Проклятие замка Клоу - Рут Райан Ланган

— Верно, — старик сцепил ладони на коленях. — Просто пообещай мне одну вещь. Пообещай, что ты ничего не станешь подписывать.

Роб коснулся плеча своего дяди:

— Ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы считать способным на такую глупость.

Лорд вышел из столовой, а старик погрузился в тягостные размышления. Когда вошел Фергюс, чтобы отвезти Чарльза в его комнату, тот сказал:

— Чуть позже, парень. Сейчас я хотел бы прогуляться. Может быть, на солнышке у меня немного поднимется настроение.

Оказавшись в саду, старик съежился под своим одеялом и погрузился в воспоминания о прежних счастливых временах, когда он носился по этим лужайкам со скоростью и изяществом газели. В молодости он так много успел сделать! Жил, любил… И терял… Затем Чарльз подумал о безрадостном будущем, которое угрожало его племяннику, и подставил лицо солнцу, пытаясь преодолеть холод, который пронизывал его тело до костей.

Он глянул вверх и увидел Эстеллу в ее рабочем кабинете. Она сидела, склонив голову, и внимательно изучала предмет, который держала в руках. Что-то в этой девушке привлекало его. Дело было не только во внешности, хотя Чарльз всегда питал слабость к зеленоглазым рыжим красоткам. Она была милой. В ней была та простота, которая привлекает мужчин больше всего. Несмотря на все свои звания и научные степени, Эстелла — Чарльз был уверен в этом — по-настоящему любила это место и эти старые вещи.

Возможно, он просто заглянет к ней в кабинет и проведет в ее обществе несколько приятных минут, прежде чем вернуться в свою комнату.

Чарльз обернулся к Фергюсу, который молча стоял рядом, уставившись в никуда:

— Думаю, я не прочь вернуться обратно в замок, мой мальчик. И если ты будешь так добр и отвезешь меня в кабинет нашей юной леди, я буду тебе весьма признателен.

Фергюс легко покатил кресло старика через лужайку в замок.

— Сэр Чарльз! — Эстелла оторвалась от работы и приветливо улыбнулась. — Рада вас видеть.

— Вы не обидитесь, если я немного оторву вас от работы?

— Более приятный перерыв мне трудно себе представить!

Старик сделал знак, чтобы Фергюс подкатил кресло поближе. Оказавшись около стола Эстеллы, Чарльз жестом отпустил парня:

— Возвращайся через час, мой мальчик. Да, и попроси, пожалуйста, Арли принести нам чай.

Фергюс кивнул и удалился, тяжело ступая.

— Какая прелесть! — Чарльз взял в руки украшенную драгоценными камнями шкатулку, которую изучала девушка. — Помню, мне доводилось видеть ее, когда я был еще мальчиком. Кажется, она стояла в читальном зале моей матушки. В ней хранились писчая бумага и прекрасная хрустальная чернильница.

Эстелла восхищенно покачала головой:

— Несмотря на то, что я занимаюсь этим делом много лет, мне до сих пор трудно поверить, что существуют люди, которые росли, окруженные такой красотой.

— И все эти годы мы принимали это как должное. Боюсь, мы были весьма избалованными детьми. Нам нечего было желать. Игрушки, одежда, развлечения… Мои родители окружали меня и моего брата любовью и заботой. В дни нашей юности отец брал нас с собой на рыбалку и охоту; мы объездили всю Шотландию. Даже став студентами университета, мы всегда охотно возвращались домой.

— Я вас понимаю. Здесь так хорошо… — Эстелла взяла шкатулку из рук старика и отставила ее сторону. — Вы когда-нибудь были женаты, сэр Чарльз?

Он покачал головой:

— Однажды я встретил удивительную девушку. Мы познакомились в эдинбургском университете. Я читал лекции, а она писала диссертацию. С первой встречи мы знали, что нам суждено быть вместе, — глаза Чарльза светились. — Это было лучшее время в моей жизни.

— Но что произошло? Почему вы не поженились?

— Для нас обоих настали трудные времена. У нее были определенные обязательства, и ей пришлось покинуть университет. В то же время умерла жена моего брата, и я понял, что один он не справится с воспитанием маленького Роба. Возможно, все дело было в том, что мой брат Роберт в детстве был очень избалованным, а может быть, он был эгоистичным от рождения… В любом случае, он не мог бороться со своими слабостями. Поэтому я вернулся в замок Клоу, чтобы помочь, чем могу, в надежде, что мое собственное счастье от меня никуда не денется, — голос Чарльза стал грустным. — Однако годы пролетают так незаметно. Когда я попытался вновь связаться с женщиной, которую любил и которую потерял, мои письма вернулись обратно. Думаю, она устала меня ждать и вышла замуж за другого. Трудно ее в этом винить. Она имела право на счастье. Однако я получил жестокий урок. В этом мире нам дается всего один шанс, и нужно хвататься за него обеими руками, стремясь прожить жизнь во всей ее полноте, а иначе возможность обрести счастье будет навсегда утрачена. Эстелла положила свою ладонь на руку старика.

— Мне очень жаль, сэр Чарльз. Жаль, что вы ее потеряли. Простите, что я задала вам столь личный вопрос. Я не имела права бередить старые раны.

— Не беспокойтесь! Все это было так давно. Я смирился с тем, что не могу вернуться в прошлое и исправить его. Поэтому не трачу времени на сожаления.

— Моя тетя говорила то же самое, — Эстелла улыбнулась. — Она бы вам понравилась. Роза была любознательной, как ребенок, пытливой, изобретательной. В детстве я только и знала, что жалела о том, что лишилась родителей. Но став старше, поняла, что не променяла бы ни одной минуты, проведенной в обществе тети, ни на какие сокровища мира. И я думаю… — она сделала паузу, не зная, стоит ли говорить столь откровенно, а затем сломя голову ринулась вперед, — думаю, то же самое можно сказать о вашем племяннике. Хотя он, похоже, был любящим сыном, он любит и вас, по-настоящему любит. Он понимает, чем вы пожертвовали ради него, и любит вас за это.

Старик прокашлялся.

— Спасибо, моя милая. Трудно найти более приятные для меня слова.

В это время вошел Арли с серебряным подносом в руках. Он поставил поднос на стол и снял с него льняную салфетку, под которой были чайник и ваза с печеньем.

— Разлить чай в чашки, сэр Чарльз? — спросил мальчик.

— Да. Спасибо, Арли, — Чарльз взял чашку с горячим чаем и подождал, пока Эстелла сделала то же.

— Как твои успехи сегодня в школе, мой мальчик?

— Хорошо, сэр. Но я задержался на тренировке по футболу, и Десмонд остался мной недоволен. Я не все успел сделать.

— Тогда не стану тебя задерживать. Не стоит сердить Десмонда.

— Не стоит, сэр, — рассмеявшись, Арли поспешил из комнаты.

— Какой милый! — Эстелла смотрела вслед мальчику, пока тот не скрылся в коридоре.

— Верно. Его дедушка работал здесь, в замке, когда я был маленьким. Так что он стал членом нашей семьи. И когда Арли и Фергюс остались без отца, Роб настоял на том, чтобы нанять их. Таким образом они могут немного помочь своей матери. Роб платит им гораздо больше, чем они могли бы заработать в деревне. Однако от этого есть двойная польза. Ребята зарабатывают деньги и облегчают работу Десмонда — особенно теперь, когда он в преклонных годах, — Чарльз ухмыльнулся. — Разумеется, я никогда не скажу об этом во всеуслышание. Десмонд и его брат Альфред — очень гордые люди. Вряд ли им будет приятно напоминание об их возрасте. Но они всю свою жизнь служили нашей семье и на старости лет заслуживают помощи.