвы, отрубили им головы и насадили их на два столба по обе стороны от ворот вашего дворца. Это их обычай.

Эйден почувствовала, как к горлу подступает комок, но, проглотив его, спросила:

— У меня была служанка. Может быть, они захватили ее и увели с собой?

— Не думаю, — сказал султан. — Подозреваю, что ее изнасиловали и убили вместе с остальными. Думаю, целью этого нападения было полное, бессмысленное уничтожение. Даже скот и комнатные животные уничтожены, хотя вот этого мои люди нашли в саду.