Гибрид для альфы - Натали Лансон

В прошлом году после купального сезона к нам, в Северск, приезжала группа аквалангистов-экстримал. Говорили что-то о том, что вблизи берега глубина нашей реки больше, чем на фарватере, и достигает порядочных семи с половиной метра. Объяснили это тем, что река упирается в правый берег и делает поворот налево, соответственно русло реки начинает подмывать, на дне образуются водовороты и ямы.

Кто же мог подумать, что мне лично в этом самой придётся убедиться?! Да ещё и в такую… отнюдь не купальную пору! Кажется, я настолько заледенела, что стала синего цвета!

«О каком цвете ты думаешь?! – Возмутилась я, одёргивая себя. – Мы тонем!!! Вынырнуть не получается уже больше минуты, по ощущениям! Ещё чуть-чуть…»

Я предприняла ещё одну попытку прорваться наверх, и тут случилось невероятное!

Белый яркий свет ударил по глазам, увеличиваясь от размера маленького мячика до прозрачной фигуры человека.

Потребность в дыхании резко пропала. Какое дышать, когда тут видится ЭТО!?!

«У меня глюки… просто глюки, – успокаивала себя я. Потом вспомнила, что из-за застывшего состояния ещё быстрее иду ко дну, и активнее заработала конечностями. – Приди в себя, Филь! Сейчас не время для таких выкрутасов сознания!»

Вдруг… пусть будет «призрак» отчётливо махнул рукой.

В такие моменты старые люди говорят: «Зовёт на тот свет. Ни в коем случае нельзя идти!»

А у меня вариантов других не наблюдалось.

Подо мной пугающе лежало тёмное дно, а над головой больше не наблюдалось выхода. Течением меня вынесло под лёд… и пронизывающий до самого нутра холод. Если бы ни вода, я смогла бы понять, что кроме слёз, ничего тёплого во мне не осталось.

Призрак активнее махнул рукой, устраняя простым жестом мою секундную заторможенность.

«Я хочу жить!» – стучало одно единственное желание в сознании.

И призрак кивнул, будто бы видел меня насквозь!

Я больше не ждала ни секунды. У меня закончилось время. Его остались малые крохи даже для спасения. Об этом кричали криком разрывающиеся от жара лёгкие.

Плыть за призраком пришлось недолго, но эти пять метров были самые сложные в моей жизни! А самое странное, что течение резко сменило направление, толкая меня в нужную сторону. В мистике происходящего больше невозможно было сомневаться.

Когда голова оказалась на поверхности, я жадно принялась хватать воздух.

Призрак исчез.

Я оказалась у самого берега непонятным образом.

– Глупая девка, – ругнулся кто-то ворчливо. – Плыви сюда! Нашла время барахтаться!

Найдя источник звука, моргнула.

Возле порослей молодых можжевельников стояла старушка.

«Откуда в тайге взяться старушкам?!»

– Да не медли, чадушко! Я ждала тебя слишком долго, чтобы упустить! Сейчас сюда набегут оборотни. Надо уходить…

С огромным трудом преодолевая физику, еле-еле удержала вес своего тела, потеряв поддержку воды. Купание ужасно обессилило.

А вот в бабуле сил было море, хоть отбавляй!

Старушка подхватила меня под руки и помогла преодолеть первые десять метров.

Я открыла рот, но бабушка резко осадила меня:

– Береги силы. Путь неблизкий. Знаю, что у тебя много вопросов… могу ответить только на один, самый главный – я тебя спасаю. Не готова ты ещё иметь дело со сверхами. Слаба, как новорождённый котёнок. – Бабушка вздохнула. – Ох, девонька… тяжела твоя доля. Но я помогу! Помогу всем, чем смогу!

Лес становился всё гуще. Мы углублялись в тайгу, но насторожиться у меня уже не было сил.

Меня колотило. Кажется, температура поднялась. Наверное, поэтому пронизывающий холод зимы не убивал на месте.

– … звёзды сказали… видела тебя в своих снах… пришла… духи сказали, где ты появишься… научу…

Сознание уплывало, спотыкаясь синхронно с моими нижними конечностями. А потом я просто потеряла сознание.

Мне было жарко. Очень жарко. Я будто в аду горела.

Всё время хотелось скинуть с себя ужасно жаркую шкуру, воняющую почему-то медведем.

«Какую ещё шкуру? Почему медведем?» – пытался пробиться ко мне разум, но я почти сразу уплывала в спасающий тёмный мрак.

В горле пекло от сухости, но когда мне давали выпить, становилось ещё хуже.

Горькая жидкость обжигала горло, проникая прямо в лёгкие.

И всё это сопровождалось постоянными бормотаниями.

Так плохо мне не было никогда!

А потом жар отступил. Стало легко и свободно. Будь во мне побольше сил, я бы порадовалась, а так меня хватило только на то, чтобы перевернуться на правый бок и погрузиться в глубокий сон.

Не знаю, сколько так проспала, но когда на моих веках заплясали солнечные зайчики, я открыла глаза.

Интерьер комнаты наводил на мысли об охотничьей сторожке. Одно несоответствие – чучел в домике не наблюдалось.

В углу трещала обычная печь, внутри которой медленно булькал мясной бульон в кастрюле.

Живот требовательно заворчал.

Дверь открылась, впуская на краткий миг холодный воздух с неотапливаемого коридора.

Бабушка быстро отсекла его, закрыв за собой единственный выход из комнаты.

– Проснулась… хорошо. Значит, болезнь отступила. Подняться сможешь?

– Да… – каркающий хрип, вырвавшийся из моего горла, смог бы напугать любого… но не эту странную бабульку. – Кто вы? Эээ… спасибо, что спасли меня.

Старушка усмехнулась и покивала, хватаясь за рогатый ухват, который использовали во времена столь давние, что не каждый даже знает его название.

– Пожалуйста, детка… Только поспешила ты благодарить меня. Когда узнаешь, что тебе на роду написано, ещё не раз помянешь меня недобрым словом.

Я насторожилась, подтянув медвежью шкуру до самого подбородка.

Бабуля разразилась каркающим хохотом.

– Не бойся. Я – не Баба Яга!

«Откуда она…»

– У тебя на лице всё написано, – старушка вытерла выступившие от смеха слёзы. – Но в одном ты права: я – ведьма.

По без того липкой спине побежал холодный пот. Но страха, как такового, не было от слова совсем. Скорей нездоровое любопытство.

Женщина вытащила из печи горшок с бульоном и поставила его на стол, на подставку.

– Да не трясись. Нет во мне злого умысла. Ты же чувствуешь. Верь себе… и поднимайся. Сначала банька, потом еда и долгий разговор.

Я отодвинула «медведя», и ноги коснулись холодного пола.

– Обувайся. Пошли.

Послушно накинув на себя длинный тулуп, поплелась за своей подозрительной спасительницей.

Глава 11. Табу

Русские бани – это что-то невероятное! Казалось, только минуту назад я напоминала вялый ноябрьский лист, изо всех сил цепляющийся за почерневшую от холода ветку, а стоило посидеть на лавке, подышать распаренным воздухом, получить по спине пару мягких ударов берёзовым веником – и вот я бодра, как никогда! Словно и не было никакой лихорадочной ночи после ледового купания