Дама виртуального возраста - Маргарита Южина

– А чего ты кричишь? – вытаращилась Зойка и на всякий случай отошла от Катерины подальше. – Это, между прочим, моя жилплощадь!

– Я сейчас тебе всю твою…

– И Гошка правда женат, – вбила последний гвоздь Зойка.

Катя онемела, а потом выдохнула:

– Зойка… ты, конечно, дрянь порядочная, но… вот признайся сейчас, что врешь, и я тебе все прощу. Честно говорю – потом, конечно, двери краской залью, но сейчас прощу все. Признавайся давай.

Зойка тяжело вздохнула и уставилась куда-то в угол прихожей.

– Знаю я этого твоего Гошку. Гогу. Мы с Валькой Жирковой вместе на макраме ходили, а потом еще в музыкальную школу, у нас там даже матери подружились. Мама мне вечно эту Вальку в пример ставила. Я ее в детстве ненавидела, как не знаю кого. Она такая фифа была – прямо лоснилась вся от правильности. А потом старше стали, крепкой дружбы не сложилось, но встречаться всегда рады были. Так вот Гошка – это ее муж. Я у них даже на свадьбе была. И потом встречались… Мы еще когда с Колькой жили, они к нам раза два приезжали, а потом мы к ним один. Но Николаша там так ужрался, что… короче, Валька потом мне звонила, просила больше не приезжать, а то Гоша ругается. Да и не очень-то хотелось. Гошка всегда носом к потолку ходил, считал, что мы быдло какое-то, а уж он-то! Он уже тогда врачом в стоматологической клинике был. Ну и не встречались… а потом, не так давно, Вальку видела, она рассказывала, что неладно они с Гошкой живут. Тот стал заведующим клиникой, просто так не подойдешь, ну и… стал гулять напропалую. И деться Вальке некуда – она тоже там работает, но только обычным врачом.

– И чего уж – некуда! Я сама видела объявление – требуются стоматологи, – фыркнула Катя.

– Ну откуда я знаю, чего она за него держится? – дернула носом Зойка. – Понятно же – если зав, то он ей и клиентов получше даст, и премию выпишет. В один же кошелек деньги идут. И потом, я ж тебе говорю – двое детей у них, мальчик и девочка… им, правда, уже по двадцать семь лет… младшей, кажется, двадцать пять, короче, она еще с родителями живет. Вот и… а Валька, между прочим, еще сама так хорошо выглядит, и не старая совсем. Ты б ее видела.

– И какого лешего этому Гошке надо? – вздохнула Катя. – Не мальчик ведь!

– Какой мальчик – лысина до самой спины, но… девчонки липнут на его деньги. На машину, на поездки всякие. У него каждые полгода новая девочка – одна моложе другой. Вот я и… предупредила тебя. Только чисто из-за того, чтобы Аську уберечь! Ты ж понимаешь!

Катерина даже отвечать не стала. Что тут скажешь? Правда, можно было дать Зойке разгону, что она прямо не сказала Кате, а надо было обязательно ее через весь Интернет оповестить, эдак по-современному опозорить. Но теперь это было вовсе не важно. Она тихо сползла по стене на пол, а вслед за ней на пол уселась и верная подруга.

– А я сегодня только к их машине подошла, – продолжала Зойка, – как Гошку-то увидела! Поверишь, нет – села к ним в машину и даже слова не проронила, вот так! А он меня увидел и сразу очки на нос – фигась! Думал, спрятался! Да я его раньше узнала. Подъюбочник!

– Зойка, что делать-то, а? Ведь угораздило же Аську в него втюриться! – расстроенно бормотала Катя, беззащитно глядя на Зойку. – Они ж ведь уже билеты купили. Аська-то как расстроится… надо ей сегодня же все… блин, сегодня они с отцом в Канске… завтра с утра прямо и скажу! Прикажу! Чтобы ни о каком Гоге я больше слыхом не слыхивала!!! Ничего-о-о, поплачет немножко, а потом еще спасибо скажет.

– Ничего она тебе не скажет… – швыркнула носом Зойка. – Вспомни себя. Твои родители тоже от Димки не в восторге сначала были. Много ты их слушала? Сбежала, да и все.

– Думаешь, Аська тоже сбежит?

– Чего тут думать, – грустно говорила Зойка, глядя в стену. – Они ж считают как? Гошка – чудо! Жена у него, конечно, сволочь, это ясно, но он с ней не расходится, потому что никак не может бросить бедных малюток! А то, что у него девчонок было – батальон, так еще бы!!! Бедный Гошенька не знал, куда от своей мегеры сбежать! А вот теперь, когда с ним рядом такая красивая и замечательная ОНА, он будет верным, послушным и идеальным супругом! Уж она-то из него человека сделает!.. Нет, Катя, не послушает тебя Аська.

– А может, все-таки…

– Да и кого твоя Аська слушала? – прервала ее Зойка. – Она у тебя с пеленок самостоятельная. Все «сама»! Помнишь, как в два года она ровно час и двадцать минут натягивала колготки? Мы тогда в театр опоздали, не пошли, но зато Асенька натянула их сама! Шиворот-навыворот, но сама! Избаловала девку.

– Да ладно тебе… сейчас-то что делать? – не могла найти себе места Катерина.

– Тут надо тебе самой… чтобы Аська даже не знала. Надо подумать, – серьезно насупилась Зойка. – Ты давай домой иди, а я… я думать буду… если получится, то даже… раза три подумаю…

В этот момент кто-то осторожно постучал, а потом дверь стала тихонько открываться – Катя ее так и не закрыла.

Сначала просунулась чья-то старческая голова, с маленькой морщинистой мордочкой, а потом вслед за мордочкой стало пропихиваться тщедушное тельце.

– Да вы-то куда лезете? – расстроенно рыкнула на незнакомца Катя, ловко подскочила с пола и в одну секунду вытолкала дедушку обратно.

– Поз… позвольте! – обиженно заверещал он за дверью.

– Зой, а где живет эта твоя… Валька? – повернулась Катерина к подруге.

– Катя!!! – возмущенно таращила на подругу глазищи та. – Ты сейчас вот что сделала-то?

– Адрес этой Вальки скажи, ну которая жена этого Гоги треклятого…

– Нет, ты чего… – кинулась Зойка к двери, оттолкнув подругу. – Никодим Адамы-ыч, миленький, ну где ж вы там… провалились? А я вас тут жду-жду…

Катя растерянно заморгала – это, получается, она Зойкиного гостя взашей вытолкала? Как неудобно получилось… А Зойка уже втаскивала дрожащего старичка и обливала его заботой:

– Боже мой! Я говорю – боже мой! Вы ж так продрогли! Почему вы так долго добирались? Я ж вас еще… часа три назад ждала!.. Раздевайтесь… вот сюда пальтишко вешайте… да нет, вы не дотянетесь, давайте я помогу… Катя! Ну что ты стоишь?! У тебя ж там, как говорится, молоко убежало!

– Да пусть бежит, ты мне адрес дай, – стояла на своем Катерина.

– Ой, Катенька, ну как мне сейчас не до тебя… – пылала глазами подруга. – Помоги человеку раздеться, я сейчас в книжке посмотрю.

Она убежала в комнату, а Катя бережно стала стягивать со старичка ветхое пальтишко.

– Чего-то вы уж больно… по-летнему, – качнула она головой. – В наши-то морозы… хоть бы фуфайку вам Зойка купила, что ли…

– И не надобна мне фуфайка, чай, я не сельский житель – коренной москвич! – беззубо скалился дедулька. – Это ж, знаете ли, даже очень хорошо – кровь-то морозцем разогнать! Вот он какой теперь – уххх!

– Вы с кровью-то все ж… поосторожнее бы… – от чистого сердца посоветовала Катя. – Чего уж ее гонять туда-сюда, ей теперь покой уже нужен, а то… ухнете вот так еще разочка два, и крякнете чего доброго… Коренной москвич он… а к нам, в Сибирь, отдыхать, стало быть? Это к нам летом надо, тут у нас…