Снова мечтай - Мона Кастен

Эверли фыркнула:

– Чушь какая. Я даже не приближалась к твоим волосам. Они были слишком сальными, а ты тогда чересчур долго не мылся.

Блейк попытался ткнуть ее костылем, но она проворно увернулась и лишь засмеялась. Если бы в прошлый раз Эверли с сияющими глазами не рассказывала мне о своем парне, который работает преподавателем в университете, в этот момент я бы спросила себя, не связывает ли их с Блейком нечто большее. Очевидно, что эти двое очень близки.

В животе что-то болезненно завязалось узлом.

– В следующий раз будь быстрее. Пошли, Джуд. – Она махнула мне, и я нерешительно последовала за ней.

Когда я проходила мимо Блейка, тот поймал меня за руку. Он мягко меня удержал, даже слишком мягко. Я боялась поднять на него глаза, но все же сделала это. Стоило Эверли выйти из зоны слышимости, как тут же вернулся ледяной взгляд Блейка, предназначавшийся, видимо, исключительно для меня.

– Из-за тебя я уже поссорился с Эзрой, – произнес он, – и не допущу, чтобы теперь ты отняла у меня еще и лучшую подругу.

Мне показалось, что стены вдруг начали вращаться. В горле пересохло, и я сильнее стиснула в пальцах кружку. Я видела Эверли, которая села за стол рядом с Эзрой и заговорила с ним, хотя того это, похоже, не особенно волновало. Она пихнула его плечом в плечо, в результате чего у него слегка дрогнули уголки губ. После этого она взглянула на свой телефон и что-то напечатала, прежде чем снова посмотреть на меня, стоящую на кухне. Ее выжидательный взгляд словно выдавил весь кислород у меня из легких.

– Ясно, – еле слышно отозвалась я.

Потом я стряхнула руку Блейка, пересекла гостиную и вышла на улицу, где мне в лицо ударил жуткий холод. Я ни разу не оглянулась назад. Ни на Блейка, ни на Эверли.

Если бы днем кто-то сказал мне, что через пару часов я буду лепить снеговика с абсолютно незнакомыми людьми, я бы, наверное, презрительно хмыкнула. Однако сейчас… я смеялась. Действительно смеялась, стоя среди небольшой компании на морозе и катая гигантские снежные шары. И даже по-настоящему получала удовольствие, хотя в этом могло быть виновато огромное количество алкоголя, которое я продолжала пить на пустой желудок.

– По-моему, ему нужен другой нос, – произнесла девчонка рядом со мной, склонив голову набок и глядя на банан, который кто-то принес из кухни.

– Вид немного специфический, – согласилась я, – но, может, это его изюминка.

После того как мы добавили снеговику еще пару-тройку самодельных пуговиц и кто-то пожертвовал свой шарф, он стал выглядеть просто идеально.

– Давайте сфотографируемся! – закричал присоединившийся к нам в какой-то момент Отис.

Остальные напились не меньше меня, так что никого уже не волновало, насколько все это глупо. Однако фотографироваться я не стала. Я не знала этих людей и не знала, на какие аккаунты в итоге попадет снимок и кто его сможет увидеть. Меня и так напрягала необходимость постоянно внимательно следить за собственными социальными сетями, поэтому не хотелось лишний раз рисковать.

– Я сфотографирую, – предложила я и протянула руку Отису.

Он передал мне смартфон и побежал к ребятам, которые уже выстроились вокруг снеговика.

Я немного неуверенно стояла на ногах, поскольку пила все, что мне предлагали. Поэтому на то, чтобы сделать фотографии, ушло несколько секунд. Затем я вернула Отису телефон, и наша группа постепенно разбрелась, потому что в гостиной вечеринка к тому моменту достигла своего пика.

Когда я вошла в дом, Эверли нигде не было видно, но, возможно, это даже к лучшему. Так меня по крайней мере минует опасность рассорить Блейка с лучшей подругой.

Подойдя к дивану, я плюхнулась на него. Музыка гремела и гудела. Вскоре меня нашли Отис и Кэм. Увидев, что моя чашка пуста, они сунули мне какой-то коктейль. Я отсалютовала им обоим и сделала глоток, хотя в животе уже бурлило.

Перед глазами все слегка расплывалось, когда я огляделась по сторонам… и как будто в меня был встроен внутренний радар, взгляд скользнул по толпе и остановился на обеденном столе. За последние два часа Блейк обзавелся компанией. Какая-то девчонка придвинула свой стул вплотную к нему. Одной рукой она подпирала подбородок и буквально не отрывала глаз от его губ. При этом она накручивала на палец прядь волос и снова ее распускала, что вызывало у Блейка улыбку. Он поднял руку и, подражая ее движению, дотронулся до ее щеки.

– С ума сойти, – как будто издалека донесся до меня голос Кэма. – Даже так он цепляет одну за другой. Как ему это удается?

– Без понятия, – ответил Отис.

– Нет, серьезно. Мне интересно, как с точки зрения анатомии это возможно с ортезом.

– Если лежишь снизу, особенно не напрягаешься.

У меня не получалось не обращать внимания на их слова. Не сводя глаз с Блейка, я сделала большой глоток коктейля.

Я прекрасно помнила, как раньше чувствовала себя, когда Блейк так на меня смотрел. Одного его взгляда хватало, чтобы совершенно сбить меня с толку. А когда он прикасался, меня просто охватывало пламя. Такое ощущение за всю жизнь я испытывала лишь с ним. Наблюдать, как он соблазняет другую женщину, видимо, было моим наказанием за то, что я разрушила нашу любовь.

Блейк наклонился вперед и шепнул что-то на ухо девушке, отчего она покраснела. Когда он снова отстранился, она кивнула. Мгновение спустя она поднялась, и Блейк сделал то же самое. Он на секунду положил руку ей на спину, прежде чем взять костыли и вместе с ней направиться в сторону коридора, без сомнения, чтобы уединиться в его комнате.

Мое сердце буквально выскакивало из груди. Я не могла больше спокойно сидеть и так резко встала, что жидкость выплеснулась из бокала и потекла по пальцам. Тихо выругавшись, я вытерла ладонь о джинсы, и одновременно с тем у меня закружилась голова. Тем не менее я залпом опрокинула в себя остатки алкоголя и поставила стакан на журнальный столик, стукнув по нему сильнее, чем надо. Потом покачнулась и вынуждена была опереться на стол.

Кэм поймал меня за руку, чтобы я не упала.

– С тобой все в порядке? – спросил Отис.

Я обернулась к нему и Кэму и кивнула с натянутой улыбкой:

– Спасибо за коктейль. Думаю, мне лучше лечь в постель.

И прежде чем кто-то из них успел что-либо сказать, отвернулась.

Стены кружились, а музыка как-то приглушенно грохотала у меня в ушах, пока я пробиралась мимо веселящихся гостей к себе.