Cемейные узы не в счет - Кира Витковская

В охотничий домик возвращались только в начале четвертого. Ксюша чувствовала себя усталой, но довольной. Многим девушкам такое времяпровождение зимой на улице показалось бы ужасным, но Ксю вовсе не хотела, чтобы этот день прошел как-то по-другому. Ей понравилось ходить по лесу, проваливаясь в снег, понравилось ездить на лыжах между деревьями, понравилось, что на их с Марком выстрелы примчался лесник, который думал, будто здесь на кого-то охотятся, и принялся было ругать Марка, но потом махнул рукой и ушел.

Затем они устроили что-то вроде пикника прямо на снегу – наскоро поели, не возвращаясь в охотничий домик, и продолжили лесное путешествие. Для Ксюши было загадкой, где Марк взял и еду, и кофе в термосе – вроде и в машине ничего не привозил, и в доме этого она не видела, но, поскольку в ответ на ее вопросы Марк лишь улыбался, Ксю постаралась внушить себе, что ничего особенного не происходит.

– Знаешь, Ксю, ты просто уникальная девушка, – сказал Марк, когда после пикника они снова пустились на поиски приключений. – Либо ты очень талантливая актриса, либо тебе и правда тут нравится.

– А почему это не должно мне нравиться? Здесь свобода, которой нет в жилых центрах, здесь можно испытать то, чего в городе не испытаешь, здесь можно много узнать, получить множество впечатлений, пусть и ценой усталости…

– Обычно девушки предпочитают город…

– А я не говорила, что хотела бы жить здесь постоянно! Но вот бывать время от времени… Понимаешь, Марк, я ни разу не была в лагере или санатории, я не выезжала вообще никуда. Березино и Барановичи – все, что я пока видела. И потому я всегда рада вырваться хоть куда-нибудь.

Марк посмотрел на ее порозовевшее милое лицо, на серые глаза, которые в этот момент улыбались, и понял, что Ксю счастлива. Он уже привык к тому, что Ксюша всегда говорит то, что думает, а не прикидывается, чтобы чего-то добиться. В который раз Марк поймал себя на том, что восхищается Ксюшей, что ему с ней весело и интересно, что он очень хорошо понимает ее и ощущает такое же понимание в ней. Все остальные девушки, несмотря на то, что признавались ему в любви и мечтали выйти за него замуж, считали его жестоким эгоистом, лишенным чувства сострадания. Хоть и притворялись, будто так не думают, но притворялись весьма неумело. Марк сам считал себя таким, потому не ждал иного отношения от других, но предпочитал бы, чтобы окружающие вели себя честно. А честной позволяла себе быть только Ксю. Она принимала все его недостатки, спокойно говорила о том, что они есть. И опять же только она убежденно заявляла, что он лучше, чем старается казаться, и лучше, чем о себе думает. А ведь вдоволь понаблюдала за его скверным характером, к тому же она такая нежная, чистая, умная, милая… Почему именно она его оправдывает? Почему именно благодаря ей у него появились сомнения в своем убеждении относительно себя?

«Господи, почему она моя сестра? – в который раз мысленно спрашивал Марк. – Если бы не родственные связи! Ксю стоит того, чтобы ради нее совершать глупости». Он бы наплевал на мнение семьи и друзей, которые не одобрили бы его связь с малолеткой… Если бы она не была его сестрой!

Ксю чувствовала себя счастливой, когда они подходили к охотничьему домику. Она была довольна проведенным днем, и в дополнение к этому ее радовало, что день этот она провела с Марком. Расстраивало только одно – что день подошел к концу, и скоро придется возвращаться домой. Но Ксю ждал еще один сюрприз. Пока она переодевалась снова, с разочарованием думая, что все закончилось, Марк что-то передвигал в соседней комнате. Ксюшу это не удивляло – мало ли что мог там творить Марк? Но когда она вышла из комнаты, то пораженно застыла в дверях. Мебель, до этого стоящая в беспорядке, поменяла расстановку. Все лишнее куда-то исчезло. Остались только два дивана и столик между ними. Все это находилось около камина.

Поначалу Ксю не поняла, что кроме обстановки выглядело не так. Потом сообразила – освещение. Горела не электрическая лампа вверху, нет, свет падал откуда-то сбоку. Ксю повернула голову и увидела, что у стены находится небольшой столик, и на нем горят три свечи. У стены напротив тоже были зажжены три свечи. «Что это? – подумала Ксю, недоумевающе улыбнувшись. – И где Марк?»

Марк появился из коридора – должно быть, собирался оттуда что-то принести, но, увидев Ксюшу, остановился. Смущенная улыбка мальчишки, застигнутого за какой-то проделкой, появилась на его лице.

– Не успел, сказал он разочарованно. – Ты вышла раньше.

– А что ты собирался делать? – спросила Ксю, стараясь взглянуть на то, что хотел внести в комнату Марк. Но Марк заслонил собой свою ношу.

– Знаешь что, Ксю? Отправляйся пока в комнату, я скоро тебя позову. И не подсматривай.

– Что еще ты задумал? Хочешь поразить мое воображение чем-то еще?

– Иди-иди. Не заговаривай мне зубы.

Видя, что добиться от Марка ей все равно ничего не удастся, Ксюша послушно скрылась в комнате, куда так настойчиво ее выпроваживал Марк. Но ждать там ей пришлось недолго.

– Готово, Ксю, выходи, – услышала она голос Марка.

Особенных перемен больше не произошло, только стол между двумя диванами был накрыт словно для романтического ужина.

– Господи, Марк, откуда все это взялось? Вино, фрукты, еда… Откуда?