Первое прикосновение - Ванда Лаванда

— Шестая кабинка! Гринмор! Осталось две минуты! — рявкнул охранник за спиной, и Крис вздрогнул, оглядываясь.

— Ты тут не часто бываешь, да? Томас говорил, что тебя никто не навещает. Мне жаль, — сказала Эмили.

— Ну, на свободе у меня никого не осталось. Ни семьи, ни друзей…

— Тем более не отказывайся от Томаса! Никто не должен быть один, — женщина улыбнулась. — Я принесла для тебя новые сладости. А ты передай от меня Томасу поцелуй!

Крис снова покраснел, не понимая, какой именно поцелуй и как он должен был его передать. Они скомкано попрощались, а Эмили пообещала, что снова придет его навестить. Охранник проводил Кристофера из комнаты для свиданий. Парень на ватных ногах добрался до камеры, где планировал дождаться Севера. Он всегда приходил положить передачку в тумбочку, прежде чем возвращаться к работе, если у него был не выходной. И в этот раз все было по привычному сценарию. Только вместо приподнято настроения после общения с бывшей женой, Север был нервным и дерганным, не улыбался. А когда увидел Кристофера, сидящего на табурете, а не на своей койке, прищурился, но ничего не сказал.

— Я не успел объясниться. Север, я никогда и ничего не брал в твоих вещах, кроме того, что ты мне сам давал. Не трогал твои книги, не трогал личные вещи. Я даже на подушку твою не ложился, — Кристофер бросил короткий взгляд в сторону злосчастной подушки. — Надеюсь, ты мне поверишь…

— Я тебе верю. Просто было странно, что Эмили захотела с тобой поговорить. Я подумал, что ты нашел ее номер в моей тетради и позвонил ей.

— Зачем мне это?

— Не знаю. Узнать, тот ли я, за кого себя выдаю, например, — Север сел на кровать и принялся выкладывать все из пакета на покрывало.

— Я тебе тоже верю, мне не за чем за тобой шпионить, — тихо сказал Крис и сглотнул. У него дрожали и потели ладони, но ему нужно было выполнить просьбу Эмили. — Можно мне сесть рядом?

Север кивнул, не отвлекаясь от сортировки вещей, а когда Кристофер сел на край койки, то, не глядя, сунул ему коробочку с какой-то необычной халвой. Крис от неожиданности ее едва не выронил, но сразу же прижал к груди.

— Эмили очень заботливая, да? Без сладостей я бы, наверное, тут озверел, — парень нервно засмеялся, чем привлек внимание Севера, и тот посмотрел на него задумчиво, все еще хмурясь. — Она попросила меня кое-что тебе передать…

Кристофер наклонился, закрыв глаза, и быстро чмокнул Севера в щеку, ближе к носу. Дыхание от волнения сбилось, и когда он отстранился, то снова хихикнул. Мужчина нахмурился еще сильнее. Крис сжал коробочку со сладостями.

— Наверное, она пошутила, а я не понял, — промямлил он, думая, что делать дальше.

— Мне не нужны переданные поцелуи через тебя, — у Севера дернулось крыло носа, он тряхнул головой и отвернулся.

— Извини. Нужно было спросить разрешения, — быстро сказал Кристофер и остался сидеть, хотя единственно правильным ему казалось сбежать. Вот только куда ему сбегать из тюрьмы?

Север закончил разбирать посылку и стал раскладывать вещи в тумбочку или в ящик для обмена с другими заключенными. Кое-какие вещи были для парней из его банды. И Крис подумал, что Эмили удивительная женщина. Уже имея новую семью, она продолжала поддерживать своего первого мужа, навещала его в тюрьме, приносила передачи, хотя дочка, которая их связывала, умерла так давно…

— Томас, а можно мне посмотреть на Шарлотту? Эмили сказала, что у тебя есть ее фото.

— Да, есть, — Север повернулся к Кристоферу и изучающе на него посмотрел. Точно так же, как в первый день. — Зачем тебе?

— Никаких корыстных побуждений! Просто хочу узнать тебя лучше. Ты расскажешь мне о ней?

— Да. Но только наедине. И никто не должен знать о ней. Даже Ящерица и Майкл.

— Хорошо, — легко согласился Крис: секреты он хранить умел. Парень подумал немного, и решил попросить еще кое-что: — А можно мне садиться рядом с тобой в столовой? Знаю, я часто прихожу позже…

— Можно. Если ты хочешь, то я придержу для тебя место, — Север перестал хмуриться, даже, казалось, был доволен просьбой Кристофера. И поэтому тот осмелел, ободренный положительной реакцией.

— А можно мне прикасаться к тебе? Я имею ввиду, не только в камере и наедине. Но и в столовой, например. Может, это слишком вульгарно и не хорошо для твоей репутации и имиджа…

— Тебе можно, — кивнул Север, протянул руку и положил ее ладонью вверх на койке между ними. Крис, рвано дыша, положил свою руку сверху и переплел с мужчиной пальцы. — Ты же знаешь, что все в курсе, что ты мой соулмейт. Поэтому, никому дела не будет, что мы прикасаемся друг к другу.

— А если ты все же ошибся, и я не твоя родственная душа? Я не Эмили, я… — Кристофер скрипнул зубами. — Я не захочу отпускать тебя, когда ты встретишь свою половинку.

— Я не ошибся, — просто сказал Север. — Я почувствовал, как жжется метка, когда она стала менять цвет. Это было здесь, как только я отпустил тебя и взял в руки твой подарок. Ты, возможно, не заметил этого из-за того, что тебе было больно. А потом, когда ты прикасался ко всем подряд перед вакцинацией, ты не ощутил ничего, как сам сказал, именно из-за того, что твоя татуировка уже была цветной.

Кристофер с минуту обдумывал услышанное. Он вспомнил боль в животе, которую списал на спазм и тошноту из-за вывихнутого плеча. Все это время Север осторожно поглаживал его руку, не торопил, не требовал объяснений. Кажется, он принимал происходящее таким, каким оно было. Крис подумал, что ему надоело жить в страхе будущего. Если он будет счастливым сегодня, это не значит, что завтра на него свалится небо.

Они все еще были одни в камере, и Крис, опустив голову, спросил:

— Томас, а можно мне… Поцеловать тебя? От себя, а не от Эмили.

Север не ответил. Он рывком притянул к себе Кристофера, целуя и обнимая, словно ждал этого целую жизнь. И, возможно, для него именно так и было.

Глава 4

В тюрьме не праздновали дни рождения или годовщину, когда человека посадили. Здесь угрюмо отмечали тот день, когда отпустят на волю, и считали года в обратном порядке. Кристофер ничего не считал, хотя провел в клетке уже больше года и сильно изменился за это время. Зная, что физически он не