Похищенная наследница - Барбара Картленд

— Да, это правда, — согласился капитан. — Помню, когда несколько лет назад я впервые побывал здесь, мне рассказали об ужасном обращении с индейцами. Но, несмотря ни на что, большинство из них смогли выжить, и это замечательно.

После обеда Орина расположилась на тенистой стороне палубы под навесом; его натянули, как только яхта вошла в порт.

Она сидела, поджав под себя ноги, с книгой, обнаруженной на полке в каюте отца.

Книга была о Мексике, которая с недавних пор так заинтересовала девушку.

Она успела прочесть всего пару страниц, когда явился Джеймс.

— Что случилось? — недовольно, спросила Орина.

— Мисс, там пришел какой-то мужчина, хочет с вами поговорить.

— О чем же?

— Он велел сказать вам» что ему срочно требуется ваша помощь, — ответил стюард.

— И наверняка эта помощь должна выражаться в деньгах, — проворчала Орина, вспомнив, чем обернулась ее доброта сегодня утром, когда она хотела угостить фруктами троих детей, а в итоге накормила всех ребятишек деревни.

— Передай ему, что я отдыхаю. А если он будет настаивать, скажи, что я недолго собираюсь здесь оставаться и меня совсем не волнуют местные дела.

Губы стюарда растянулись в улыбке.

— Вы очень мудро поступаете, мисс. Один попрошайка потом обязательно приведет второго, — изрек он.

— Ты прав, так что постарайся в любом случае избавиться от него. — И Орина вновь уткнулась в книгу.

Джеймс ушел, а она погрузилась в увлекательную, живо и красочно описанную историю Мексики.

За чтением Орина провела почти весь день.

К вечеру стало прохладно; Джеймс принес ей накидку и стакан лаймового сока, самого любимого ее напитка.

— Не знаю, заинтересует ли вас это, мисс Орина, — сказал он, ставя сок на поднос, — но внизу на причале несколько мужчин хотят показать вам своих лошадей.

Орина удивленно взглянула на него.

— А я как раз читаю о том, как во времена правления испанцев индейцам запретили ездить на лошадях.

— Им, наверное, тогда было очень тяжело, мисс, ведь им больше не на чем было передвигаться, разве что босиком, — с сожалением промолвил Джеймс.

— Да, все так и было, — кивнула Орина.

Она не сказала стюарду, что большинство животных вскоре одичали и их стали отлавливать.

А когда наконец поняли, что лошади играют значительную роль в экономическом и культурном развитии страны, выросло новое поколение людей.

На многих ранчо появились специальные конюхи, которые пользовались не меньшим авторитетом, чем управляющий, и торговля лошадьми набирала все большие обороты.

Хотя эта информация относилась к прошлому, Орина решила, что в любом случае ей не помешает взглянуть на лошадок.

Может, в Мексике ей удастся найти животных, достойных того, чтобы занять свободные места в конюшнях отца.

Она встала, отложила книгу и последовала за Джеймсом на противоположную сторону палубы.

На причале стояли четыре лошади, оседланные молодыми людьми в весьма добротной одежде, что немало удивило Орину.

Она спустилась на причал и внимательно оглядела мужчин.

Один из них, по-видимому, главный, заговорил первым.

Его испанский немного отличался от того, на котором говорили владелец магазина и дети из деревни, но тем не менее она вполне сносно понимала смысл его слов.

Мужчина спросил, не желает ли она прокатиться на какой-нибудь из этих лошадей.

— С большим удовольствием, — улыбнулась девушка.

— Сейчас или завтра? — спросил другой из бравой четверки, с интересом взглянув на нее.

Орина на минуту задумалась, и все тоже замолчали, дабы не отвлекать ее от мыслей.

— Я бы, пожалуй, прокатилась за городом, хочется получше ознакомиться с природой этого края. — Она обвела руками широкий круг, как бы охватывая все пространство, которое следует объездить.

— Мы покажем вам все, сеньорита. Вы поедете на лучших наших лошадях. В какое время заехать?

Договорились, что они явятся за ней в девять часов утра.

Потом мимикой и жестами девушка объяснила, что предпочитает ездить не на женском одностороннем седле, а верхом.

Их улыбки ясно говорили, что они ее поняли.

Попрощавшись с ними, Орина вернулась на палубу, где ее дожидался капитан Беннет.

— Надеюсь, эти лошади обучены, — заметил он.

— Выглядят они очень хорошо, а я, между прочим, опытный наездник, — улыбнулась Орина.

— Я не об этом, — пояснил капитан. — Просто, насколько мне известно, в этой части Мексики нет ничего особенно интересного, поэтому прошу вас не слишком отдаляться от яхты.

— Я уже договорилась с этими молодыми людьми, и завтра мы отправляемся за город. А вообще, капитан, если честно, то я жду этого с нетерпением.

Беннет рассмеялся.

— Я предвидел, что вы скоро устанете от такого времяпрепровождения — «леди на досуге». Вы совсем как отец. Если он ничего не делал в течение одного дня, то на следующий вел себя так, словно отдыхал три месяца и ему надо наверстывать упущенное.

— Да уж, что правда, то правда, — улыбнулась Орина. — Жаль, его уже не будет с нами.

Я знаю, он бы заинтересовался этой загадочной страной.

— Если бы ваш отец был с нами, уверен, через пару дней он бы нашел какую-нибудь пирамиду или нечто такое, чего никто не обнаруживал раньше, — добродушно ухмыльнулся капитан. — У него был особый дар предчувствия, которого нет у обыкновенных людей вроде нас.

— Это точно, — с грустью сказала Орина. — Он всегда знал, чего хочет, и всегда добивался своего.

Капитан пристально посмотрел на нее и вдруг произнес:

— Я скучаю по нему, мисс Орина, я очень по нему скучаю! — и, резко повернувшись, ушел, прежде чем девушка успела ответить.

Он просто не хотел, чтобы она видела, как он расчувствовался.

— Папа, ну почему ты так рано ушел? — спросила она, глядя в небо.

Голубая даль ответила ей молчанием, и неожиданно Орина ощутила в себе обиду и злость на весь мир.

«Отчего вокруг так много горечи и отчего тот, кто так много делал на благо Америки и так необходим ей, должен был умереть в расцвете лет?»— размышляла она.

Ей хотелось бросить вызов судьбе, ниспославшей такое ужасное несчастье не только ей, но и тысячам людей, работавших вместе с отцом.

«Это нечестно! — болью отзывалось ее сердце. — Это нелепо и несправедливо! И ничего нельзя с этим поделать. Я ненавижу… ненавижу этот мир, где нет справедливости!»