Идеальная жена - Виктория Александер

— У нас есть несколько кают. Капитан подумывал приспособить корабль для перевозки пассажиров. Место найдется. — Он долго, пристально изучал Уайлдвуда. — Вы не хотите, чтобы я выбросил его за борт, когда мы выйдем в море?

— Господи, нет! — воскликнула Сабрина. Она взглянула на Уайлдвуда и усмехнулась: — По крайней мере не сейчас.

Саймон в ответ широко улыбнулся:

— Но, как я понимаю, вы не будете возражать, если мы сделаем его путешествие чуточку неприятным. Он высокий и широкоплечий, и у меня есть подходящая для него каюта… если ему не надо обязательно стоять выпрямившись.

Сабрина рассмеялась:

— Прекрасно. Сейчас мое отношение к этому джентльмену таково, Саймон, что создание для него неудобств более чем желательно. Это будет просто восхитительно!

Уайлдвуд поднялся по сходням. Сабрина спохватилась, что не предупредила Саймона.

— Он ничего не знает о моем прошлом и не должен узнать. Если я буду несколько сдержаннее, чем обычно, особенно в его присутствии, пожалуйста, не обращай внимания.

Саймон с любопытством посмотрел на нее, по ничего не сказал. Ей придется кое-что объяснить Саймону, а потом и капитану. Она подумала, что скоро и Уайлдвуд потребует объяснений. Он приближался, и Сабрина вздохнула, смирившись с неизбежным.

Может быть, все-таки стоило выбросить его за борт?

Николас бегло оглядел корабль и остановил взгляд на леди Стэнфорд, увлеченной разговором с грубым моряком. Эта женщина была загадкой. Он узнал, что конечным пунктом плавания была Александрия. Какие дела могла она иметь в Египте?

— Добро пожаловать на корабль, милорд, — приветствовал его высокий моряк с ноткой сарказма в голосе.

Глаза Николаса сузились. Боже милосердный! Этот человек был американцем! Он поднял глаза на грот-мачту, и у него сжались челюсти при виде развевавшегося на ветру флага. Этот проклятый корабль был американским! Он обречен на несколько недель пребывания на американском корабле днем и ночью в окружении чертовых американцев! Николасу нравились американцы не больше, чем французы. А французов он не любил.

Николас решил воспользоваться своим дипломатическим талантом. Не следует вызывать враждебное отношение команды. Он подозревал, что ему хватит неприятностей и с леди Стэнфорд. Николас изобразил на своем лице, как он надеялся, приятную улыбку и обратился к проклятому моряку.

— День добрый. Великолепный корабль, — сказал он, одобрительно кивая.

— Угу, «Леди Би» — прекрасное судно, как видите. — Моряк явно гордился своим кораблем.

— Интересное название, — задумчиво произнес Николас. — Это в чью-то честь?

Помощник капитана усмехнулся почему-то с довольным видом. Николас покосился на леди Стэнфорд. Ему на мгновение показалось, что ужас мелькнул в ее глазах. Но она бросила на него безмятежный взгляд и рассеянно улыбнулась. Он, должно быть, ошибся. Кажется, он слишком часто ошибался в леди Стэнфорд.

Американец скрестил на груди руки, нагло и оценивающе разглядывая Николаса.

Николас старался сохранить дружелюбный и заинтересованный вид.

— Корабль назван в честь того, кто близок и дорог сердцу капитана, — ответил Саймон. — Эта удивительная женщина была ему как сестра. Храбрая, верная и честная, сильная духом, таких нечасто встретишь среди прекрасного пола. — Он горестно вздохнул. — Но ее уже нет с нами. Погибла во цвете лет. Так бессмысленно, такая жалость.

Эта история невольно заинтересовала Николаса:

— Как же она умерла?

— О нет, сэр. — Моряк печально покачал головой. — Было бы лучше для всех, если бы она умерла. Нет, она была почти девочкой, когда весь мир навалился на ее плечи. Бедная девушка этого не вынесла. — Он замолчал, чтобы усилить впечатление от своего рассказа, и поднял глаза к небу. — Она ушла в монастырь, да, в монастырь. Стала монахиней. Сестра Би — вот как ее называют теперь.

Приглушенный звук донесся со стороны леди Стэнфорд, и Николас повернулся в ее сторону. Ее лицо покраснело, она задыхалась от приступа кашля. Николас шагнул к ней и схватил ее за плечи:

— Леди Стэнфорд, с вами все в порядке?

Он с беспокойством вглядывался в ее лицо. Пара слезинок скатилась по ее щекам.

— Со мной все хорошо, — задыхаясь, с трудом произнесла она, — просто это так трогательно.

Николас пристально посмотрел ей в лицо, выражавшее искреннюю невинность. Разве в этой истории было что-то, чего он не понял? История звучала несколько странно, но в ней не было ничего особенного.

Леди Стэнфорд выразительно взглянула на его руки, все еще сжимавшие ее плечи.

— Благодарю вас за заботу, но мне уже намного лучше. — Николас проследил за ее взглядом и отпустил ее. — Я бы хотела, Саймон, если можно, пройти в свою каюту.

— Конечно, мэм.

Глаза помощника блеснули, когда он посмотрел на леди Стэнфорд, и Николас мог поклясться, что они заранее о чем-то договорились.

Леди Стэнфорд кивнула Николасу:

— Лорд Уайлдвуд, я всегда плохо переношу морское путешествие, поэтому не думаю, что мы будем часто видеться, по крайней мере, некоторое время.

— О? — приподнял брови Николас. — Это меня несколько удивляет. По тому, как ловко вы поднялись на борт, создалось впечатление, что на корабле вы чувствуете себя как дома.

Она улыбнулась:

— Ах, милорд, впечатления могут быть обманчивыми. Вам не следует им доверять.

Она повернулась и, взяв руку Саймона, спустилась вместе с ним вниз.

«Может, вы и правы, — подумал про себя Николас. — Но не заблуждайтесь, милая леди, я узнаю, что вы задумали. И что… скрываете».