Тайный грех - Джилл Рамсовер

Пиппа сделала глоток вина. — Ты бы познакомился с ним раньше, папа, если бы не был так строг, запрещая мне встречаться.

Брови Арчера поднялись, когда он удивленно посмотрел на нее. Он быстро пришел в себя, но вред был нанесен. Между этими двумя не было и отдаленной близости. Хотел ли он отношений? Почему он не настаивал на этом? Их ситуация была интригующей в болезненном, тошнотворном смысле. Если бы я не знал, что Пиппа была девственницей до встречи со мной, неопределенность их прошлого съела бы меня заживо.

— Извините за задержку. — Миссис Ревелло ворвалась в комнату с дымящейся миской макарон в руках. — Ужин готов. — Она поставила блюдо на стол, за ней последовали две девочки-подростка, которые сделали то же самое с тарелками, которые они несли.

Джино встал. — Лауретта, это Бишоп Боханан и… Арчер… Прости. Я не расслышал твою фамилию.

— Уортингтон. — Он кивнул Лауретте. — Рад познакомиться с вами.

Мать Пиппы перевела взгляд с Арчера на меня и обратно. — О да. Очень приятно познакомиться с вами обоими. Ари, пожалуйста, сходи за своим братом.

Старшая из двух девочек вышла из комнаты, в то время как другая заняла место рядом с Арчером, позволив занавесу из волос образовать барьер между ними. Она казалась самой застенчивой из всех.

— У вас прекрасный дом, миссис Ревелло, — сказал я.

Она тепло улыбнулась. — Спасибо. Могу я предложить бокал вина?

— Пожалуйста, позвольте мне. — Я встал и взял бутылку с середины стола, налив ей хорошую порцию, прежде чем налить себе стакан.

— Эй, Бишоп! — Задорный голос Гейба раздался у меня за спиной, когда он вошел в комнату.

Я поставил вино и отошел от стула, протягивая руку для кулачного удара. — Как дела, приятель?

Гейб засиял, явно обрадованный тем, что с ним обращаются как с равным. — Ничего особенного.

— Вы уже встречались раньше? — Спросил Джино.

— Бишоп приходил на тренировку на днях, и Пип его проучила. — Он усмехнулся. — Ты бы видел ее. Это было здорово.

Арчер рассмеялся, и мне пришлось сдержаться, чтобы не посмотреть на него.

— Да, что ж. Теперь, когда я знаю ее склонность к авантюрам, я буду более осторожен в будущем. — Мой взгляд переместился на Пиппу, у меня на уме был совсем другой вид авантюр. Ее мысли, должно быть, направились туда же, потому что пунцовый румянец согрел ее щеки.

Она прочистила горло. — Хорошо иметь несколько тузов в рукаве. Никогда не знаешь, когда кто-то попытается застать тебя врасплох. — Ее замечание прозвучало как укол, но меня это больше позабавило, чем что-либо другое.

Я поднял свой бокал в воздух, не сводя с нее глаз. — Слова, которыми стоит жить, я бы сказал.

Арчер заерзал. Опять.

Миссис Ревелло села прямее. — Теперь, когда мы все здесь, пожалуйста, давайте есть.

Она указала на еду, и мы приступили к процессу наполнения тарелок. Следующий час прошел в вежливой беседе, часто сосредоточенной на Арчере, благодаря моим неоднократным усилиям держать его в центре внимания. Ужин прошел не совсем так, как я ожидал, но он все равно был бесконечно увлекательным. К тому времени, когда наши десертные тарелки были вылизаны дочиста, я подозревал, что Арчер заплатил бы деньги за то, чтобы оказаться где угодно, только не в этой столовой.

— Прошу прощения, я на минутку. — Пиппа встала. — Мне нужно в туалет. — Она выскользнула, а мой взгляд проследил за ней.

Джино тоже поднялся на ноги. — Почему бы нам не отправиться в гостиную, чтобы выпить эспрессо или, возможно, немного граппы.

— Звучит прекрасно. Мне нужно сделать быстрый телефонный звонок, и я сейчас приду. — Я кивнул в знак благодарности, а затем последовал за Пиппой. Мои истинные намерения были очевидны, но мне было все равно. На самом деле, мне хотелось, чтобы все в комнате знали, куда я иду.

Я ждал своего непослушного котенка возле ванной, и как только она открыла дверь, я тихонько протиснулся внутрь.

— Какого черта ты делаешь? — Шипела она, как только за мной закрывалась дверь.

— У меня к тебе личный разговор. — Я шагнул ближе. Она подалась назад, ее задница достигла трюмо.

— Ну, хорошо, потому что мне есть что тебе сказать. Ты не можешь просто сказать моему отцу, что мы встречаемся, и пригласить себя на ужин. Так дела не делаются.

Невидимое силовое поле, связывающее нас вместе, притянуло меня ближе.

— В том, что происходит между нами, нет ничего нормального, Пип. Я никогда в жизни не встречал женщину, которая бегала бы от меня так, как ты.

Она скрестила руки на груди и подняла подбородок. — Что ж, привыкай к этому, потому что мне это не интересно.

— Не интересно что? Я? Потому что твое тело с этим не согласно. — Мой взгляд прошелся по ее шее, по трепещущей точке пульса и медленно спустился вниз по идеальным выпуклостям ее грудей, прижимающихся к краю выреза платья. Мне не нужно было даже прикасаться к ней, чтобы дрожь охватила все ее тело.

В моих венах вспыхнула новая искра гнева. Я подался вперед, прижимаясь к ней всем телом. — Почему, Пип? Какого черта ты сопротивляешься этому?

Она раскинула руки и напряглась для борьбы, но неожиданно смягчилась. — Я же сказала тебе, что не хочу быть ограниченной в чем-то, — мягко сказала она, ее голос выдавал ее уязвимость.

Я хотел быть нежным с ней, но мне был неприятен этот подтекст. — Ограниченной? В смысле застрять с одним мужчиной? Это подразумевает, что ты хочешь трахаться с другими людьми, а я уже сказал тебе, что ты моя.

— Я не твоя, Бишоп. — Ее глаза умоляли меня, хотя она не нашла бы никакого сострадания в том, что касалось меня.

Я наклонился и прижался щекой к ее щеке, положив одну руку на ее талию, а другую положив на трюмо позади нее. — Знаешь ли ты, что первый человек, открывший звезду, может назвать ее как угодно?

Она замолчала на секунду, затем медленно покачала головой из стороны в сторону. — Нет, но я не звезда, Бишоп. Ты не можешь владеть мной.

— Никто не владеет звездами, детка. Каждый может любоваться ими на расстоянии, но тот человек, чьи глаза впервые увидели это яркое пятнышко света и признали его сокровищем, которым оно является, этот человек всегда будет иметь особую связь с этой звездой. — Я провел рукой вверх, пока не коснулся тыльной стороной ладони ее груди.

Ее спина непроизвольно выгнулась, еще больше прижимая ее тело к моему. Когда