Инструктор-попаданка в мужской военной академии - Наташа Фаолини

Бастиан подмигнул мне и снова состроил серьезное лицо.

О Господи…

Глава 8

Питер с Бастианом отправились на разговор в ректорский кабинет, и я, пообещав Сигурду, что скоро вновь его навещу, рванула за ними, предвкушая занимательную историю по поимке преступника.

Вот только дверь была некультурно закрыта прямо перед моим носом.

— Посторонним лицам подробности не разглашаются, — припечатал Бастиан, — сообщником может быть каждый.

Козел! Это я дала тебе дорогу в жизнь! Сам только и мог, что ходить да телефон с видео выпрашивать…

Естественно, такое положение дел меня не устраивало, поэтому, пристроившись у двери, прижалась ухом к гладкому, лакированному дереву, пытаясь что-то разобрать в глухих звуках голосов.

С какой это стати они решили, что мне не положено знать о ходе следствия?! Я, между прочим, тоже пострадавшее лицо и заинтересована в раскрытии преступления!

— Вот держите, — перед моим носом показался стакан.

— Ага, спасибо, — кивнула я и приложила стекляшку к двери, став прислушиваться через нее.

— Стоп! Оттар, Ивар вы что здесь забыл? — возмущенно прошипела, повернувшись к мужчинам, что стояли прямо за моей спиной, — марш на занятие, кто у вас сегодня ведет?!

— Вы.

Блин, точно!

Нервно закусив губу, сдалась:

— Ладно! У вас хороший слух? Сможете разобрать, о чем говорят в кабинете?

— Постараемся, — ответственно кивнул Ивар, — говорят, у меня в роду тоже были великаны, а слух у них отменный.

Я с сомнением окинула щуплого, по сравнению с остальными учащимися, паренька взглядом с макушки до головы, но не стала разочаровывать. Гены — загадочная штука.

Притиснувшись к двери с двух сторон от меня, студенты тоже пытались вникнуть в суть диалога, что велся в кабинете.

— …садовник, рин Воркс, сейчас в городской тюрьме под чутким надзором стражников, — спустя две минуты прошептал Ивар, пересказывая слова Бастиана, которые я сама смогла распознать лишь урывками.

— Он говорит, империя Дюри набирает мощь, решили под шумок ввести смуту в одну из военных академий нашей империи и подослали убийцу, первой целью стал Мартин, как сын семьи, приближенной к королю, — протараторил Оттар вполголоса.

— Они идут к двери! — воскликнул Ивар.

— Валим, — крякнула я и мы рванули к лестнице. — Только никому не рассказывайте о том, как проходят занятия! — бурчала я, оказавшись в пыльной нише под лестницей с двумя студентами, — особенно рину Питеру и родителям!

Утерев зачесавшийся от пыли нос, чихнула. В полутемной коморке метр на метр были ведра, моющие средства, тряпки и деревянные швабры — все для того, чтобы наводить порядок.

— Мы — могила, — ответственно кивнул Ивар, поправляя сползшие очки.

— Не надо могилу!

— Извините, шутка вышла неподходящая.

Через пять минут прозвучал горн, оповещающий об окончании урока, и я с чистой совестью поплелась в комнату. Жизнь проще не становилась, проблемы росли, как снежный ком, вместе с мужиками. К тому же, стоит признать, учителем я оказалась посредственным.

В комнатке разделась и с сомнением осмотрела свои вещи — несколько серых шмоток, костюм, который я собственноручно перешила, дырявые ботинки, сапожки на каблуках, пару комплектов широкого нижнего белья. И на этом все. Похоже, что Урсула была действительно скромной девицей без лишних прихотей. Тем более странным кажется выбор ее профессии в окружении людей сильного пола. Разве тихони, стремящиеся к созданию семьи, не становятся бухгалтерами? В конце концов, если хотелось преподавать, подошла бы и обычная школа.

Решив обследовать чемодан более тщательно, нашла кошелек с несколькими тысячными купюрами бумажных денег. Интересно, здесь какой курс? Наличка в этом мире выглядела простенько и без изысков — гладкая желтая бумага, хотя посредине имелся портер серьезного мужчины с вьющимися длинными волосами, в которых проглядывались и белые прядки, а снизу подписано — Криас Гениальный. Император.

Через час в дверь постучал Грей и я на радостях распахнула дверь, улыбаясь во все тридцать два.

— Как хорошо, что ты здесь. Пока не стемнело, идем в город, мне нужно в магазин одежды.

— Пойдем на выходных, как я и говорил.

— Но почему не сейчас?

— У меня еще одно занятие через полчаса, я пришел проведать тебя, слышал, что сегодня случилось на уроке. К тому же, сейчас будни. Там же полно народу. А на выходных из дома разрешено выходить только женщинам и их мужьям, чтобы не пересекаться с остальными жителями.

— Чего? — переспросила коряво, почесав репу. — У вас не демократия? — ляпнула и только потом подумала, что это, вроде как, империя — военное государство.

— Есть несколько демократических стран на юге, но их территории не располагают ценными ресурсами и сами клочки земли настолько маленькие, что их никто не завоевывает, — послышалось из коридора.

Выглянув из-за плеча Грея, встретилась взглядом с Питером. Конечно. Ну кто же еще?! Судя по решительному взгляду, он все еще не сдался и собирался отвоевать у меня Грея.

— Я схожу с вами в город, рина Урсула, — добавил ректор и улыбнулся, как мне показалось, ехидненько.

Он точно собирался меня прикончить в лесу и закопать останки под сосной!

— Спасибо, откажусь! — улыбнулась в ответ, обнажая клыки.

— Я настаиваю! У меня на столе ведь так и не появилась объяснительная. Разберемся устно, по пути. Жду вас на этом месте через полчаса, — проговорив это, несносный ректор скрылся за дверью своей комнаты, не став ждать от меня новой колкой фразы.

Мы с Греем понимающе переглянулись.

На прогулку до города Питер вырядился так, словно намечался поход на светское мероприятие. Нацепил лучший камзол, уложил волосы гелем. И пахло от него чем-то слишком приторно-мускусным. Все в образе громко кричало о том, что данный мужчина хочет казаться брутальным мужиком. И это было подозрительно, наверное, для всех, кроме меня, ибо я знала причины таких жертв — Питер скрывал свою ориентацию. Бедняжка. Даже в этом мире нельзя быть тем, к чему лежит душа.

— Преподавали академии — ее лицо, — наставлял он меня, когда мы вдвоем вышли из здания, — и на людях всегда должны выглядеть безупречно. Понимаете, о чем я говорю?

— Смутно. Мне всегда казалось, что хорошо выглядеть нужно для себя, а уж если к спине прицепилась харча, то это проблема тех, кто на нее смотрит.

— Вы очень странно рассуждаете, как для девушки.

— Если вас утешит, рин Питер, то мы идем в город как раз-таки для покупки презентабельной одежды, — изрекла, нащупав в кармане кошель с купюрами. Надеюсь, несколько тысяч хватит на хорошие наряды и нормальные бытовые принадлежности.

Солнце еще не спешило садиться и светило бодрыми лучиками сквозь кроны деревьев, что высились над головами.