Талисман любви - Луанн Райс

– Мартин хорошо смотрится там. – Дженни с улыбкой кивнула на скамью для запасных игроков.

– И правда, – согласно улыбнулась в ответ Мэй.

Но внутри она чувствовала холод, когда видела, как муж ободряет команду с боковой линии, что-то обсуждает с запасными игроками. Она не могла удержаться от воспоминаний о том, как в прошлом году он катался так бесстрашно, затмевая всех и вся на льду.

– Я думала, он сядет здесь, с нами, – заметила Тобин.

– Я тоже так думала.

– Он сильный человек, – сказала Тэдди.

Мэй кивнула.

Она заволновалась, когда увидела, как он выкатывается на лед вместе с командой. В своем старом свитере, с номером «10», в своих обычных коньках, он выглядел настолько на своем месте. И таким счастливым! Но ее эмоции были ничто по сравнению с тем, что творилось со зрителями. Когда болельщики заметили Мартина, их приглушенный рокот превратился в рев: «Картье!», «Мартин!», «Золотая Кувалда!»

Приветственные возгласы заполнили стадион, и Мартин махнул своей клюшкой в знак признательности. Но потом все глаза устремились на команды, на происходящее по центру льда, где были объявлены игроки, и исполнен гимн Национальной хоккейной лиги.

Мысли Мэй унеслись назад, в памяти всплывало все произошедшее за два года. Как она делала талисманы для Мартина в первый год и для всей команды – во второй. Лепестки роз, совиные перышки, крошечные косточки. Каким суеверием и глупостью это могло показаться кому-то, но никак не самой Мэй.

Она сама стала свидетельницей стольких чудес. Ее синий дневник был полон ими. Ее дочь говорила с призраками умерших, ее муж катался на коньках по озеру с ангелом. А потом ее муж простил своего отца, и Мэй была рядом и видела это. Что такое по сравнению с этими чудесами маленькие талисманы на удачу для игроков профессиональной хоккейной команды!

Мэй ждала ребенка.

Он должен был появиться на свет в сентябре, как раз в то время, когда лето уступает место осени. Если бы только у Кайли не начинались занятия в школе, Мэй с радостью родила бы его в Канаде, у озера, где вырос Мартин, где их сын был зачат.

Это был мальчик. Этот ребенок был уже настолько дорог ей, что Мэй хотелось воспользоваться всеми возможностями, которые современная медицина могла предоставить ей; ранние исследования показали состояние его здоровья, его размеры и его пол.

– Мальчик, – сказал Мартин.

– Большой мальчик, – сказала Мэй.

– Ты и правда думаешь, что мы зачали его на озере?

– Я знаю, что это случилось именно там, – ответила она. – В тот последний день, как раз после того, как ты увидел Натали.

– Она сказала мне тогда, что она никогда не вернется больше… – начал Мартин, но остановился.

– …Но нам был послан другой малыш, чтобы нам было кого любить, – закончила за него фразу Мэй. – Мы можем назвать его Нэйт?

Мартин кивнул и изо всех сил обнял жену. Она носила под сердцем его сына.

– Вперед, РЭЙ! – теперь кричала Дженни.

– «Медведи!» – вопила Мэй, наблюдая за Мартином.

Часы неумолимо отсчитывали время. Рэй взял шайбу и перепасовал ее дальше. Дженни вкладывала в свой призыв всю свою силу, объединенную с энергией всех, кто стоял вместе с ней в ложе. Мартин подскочил на ноги и кричал что есть мочи. Толпа неистовствовала, требуя гола.

«Медведи» потеряли шайбу, и ее подхватил Эдмонтон. Йоргенсен отбил удар, но Эдмонтон остался владеть шайбой. Из ниоткуда, проносясь из-за синей линии, появился Рэй Гарднер. Он отобрал шайбу прямо с клюшки «Нефтяников» и передал пас Деланье.

– Отдай шайбу Рэю! – вопил Мартин.

– Вперед, «Медведи»! – вопила Кайли.

– Эх, да вперед, «Медведи»! – призывал Рикки, и его глаза сияли от радости.

– Рэй, Рэй! – умоляла Дженни.

– Мартин, Мартин, – перекричала всех Мэй, поддерживая свой живот.

Деланье передал шайбу Рэю, и проход начался. Он бросился между защитниками, и наблюдающие из ложи готовы были поклясться, что «Нефтяники» спасовали под его напором и тем самым позволили ему проскочить сквозь них. Его путь был свободен. Толпа ревела.

Рэй Гарднер отвел руку назад и метким ударом загнал шайбу в ворота. «Бостон Брюинз» выиграли Кубок Стэнли со счетом 1:0.

– Рэй! – закричала Дженни, и весь стадион присоединился к ней.

– Ох, Дженни, – только и сказала Мэй.

Подруги обнимали друг друга, а все вокруг как сумасшедшие прыгали от счастья. Диктор что-то говорил, музыка гремела, полицейские в защитном снаряжении окру жали хоккейную коробку, чтобы не дать болельщикам лавиной вырваться на лед. Кайли подскакивала на сиденье так высоко, что почти выпрыгивала из ложи, а Рикки вовсю старался не отстать от нее. Мэй видела, как дюжина «Медведей» на центре льда душат Рэя в одном гигантском объятии. Потом они взвалили Рэя и Нильса на плечи, а затем и вовсе случилось нечто совсем уж невероятное.

Эти двое вырвались, соскочили вниз, и команда повернулась вся как один. Они пчелиным роем покатились к скамье запасных, и болельщики поняли, что произошло, раньше, чем это поняла Мэй.

Трибуны начали скандировать: «MAP-ТИН, МАР-ТИН…»

Вытащив Мартина на лед, втиснув его в свои общие объятия, команда подняла его на свои плечи.

Тренер Дэйфо усмехался, захваченный водоворотом своей команды. Бостонские болельщики ликовали, от радости теряя над собой контроль, они карабкались через ограждения.

«МАР-ТИН, МАР-ТИН!» – нараспев пела Кайли, и Мэй не заметила, как стала подпевать ей. Мама с дочкой, взявшись за руки, прыгали в такт словам. Тобин, Тэдди, Дженни, Шарлотта и Марк делали то же самое.

Настоящий бедлам царил во Флит-центре. Администрация попыталась очистить лед и организовать церемонию вручения Кубка. Мэй чувствовала, как кровь пульсирует в ее венах. Она переживала удивительное состояние: как будто ей хотелось плакать, но она никак не могла прекратить смеяться.

– Нам ведь нельзя прыгать на сиденьях, – усомнился Рикки, подскакивая выше всех.

– Это особый случай, – расхохоталась Кайли.

Товарищи по команде поднесли Мартина к ложе, где Мэй и Кайли ждали его, и Мартин спрыгнул, чтобы обнять Мэй. Рэй тут как тут уже сжимал в объятиях Дженни. Целуя мужа, Мэй отступила назад. Толпа неистовствовала, словно снова и снова переживала победные минуты игры.

– Они этого добились, – радовался Мартин.

– Ты этого добился, – радовалась она.

Он рассмеялся, протянув ей какую-то вещицу. Мэй наклонилась вперед, чтобы лучше разглядеть, что же это Мартин держал в руке. Тот самый небольшой кожаный мешочек, который она сделала для него два года назад.