Хочу тебя в жены - Валерия Ангелос

Мы молчим. Мужикам много говорить не нужно. Ключевое Ахметов озвучил. На том и остановимся. Смерили друг друга взглядами и разошлись.

Я уверен. Однажды в бою сойдемся. Но пока конфликт отложен. У каждого из нас своя дорога. Пути очень разные наметились.

Глава 52

- Я хочу поговорить, - она замирает на пороге кабинете. – Можно? Я не отвлекаю?

- Проходи, - закрываю папку, откладываю документы в сторону. – Где Камиль?

- Только что его уложила, - проходит вперед, приближается вплотную к столу, медлит и присаживается в кресло, стоящее четко напротив моего. – Он уснул. Прошлые ночи были тревожными. У него зубки режутся. Знаешь, мы могли бы поспать отдельно некоторое время. Тебе работать нужно, а для этого важен крепкий сон.

- Я читал, зубы режутся до двух лет, - усмехаюсь. – Слишком долго ждать.

- Острый период пройдет.

- Пусть при мне и проходит.

- Если ты вдруг передумаешь, то говори.

- Скажу, - киваю и сбрасываю вызов, который вдруг раздирает мобильный.

Дела подождут. Не собираюсь прерывать разговор, потому как эти пару недель мы и так почти не общались. Вместе играли с ребенком. Иногда. Вот и все. Я возвращался поздно. В большинстве случаев. Принимал душ внизу. В гостевой комнате. Крался наверх. Тихо. Опасался разбудить. Хотя обычно никто не спал. Мари успокаивала Камиля.

- Мы же добазарились, - хмыкаю. – Обо всем рассказывать. Всеми штуками делиться. В общем, выкладывай. Ты же не только про зубы пообщаться пришла?

- Вопрос веры, - откашливается. – Религия.

- А что там?

- Мы ничего не решили, - выдает она. – Раньше для тебя было очень важно, чтобы я перешла в другое вероисповедание. Хотя ты предлагал вариант притвориться, однако такую идею я отвергла. Теперь же получается непонятно. Я объяснила, как вернулась обратно к прежней религии. Я больше не соблюдаю требуемые правила. А ты никак не отреагировал. Молчишь до сих пор. Мой поступок плохо отразится на будущем наших детей? Если я буду не в одной вере вместе с ними, возникнут проблемы?

- Забудь об этом, - отмахиваюсь. – Теперь не важно.

- Почему? – напрягается. – Что изменилось?

- Мой статус. Я не просто глава клана Дудаевых. Я управляю всеми. Никто не посмеет оспаривать мои решения. Даже по углам тявкнуть не рискнут. А уж полезть против. Ну самые отбитые и те давно зашуганы. Поэтому твоя вера – твое дело.

- Спасибо, - роняет.

- Черт, - хмурюсь. – Ты как струна. Натянута вся. Боишься меня? Не понимаю. Чего так себя ведешь?

- Не знаю, - плечами ведет, губу закусывает. – Думаю обо всем.

- Тебе вредно, - усмехаюсь. – Лучше сразу высказывай.

Поднимаюсь и подхожу к ней. Усаживаю на поверхность стола. Осторожно действую. Мягко. Чувствую, как тело под моими пальцами сперва дергается, после расслабляется. Ладонью по животу провожу. По животику.

Да. У нее именно «животик». Нежный. Маленький. Округлый. И там растет мой второй сын. Еще один наследник империи.

- Ты меня простил? – спрашивает.

- За что?

- За все, - вздыхает. – Ты ведь злишься. Понимаю. Ты верно все отметил. Я боялась потерять ребенка, а в итоге сама поступила подобным образом. Украла наше дитя. Опасалась этих школ. Надумала всякого. И сорвалась. А потом стало еще хуже.

- У тебя были свои причины, - бросаю. – Ты защищала сына. От меня. Ты пыталась подарить ему лучшую судьбу.

- Я посчитала, раз ты обманул с первой супругой, то и дальше снова обманешь. Ложь продолжится. Порочный круг замкнулся. Я сбежала. Предала тебя.

- Ну тогда мы точно в расчете, - скалюсь. – Предательство за предательство.

- Амир, - выдыхает. – Ты чувствуешь совсем не так, как выражаешься. Я это улавливаю. Твое раздражение. Гнев. Ты гасишь это. Душишь. Подавляешь. Но вспышки все равно случаются.

- Я не должен тебя прощать, - по волосам ее пальцами веду. – Не за что. И я уверен, хорошо, что ты детей настолько сильно любишь. Настоящая тигрица. Бросаешься. Рычишь. Мигом выпускаешь когти.

- Столько всего произошло, - судорожно вздыхает. – Я не знаю, как мы будем дальше. Ради наших сыновей нужно наладить отношения. Ради будущего. Я надеюсь, у нас это получится.

- А откуда могут быть сомнения?

Склоняюсь и вдыхаю родной аромат. Хрен разберет, духи там, гель для души или живой запах кожи. Но башню срывает на раз. Я бы этим всегда хотел дышать. Вкуснючая она. Жаль толком попробовать нельзя. Сейчас. Беременная же. Страшусь навредить.

- Я тебе нравлюсь? – спрашивает.

Долбануться. На полном серьезе вопрос задает.

- В доме Тукаева ты набросился на меня при всех, - выдает глухо. – И потом тоже не слишком порывы сдерживал. Это из-за долгого воздержания?

Теряю логику. В конец. Где связь?

- Слушай, ну про тот минет я пояснял, - хмурюсь. – Косякнул. Негоже вожаку драть жену при левых шакалах. И пусть я сразу знал, им одна дорога – сдохнуть. Не стоило дарить тем упырям улетный повод для последнего дрочева.

- Я сильно поправилась, да? – глаза блестят. – В этот раз я набираю вес гораздо быстрее, чем в прошлый. Всего пара месяцев, а живот торчит. Я слишком много ем и не способна остановиться.

- Я чутка потерялся, - признаюсь. – Выручай. Как это все на хрен связано?

- Толстая, - всхлипывает, носом шмыгает. – Я очень толстая стала. Тебе неприятно смотреть на мое тело? Ты больше не возбуждаешься? Скажи честно. Пожалуйста. Я должна знать правду.

Пошли приколы. Гормоны чердак рвут. Об этом я тоже читал. Бывает. Дурные мысли в башку лезут. Жрать охота. Истерики