Вкус порока - Кейт Ринка

И вот эти все грозные дяди в черной коже и темной джинсе смотрели все на меня.

– Нормально, – ответил Рома своему Президенту. – Если не считать того, что Шаман поставил меня на бабки.

– С какого?

– Я слегка подрихтовал физиономию одного его проститута.

– Из-за Беллы что ли? – спросил Джексон, приятно называя меня по имени.

Хотя не поздоровался. Но я с ним и никогда близко не общалась. Как и со всеми остальными, кроме Арчи. Ну и совсем немного с Бесом.

– Как тебя вообще угораздило в Солярис? – как раз спросил он у меня. – Это же опасное место для маленьких девочек.

– Девичник там отмечала, – ответила и я Бесу.

– Она у тебя еще и замуж собралась? – спросил тот у Ромы, тыкая на меня большим пальцем.

– И сколько он хочет? – поинтересовался Джексон наконец-то о главном.

– Завтра скажет.

– Вот падла, никогда свое не упустит, – выругался Самурай.

– И как обычно все проблемы из-за баб, – недовольно пробурчал Перс, глядя в мою сторону.

И меня это кольнуло. И без него ощущала себя по уши виноватой.

– Ребят, я не специально, честно, – все-таки решилась я им сказать. – Я не хотела подставлять Рому, и мне жаль, если это как-то коснется клуба…

– Тише-тише, сестренка, – пропел Бес, поднимаясь со стула, подходя ко мне и приобнимая за плечи. – Мы все решим, не паникуй. Лучше иди отдыхать.

После этих слов он посмотрел в сторону и свистнул, привлекая внимание двух хенгэраундов – Чипа и Дейла, двух родных братьев-близнецов, которых я тоже немного знала. «Hang Around»  – такую нашивку носили те, кто только желал вступить в клуб, но до этого момента должны были это заслужить, делая даже самую грязную работу.

– Парни, проводите Беллу в апартаменты, – сказал им Бес.

– В мою комнату, – уточнил Рома.

* * *

Паршивый выдался вечер. Хотя начинался прекрасно. Решив зависнуть в баре, он встретил там интересную девушку, с очень большими «глазами». Уже наметился отменный трах, когда Арчи подсунул ему свой телефон. А там голос Беллы… Он думал, задушит ее прямо там, в Солярисе. Еще повезло, что охрана на входе была занята особо буйными клиентами. Иначе его, как Всадника, туда просто так не пустили бы – распоряжение Шамана. Повезло и то, что внутри увидел свою сестренку почти сразу, у бара, как нюхом почуял.

Девичник, мать ее.

Главное место нашли, чтоб наверняка с приключениями. Видно не знают, что хорошим девочкам в этот стрип лучше не соваться. Одиноким, разведенкам, нимфоманкам – вот им самое то. Там за отдельную плату любой девахе достанут звезду с неба. Обласкают, напоят, накачают дурью и хорошенько вые*ут, да так, что радости в трусах будет больше, чем стыда. Это в лучшем случае. В худшем – на его памяти три изнасилования и два передоза, один из которых вышел летальный. Но эти случаи не на слуху, чтобы предупреждать всяких дурёх не ходить в Солярис.

– Опять наркота? – спросил у него Джексон, когда Белла ушла.

– Да, ей куда-то подсыпали. Думает, что в коктейль.

– Не первый случай, – заметил Бес.

– Причем за последний месяц, – добавил Тай.

– Но мы же перекрыли им трафик, – произнес Арчи.

– Это либо личные запасы, либо у Шамана есть обходной путь, – пояснил Перс.

– Тварь какая, – высказался Мур.

– Ладно, Ромео, завтра сообщи, что тебе предъявит Шаман, потом будем думать.

– Лады, – согласился он и отошел к бару, где стояли холодильники.

– А пока вернемся к завтрашнему пробегу. Бес, у нас все готовы? – обратился Джексон уже к их Шефу гаража, решая насущные вопросы.

А Роме пива бы взять. И бутер какой. Белла наверняка проголодалась.

– Быстро ты вляпался, – сказал ему Арчи, который поплелся вслед за ним. – Недели не прошло после твоего возвращения.

– Решил не затягивать.

– Давно приключений не было?

– Похоже на то, – сказал, доставая из холодильника две бутылки пива и пару уже готовых бутербродов с черным хлебом.

– А вернулся вообще чего?

Выпрямившись, Рома посмотрел на своего старого друга.

– По тебе соскучился.

– Не гони. Я еще помню наш последний разговор перед твоим отъездом…

– Заткнись, – сразу предупредил он.

На что Арчи громко фыркнул, послал в задницу и напоследок заботливо поинтересовался:

– Резинка хоть есть?

По-братски ткнув в него указательным пальцем в жесте немого предупреждения, Рома отправился в свою комнату. Напомнил же, гад. Почему он вообще уехал три года назад. Как раз перед восемнадцатилетнем Беллы. Потому что надоело ощущать себя конченым извращенце, который вот-вот готов воплотить в реальность свою грязную фантазию.

Да, черт, тогда он дико хотела трахнуть свою сводную сестренку. Эту безумную малолетку, которая таскалась за ним. Которая смотрела на него глубоко внимательным и доверчивым взглядом. И так часто просила покатать… всего лишь на железном коне. Обнимала без задних мыслей. В щеки целовала с невинной улыбкой. По дому ходила в коротких шортиках, испытывая его терпение. Любила разглядывать его татуировки, трогая тонкими пальчиками. Советовалась с ним по всяким мелочам. Вроде цвета помады или платья для вечеринки. Расспрашивала о всяком, что касалось его жизни байкера. А он вроде неплохо справлялся с ролью старшего брата, еще как-то сдерживал свои сексуальные порывы. Пока вдруг не выросла на его глазах, вот-вот собираясь официально вступать в свое совершеннолетие.

Она тогда сильно радовалась, что наконец-то можно будет «все». Планы строила, вслух. С ним делилась. Что хочет сделать свою первую татуировку, которую до этого отец запрещал. А еще девственности лишиться с каким-то Васей из параллельного класса, как раз после выпускного.

Тогда он тупо психанул. Когда понял, что у него один вариант из двух – уехать. Это три года назад. А сейчас уже и сам не понимал, зачем же все-таки вернулся? Ведь тоже не просто так, как бы себя не уговаривал в обратном.

– А у нас хорошие новости, – в тот раз сказала ему мать по телефону, когда он спокойно отдыхал в Питере. – Белла замуж выходит… ты хотя бы на свадьбу приедешь?

И ведь не собирался же. Плевать бы ему на ее личную жизнь. А все равно приехал. На мужа ее стрёмного посмотреть. На нее саму… как выросла, как похорошела, как научилась злиться. Только вот, такую еще сильнее хотелось подмять под себя. Красивая, зараза. Еще и похорошела за последние годы. Его маленькая, сводная сестренка.

Хотел поговорить да накормить, но когда вошел в комнату,