Спой для меня - Рина Старкова

Я задумалась. Ай, будь, что будет!

— Да. Я хотела бы попросить вас отпускать меня на работу в «Гвоздь». Я скучаю по подруге и… по работе, — мужчина явно не ожидал такого заявления с моей стороны. А судя по его взгляду, он сильно удивился.

— Мы можем рассмотреть вашу просьбу при условии, что мой телохранитель Виктор будет все контролировать и всегда находиться рядом с вами, — Герман Александрович застегнул свое пальто. Я прикусила губу и усмехнулась.

— Виктор будет рядом, даже когда я буду переодеваться? — откуда столько смелости, Вика! Сознание затряслось, объявляя, что я только что подписала себе смертный приговор.

— В такие моменты лучше вызывайте меня, — хриплый низкий голос рядом с моим ухом вновь запустил импульсы под кожей, которые отзывались внизу живота.

Я хотела этого мужчину всем своим телом. Жаждала его ласк, его нежности, его тепла. Но знала, что мне это не светит. Он не будет нежен со мной, потому что я — просто развлечение. Для чего он заставил моего отца поставить на кон собственную дочь? Явно не для того, чтобы сюсюкать надо мной. Я нужна ему, чтобы трахать, скорее всего грязно и изощренно, насколько только хватит фантазии миллиардера. А судя по всему этому мужчине обычного классического не хватит, подавай пожестче да поострее.

Мы сели в машину и тронулись. Конечно, за нами приехал Олег на своем белом джипе. Герман Александрович сидел рядом со мной, ему стоило только руку протянуть, и он бы легко коснулся моего напряженного тела. Я рассматривала Амурского, как лучший экспонат в музее, вновь и вновь отмечая, что еще никогда не видела таких красивых мужчин. Однако, предвкушение моей скорой участи, заставляло дрожать и думать еще и о плохом. О самом ужасном.

Я отказала Ефиму Харитоновичу, который предлагал мне спать с ним за уменьшение платы в академии из-за гордости и чувства собственного достоинства. Герман Александрович Амурский же не делал мне никаких предложений. Он ворвался в мою жизнь и обозначил свои границы, давая понять все точно и ясно.

Прикусив губу, я задумалась… какой он в постели? Свяжет меня? Заставит взять член в рот?

От собственных мыслей меня бросило в пот, я сильно сжала колени, до боли, до ломоты в косточках. Это невыносимо сводит меня с ума, чувство неизвестного, недопустимого, омерзительного. Старательно сдерживаю тело, так и ерзающее по теплому сидению автомобиля, смотрю на проносящиеся мимо дома.

Амурский словно замечает мое к нему необузданное влечение и нездоровый интерес. Его рука мягко ложится на мое колено, поглаживает, выжимая из меня мучительный и глубокий вздох. Мы же не одни в этой машине, черт возьми! Что себе позволяет этот извращенец?

Смело, но аккуратно и осторожно, лаская кожу моего колена сквозь тоненькую ткань чулок, Герман сводит меня в ад. Сознание отключается, включаются животные инстинкты. Я смотрю на него, и глаза блестят от желания. Черт! Замечая это, теплая ладонь Амурского становится только напористее и скользит по ножке вверх, под пальто, приподнимая платье, прямо к кружевной резинке чулок. Я перестаю дышать. Задержавшись здесь, где начинается ничем не прикрытая горячая кожа, покрытая мурашками, мужчина медленно возвращается обратно на мое колено. Я мысленно тысячу раз попрощалась с девственностью.

Всю дорогу Амурский держит мою коленку, поглаживая и обжигая нежную кожу.

— Я загляну к вам поздним вечером, Виктория, сейчас у меня появились кое-какие неотложные дела, — сообщает он, когда машина паркуется у входа в богатый дом. Телохранитель Виктор уже стоит возле машины, ожидая меня, чтобы проводить к входной двери.

Стоило мне только покинуть салон авто, как Олег увозит Германа Александровича обратно за ворота. Я стою как вкопанная, провожая взглядом белый джип. С одной стороны я должна выдохнуть с облегчением, что Герман не отымеет меня прямо сейчас, после, казалось бы, достаточно приятного вечера (для меня-то уж точно), но с другой, я немного огорчена. К тому же между ног появилось приятное и тяготящее желание быть… заполненной.

Я приняла душ, то и дело посматривая в сторону джакузи, очень хотелось испытать на себе все его прелести и тысячи пузырьков, но я не решалась. Включила телевизор, распластавшись на мягкой кровати на животе, подложив под грудь мягкую подушку. С канала на канал, пока вдруг не наткнулась на новости.

Герман Амурский.

Я невольно замерла и перестала дышать.

Он стоял передо мной на экране высококачественной плазмы, а рядом с ним сияла красивая женщина с огромными сиськами, откровенно и вульгарно торчавшими из декольте. Но присутствие Оксаны Валесовой, ее я сразу узнала, ничуть меня не смутило. Герман Александрович рассказывал что-то о странах третьего мира, о нищете, что он не понаслышке с этим знаком, поэтому помощь голодающим является его долгом, а не волонтерской подачкой.

Смотрела на лицо Амурского на экране, как завороженная. Идеальный. Даже через телевизор мне передается его тяжелая аура. Низкий хриплый голос заставляет меня снова и снова прокручивать в голове все диалоги нашего сегодняшнего вечера, а ладони нервно потеть от воспоминаний. Между ног становится жарко, я прикусываю нижнюю губу, закрываю глаза и вспоминаю его тягостные прикосновения на своем теле. О боже!

После пары минут мечтательных полетов в облаках, я все же пристальнее рассматриваю Валесову. Рука моего Германа нагло лежит на ее талии, давая понять всем и каждому, что эта красотка сегодня с ним. Чувство злости и огорчения разрывает. Я что, ревную? Ха-ха! Наивная глупая невинная мышь приревновала гулящего кота-миллиардера? Да у него таких мышей полны погреба. Может, пока я просиживаю в своей комнате и хожу по хоромам Германа Амурского только с сопровождением, где-то сидит такая же идиотка, как я, с пожаром между ног и так и тянущейся к клитору руке.

Сама не помню, как погрузилась в сон под приятный баритон Амурского, доносящийся с экрана и собственные мучительные позывы приласкать свое тело. Рука так и тянулась потрогать эрогенные участки и наконец, разведать, где они находятся.

Проснулась я от того, что во рту пересохло. Время перевалило за полночь, и я неохотно поднялась с постели.

3.1

Венец из нежности и ласки:

Герман.

Я знал, что если не сделаю это сейчас, то потом будет еще тяжелее.

Нужно поговорить с Оксаной и расставить все точки над и. Хватит оттягивать кота за