Угрозы любви - Дженнифер Эшли

«Сначала — выжить», — вспомнилась ей знакомая премудрость. Да, она выживет и найдет способ сбежать от Анны и добраться к своей кузине в Бостон. Она заставит капитана фрегата понять, кто такая эта Анна на самом деле. И тогда Анна ничего не сможет поделать.

С борта фрегата упала веревочная лестница, и несколько матросов стали ловко, как пауки, спускаться к ним в лодку.

Джеймсон оставил весла и сжал руки мисс Адамс.

— Береги себя, любимая.

Эванджелина встала, с трудом удерживая равновесие.

— Лейтенант, разве вы не с нами?

— Мой долг — находиться на «Авроре».

— Капитан Блэкуэлл сбросит вас за борт.

Джеймсон кивнул, соглашаясь. Потом снова с обожанием уставился на мисс Адамс.

— Но я спас вас от него, и это — самое важное.

Мисс Адамс запечатлела страстный поцелуй на его губах.

— Вы хороший человек, лейтенант.

— Увидимся в Париже, любимая.

— Похоже, в Париже она тебя и пристрелит, — пробормотала Эванджелина.

Анна пронзительно взглянула на нее, но Джеймсон, одурманенный чувствами, ничего не заметил.

А матросы уже находились в лодке; их белая с синим английская форма была Эванджелине хорошо знакома.

— Держитесь, мисс. — Молодой моряк добродушно улыбнулся щербатым ртом. Его выговор напомнил ей о ее родном Глостершире. Но странно было увидеть человека из родных мест среди бескрайнего океана.

Молодой человек и еще один матрос помогали ей взобраться по веревочной лестнице на борт судна. Жесткий канат резал руки, а ступеньки раскачивались под ногами. Ветер растрепал ее косу, и влажные волосы липли к лицу.

Моряки поднимали ее на палубу, крепко держа под руки. Она ощущала «Аврору» у себя за спиной; ей даже казалось, будто она слышит гневные крики капитана Блэкуэлла, наблюдающего, как они поднимаются на борт английского судна. В любой момент он мог нацелить на них свои орудия, а затем… Несколько метких залпов — и они с мисс Адамс перестанут существовать.

Но ничего такого не произошла. Сильные руки перетащили ее через борт — и вот она уже на палубе. Эванджелина опустилась на колени, дрожа от холода и страха. И кто-то накинул ей на плечи одеяло.

Она подняла глаза и увидела капитана судна, коренастого и крепкого. Его темные волосы поседели на висках, и в нем не было ничего от чувства собственного достоинства и отваги, которыми обладал капитан Блэкуэлл.

Тут Анна Адамс показалась над бортом, и моряки кинулись помогать ей с необычайным рвением; ей, Эванджелине, они помогали совсем не так.

Анна стояла на палубе, едва дыша; ее пышные волосы падали на спину, а корсаж распахнулся, так что открылась соблазнительная грудь. Капитан шагнул к ней и поднес ее руку к губам.

— Дорогая, приветствую, — сказал он.

Мисс Адамс одарила его сияющей улыбкой:

— Как приятно видеть тебя, Мортимер.

Эванджелина закрыла лицо ладонями и зарыдала.

— Полный назад! — рявкнул Остин, появляясь на верхней палубе.

Рулевой Лорнхем взглянул на него, потом посмотрел на штурвал, как бы удостоверяясь, что до этого они шли правильным курсом.

— Это приказ! Выполняй!

Ошеломленный, Лорнхем принялся вращать штурвал и отдавать приказы. Матросы высыпали на палубу, схватились за канаты и начали крутить лебедки, перестраивая паруса для крутого поворота.

Осборн в изумлении уставился на капитана:

— Сэр, разве мы не собирались избежать встречи с фрегатом? Почему же теперь мы идем ему навстречу?

Остин ухватился за поручень, когда корабль резко накренился. Гнев капитана был настолько силен, что дерево заскрипело под его рукой.

— Джеймсон сбежал вместе с арестованными женщинами. Я намерен их вернуть.

— Но…

— Вы чем-то недовольны, Осборн?

Лейтенант вспыхнул и пробормотал:

— Извините, сэр, но, может быть, туда им и дорога? От них были одни только неприятности. Пусть английский капитан возится с ними. Они ведь англичанки, правда?

Гнев Остина остыл и превратился в нечто более для него опасное. В пустой каюте он поднял с пола перчатку мисс Клеменс, и тотчас перед его глазами возникла картина: она обнимает его, а он ее целует.

Остин швырнул перчатку на койку и вышел из каюты. Она с такой легкостью покинула его!

Моряки ждали его ответа, и, конечно же, они были согласны с мнением Осборна.

— Они вооружены лучше, чем мы, сэр, — отважился заметить Лорнхем, светловолосый рулевой с загрубевшим на морском ветру лицом. — Вы сами так говорили. И скорость у них больше нашей. Какой смысл преследовать их?

— Никаких дебатов, джентльмены. Это мой приказ, и вы должны подчиниться, если не хотите оказаться в бриге вместе с вашими приятелями.

Осборн с Лорнхемом обменялись взглядами. И оба кивнули.

— Да, сэр.

Сьюард выступил вперед.

— Сэр, я полагаю…

— В чем дело, мистер Сьюард? — перебил Остин. — Вы тоже хотите возразить?

— Нет, сэр. Я с вами согласен. Там мисс Клеменс окажется в большой опасности. Мы должны вернуть ее.

Остин долго смотрел на молодого человека. Потом отрывисто проговорил:

— Рад, что вы со мной согласны. Кажется, место первого офицера снова свободно. Займите его, мистер Сьюард.

Сьюард в удивлении вытаращил глаза:

— Но, сэр, я…

— Вы сомневаетесь в разумности моего решения?

— Нет, сэр. Просто я хочу сказать… Я имел в виду… — Он отдал честь. — Благодарю вас, сэр.

Остин развернулся на каблуках и зашагал к стойке с оружием. Теперь фрегат располагался бортом к «Авроре». Его паруса были подняты, а нос указывал на юго-запад. «Направляется в Гавану», — подумал Остин и мрачно улыбнулся. Он знал западную часть Атлантики лучше любого другого капитана. Ему не нужно было гнаться за фрегатом. У него имелись свои уловки, с помощью которых, несмотря на тяжелый груз, он мог прибыть в Гавану раньше английского капитана. А там уж он устроит ему сюрприз! Что же касается бумаг, спрятанных в его каюте, то они будут в большей безопасности в другом месте, которое он для них нашел.