Невозможно устоять - Эстер Модлинг

- Вы выглядите очень бледной, - заметил он. - А что, если мы пройдем в гостиную и я разожгу камин? Это вас согреет и развеселит.

Но мне совсем не хочется греться и веселиться, мысленно возразила она, послушно следуя за ним в гостиную. Мне хочется просто убраться отсюда, и как можно скорее! Пока он не обнаружил, что в прошлое воскресенье между нами ничего не было.

Гостиная была отделана в совершенно мужском стиле. Ничего лишнего: прочная массивная мебель при полном отсутствии забавных безделушек, способных внести элемент легкомыслия. Впрочем, строгость обстановки смягчалась дружелюбием хозяина, который немедленно разжег камин. После этого комната сразу стала выглядеть уютнее.

- Так-то лучше, - удовлетворенно заметил Филип, опускаясь на диван рядом с ней.

Зря я сюда села, спохватилась Памела, невольно отодвигаясь. Надо было выбрать кресло... Интересно, что он скажет, когда поймет, насколько я неопытна во всех этих любовных делах?

Они сидели настолько близко, что Памела ощущала запах его одеколона. Что бы ни случилось, но он, пожалуй, самый обаятельный мужчина, которого я знала, решила она, поглядывая на него сквозь полуопущенные ресницы.

Филип улыбнулся и осторожно погладил выбившийся из прически завиток волос у нее на виске.

- Ну что, так лучше?

"Хуже!" - чуть было не ляпнула Памела, тревожно следя за тем, как он придвигается ближе. Ноги ее стали ватными, дыхание перехватило, а руки задрожали так, что она едва не опрокинула себе на платье чашку с кофе. Только бы он не почувствовал, как она волнуется!

- Почему бы тебе не распустить волосы? - неожиданно предложил Филип, расстегивая заколку и кладя ее рядом с собой.

Темные волосы Памелы упали ей на плечи, а он стал нежно перебирать пальцами пряди, с наслаждением ощущая их упругость и шелковистость. И при этом неотрывно смотрел в ее взволнованные серые глаза.

От ласкающих прикосновений у Памелы мурашки пробежали по коже. Зато гипнотический взгляд мужчины заставил ее резко выпрямиться и отстраниться.

- Тебе так нравится играть моими волосами? - поинтересовалась она со сдавленным смешком.

- А что, я уже делал это раньше? - предположил он и, когда она кивнула, огорченно заметил:

- К сожалению, я ничего не помню. Впрочем, во время той встречи я бы не вспомнил даже собственного имени.

- Послушай, Филип... - начала Памела, быстро облизнув языком пересохшие губы.

Но он не дал ей договорить, перейдя на вкрадчивый, убаюкивающий тон:

- Да, мое имя Филип, и хорошо, что ты это запомнила. Но теперь уже и я на всю жизнь запомнил, что тебя зовут Памела, прекрасная, сексапильная, желанная Памела...

Неожиданно наклонив голову, он прижался губами к ее губам. Это был настолько обжигающий поцелуй, что она едва не растаяла в его объятиях! Никогда в жизни Памела не испытывала ничего подобного.

Филип словно бы пробовал на вкус ее губы, одной ладонью придерживая ее затылок, хотя она и не пыталась отстраниться, а другой нежно поглаживал обнаженную шею.

Памела слегка застонала и выгнулась навстречу его поцелую, чувствуя, что еще немного - и полностью окажется в его власти... Однако в самый последний момент ее внезапно обожгло кое-что погорячее поцелуев.

- О черт! - дернулся Филип, когда полупустая чашка с кофе опрокинулась на них.

- Прости, пожалуйста, - испуганно пролепетала Памела.

Она так увлеклась поцелуем, что захотела обнять Филипа за шею, совершенно позабыв о проклятой чашке, которую держала в руке. И вот теперь черные пятна кофе быстро растекались по ее платью и его брюкам.

- Однако это был весьма горячий душ, - не без юмора заметил Филип, вскакивая и забирая у нее чашку. - Подожди, я схожу за полотенцем. - С этими словами он быстро вышел из комнаты.

Оставшись одна, Памела закрыла глаза и откинулась на спинку дивана. Какая же она дура! Это же надо было так увлечься мужчиной, чтобы окатить его кофе! Хорошо еще, что он уже был не таким горячим - кофе, а не мужчина, разумеется... Впрочем, Филип тоже виноват: разве не видел, что у нее в руках чашка?

- Вот и я, - заявил он, появляясь в гостиной с пушистыми полотенцем в руках.

- Боюсь, уже поздно, - заметила Памела, критически оглядывая прилипший к ногам подол платья.

- М-да, кажется, платье испорчено, - сокрушенно вздохнул Филип, попытавшись промокнуть мокрый шелк полотенцем. - А давай пока не поздно его застираем? Ну-ка, снимай!

Этого еще не хватало! - ужаснулась Памела, нерешительно пробормотав:

- Что ты, зачем? Оно скоро высохнет...

- Не будь смешной, - заявил Филип, беря ее за руки и заставляя встать. - Иди в ванную и сделай все сама.

- В этом нет необходимости... Тем более что мне уже пора уходить.

- Уходить? А разве ты не останешься? Она давно ждала этого вопроса, однако так и не сумела к нему толком подготовиться; поэтому пришлось бормотать уже изрядно надоевшее оправдание:

- Но у меня действительно болит голова. Какое-то время Филип изучающе смотрел на Памелу, словно бы прикидывая, сможет ли ее переубедить.

- Ладно, - наконец сказал он с непроницаемым выражением лица. Пойдем, я провожу тебя до машины.

Филип прекрасно контролировал себя, умело сдерживая ярость. Но почему-то именно эта сдержанность нервировала Памелу сильнее всего.

- Спасибо, - пробормотала она, быстро проходя в кухню, чтобы забрать оставленную там сумочку. - Почему бы на следующей неделе нам не встретиться за ланчем?

Дневной ланч намного безопаснее ужина, поскольку всегда есть повод для своевременного расставания - например, необходимость вернуться на работу. Ну в самом деле, кто же будет прыгать в постель в разгар рабочего дня?

Не дождавшись ответа, Намела вышла на улицу, самостоятельно открыв перед собой дверь. Филип мрачной тенью следовал за ней.

- Так как насчет моего предложения? - снова спросила она, уже сев за руль.

- Вполне вероятно, - вяло ответил он, глядя куда-то в сторону. Впрочем, тон его говорил другое: маловероятно.

Памела поняла это и заколебалась. А что, если остаться? Возможно, ей еще удастся спасти этот явно испорченный вечер и поговорить с ним о будущих публикациях.

Впрочем, нет, решила она, глядя снизу вверх на унылую физиономию Филипа. Сейчас в нем бушуют гормоны, поэтому он явно не в настроении беседовать с ней на подобную тему. А что будет, если она попросит его не ворошить прошлое и окончательно не губить карьеру ее отца? Нет, сегодня для этого не слишком подходящий момент... Но ведь если он собирается в среду встретиться с Алфредом Вилкинсоном, то у нее остается не так много времени!

- Я тебе позвоню, хорошо? - с замиранием сердца спросила Памела.